4

4

Мы не можем формально перенести опыт святых прошлого в нынешний день. Но нам дано пропустить этот опыт через себя, взяв все лучшее, что есть в традиции Церкви. Только лично приобщившись к потоку предания, можно переотразить его в современных культурных формах — в языке, изобразительном искусстве, средствах массовой информации.

Со дня Пятидесятницы Бог вводит в этот мир Свой Дух через человека–христианина, когда тот встречается с Ним в молитве. Чтобы наше свидетельство было свидетельством не об идеологии, а о живом присутствии Христа, мы, по мнению отца Александра, должны «всё время учиться молитве и углублять в себе опыт таинств». Только молящийся человек может стать настоящим богословом, христианином–делателем, апостолом Христовым.

Таким образом, апостолат мирян не означает простую передачу накопленной информации. Это жизнь, наполненная благодатной и нравственной силой. «Дрессированные» люди, считал батюшка, не познавшие великого тяготения Божьей любви, не способны передать свою веру дальше — только набор правил, которые со временем теряют изначальный смысл и становятся предрассудками. Напротив, молитва делает нашу веру настоящей, и это проявляется в милосердии, справедливости и ответственности.

Отец Александр не «усыплял» с помощью религиозной анестезии больное общество, но взращивал воинов Христовых, чтобы те справлялись с общественными проблемами Божией силой и Божией любовью. Он считал, что в этой борьбе христианин–мирянин может сделать не меньше, чем священник.

Некоторые члены Церкви оправдывают свою пассивность ссылками на авторитет, который есть у священника и которого нет у мирянина. Но отец Александр подчёркивал, что представление о необходимости авторитета надо преодолеть. Он был уверен, что авторитарно говорить о Христе не только не нужно, но и вредно, а навязывать свою веру — просто отвратительно. Нужно учиться разговаривать с людьми так, чтобы не насиловать человеческую свободу и не скрываться за саном.

Батюшка подчёркивал, что и сами апостолы не пользовались своим авторитетом и привилегиями. После того, как ученики пережили смерть и Воскресение Христа, они не хотели влиять на людей, совершать чудеса, мистифицировать, не стремились к собственному возвеличиванию; они только хотели служить Слову. «Мы не видим у апостолов ни тени мистификации», — говорил отец Александр. Апостолы могли бы использовать те почести, которые им воздавали, чтобы как?то усилить свою власть в Церкви, своё положение в обществе, но они никогда этого не делали.

Именно поэтому так осторожно относился отец Александр к желанию некоторых своих чад стать священниками. Он прекрасно знал, что непомерное стремление к лидерству, жажда духовной власти в той или иной форме являются для человека главным препятствием на пути стяжания даров Святого Духа. Средство против этого — настоящее христианское смирение, которое приходит после длительной (годами) духовной работы над собой.

«Сказать о себе: “мы — обыкновенные люди” не так просто, — говорил батюшка, — часто желание стать священником возникает у тех, кто стремится стать необыкновенным человеком. А апостолы подчёркивали, что они обыкновенные люди». Трудно сказать о себе, что ты обыкновенный человек, когда находишься наверху славы или занимаешь высокое положение в обществе, но это необходимо. Наше свидетельство должно быть ценно само по себе, без всякого внешнего авторитета. Для такого свидетельства куда важнее внутренне определить свою жизненную задачу, обрести личную позицию, найти своё отношение ко всем главным проблемам мира и Церкви.

Отец Александр соглашался, что есть вещи, которые лучше обсуждать со священником; но всё, что касается христианского просвещения, разъяснения и усвоения христианства в жизни, должны делать подготовленные миряне. Также и для желающих креститься лучше, если на их вопросы даёт ответы не священник, а мирянин.

Как бы предвидя, что скоро его с нами не будет, батюшка прямо говорил, что занимается подготовкой мирян ещё и потому, чтобы в случае его смерти все замыслы, все построения, всё, что им было наработано, не могло развалиться. Он не считал нормальным, когда каждое следующее поколение христиан начинает с нуля или, как он говорил, «с семени».

Отец Александр хотел, чтобы его взгляды обрели свою жизнь в Церкви, чтобы дерево, посаженное им, могло расти ввысь и вширь. Но для этого, предупреждал он, к проблемам христианского просвещения, мировоззрения, богословия надо подойти серьёзно!

Батюшка не говорил, что так же серьёзно надо подходить к строительству и реставрации храмов или к делам милосердия — это азы, это начало, без этого как бы и говорить не о чем. Наверное, он был уверен, что в подобных вопросах разберутся и без него. Так и произошло: строительство храмов в России сегодня идёт очень активно.

А в том, что он считал главным, — в области подготовки христиан к работе по трём направлениям: «проповедь, свидетельство, присутствие» — тут дело обстоит не так хорошо, тем более, что по–прежнему не хватает людей, способных передать смысл христианской жизни новому поколению.

Знаменательно, что в то время, как православные верующие обеспокоены реставрацией и восстановлением храмов, протестанты занимаются миссионерской проповедью, подготовкой евангелизаторов, которые работают по всей России и весьма успешно.

Однако теперь у нас есть возможность учиться миссионерскому служению не только у протестантов, но и у отца Александра. Учиться находить общий язык с людьми нашего времени, не отождествляясь с ними полностью, но и не отгораживаясь от них стеной архаики. Беря пример с батюшки, мы можем теперь заново, свежо, как бы открывая впервые, определить все те вопросы, которые ставит перед нами Евангелие.