Глава XXI

Глава XXI

«Бум — ссССс — БУУМ!», «бум — ссССс — БУУМ!», «бум — ссССс — БУУМ!». Млять, да что ж они разошлись-то так? Стоим в коридоре, смотрим друг на друга. Стены картонные, крыша шиферная, одно прямое попадание — и поминай как звали. «Бум — ссССс — БУУМ!» Мля! И что толку от того, что через дорогу от базы прекрасное бомбоубежище советской ещё постройки, которое не то что «Тюльпан», а «Точку-У», наверное, выдержит. Во время обстрела туда как-то не очень хочется бежать. Пятьдесят метров по открытой местности. Вон, по крыше осколок скатился, на излёте попал. А заранее укры, увы, об обстрелах не предупреждают. Утешает только их полнейшая криворукость — по-прежнему ни одного попадания ближе пятидесяти метров. «Бум — ссССс — БУУМ!» Но на нервы действует, конечно. В этот раз, когда началось, как раз чай во дворе собирались пить. Специально тортик купили… Э-хе-хех… Остынет мой чай, похоже…

Когда НАЧНЁТСЯ и вам нужно будет выбрать себе здание под базу — выбирайте хорошее, прочное, двух-трёхэтажное здание сталинской постройки. С нормальным подвалом, толстыми стенами, как минимум двумя выходами на разные стороны, альтернативными путями подъезда и частным сектором с одной стороны.

Тишина… похоже, успокоились. Ну и славненько. Нам, кстати, выезжать пора. Зачем-то срочно дёргают к «Ливерпулю». А там, если кто не в курсе, обитает Бородай и прочее руководство ДНР. В курсе, кстати, все. Укры включительно. Снаряжаемся, грузимся в машину, выезжаем.

Пока едем, расскажу, что и как. У меня и вообще. На самом деле всё довольно скучно. После того как меня дёрнули на сопровождение малайцев, с МБЭиТшниками я больше не общался. Серёга вроде как выехал за ленту, когда вернётся — неизвестно. И не только когда, но и если. Так что это направление деятельности пока замораживается до лучших времён. Катаемся на выезды потихоньку, пережидаем обстрелы, иногда с Голодным пивко пьём, подальше от глаз начальства. Ну и заодно облазили с ним окрестности на предмет, что делать, когда украинские танки пойдут по Киевскому или по Павла Поповича. В принципе, для обороны район самое то. Нужно только изучить его получше. По одной «Мухе» на человека у нас имеется, РПК у меня есть, АКС тоже. Жаль, что нет нормальных броника/каски/наколенников. Весьма жаль, я бы сказал. Ну, будем обходиться тем, что есть. В общем, я так для себя решил, когда штурм начнётся, нужно будет держаться поближе к одному из троицы Угрюмый/Варан/Голодный, к кому уж там получится. Понятно, что выживания это не гарантирует, но шансы на него точно повысит. Да и пользы больше можно будет принести. Укры тем временем медленно, но безостановочно смыкают клещи вокруг территории ДНР. Потери их не останавливают. Похоже, городские бои нам таки предстоят. Хотя конечно, может, и осаду устроят. Всё же потери при штурме Донецка у них будут огромными, тут к гадалке не ходи. И успех совсем не гарантирован. В городе и окрестностях несколько тысяч ополченцев. Да, тяжёлого вооружения почти нет, но стрелковки хватает, гранатомёты есть… Повоюем, в общем, если что. Пусть заходят. Хотя карту я всё-таки внимательно изучил на предмет путей выхода из города к границе, если штурм будет успешным. Командование нашего подразделения арендовало три квартиры в разных районах Донецка, там устроили склады боеприпасов и медикаментов плюс гражданку кое-какую положили. Типа большой секрет, но все знают. Опять же, к вопросу о слухах, который я уже затрагивал.

Настроение в гарнизоне вообще довольно специфическое. Все продолжают выполнять свою работу, при этом понимая, что скоро (ну, недельки через три) наступит момент истины. Довольно много людей уехали. Почти все говорят, что вернутся, только дела порешают. Некоторые и в самом деле возвращаются. Васильич, кстати, скоро должен зайти обратно. Осуждать уезжающих не стоит. Люди приехали сюда добровольцами и сделали, что смогли. Честно говоря, самого идея насчёт отъезда посещает. Останавливает… да хрен его знает, что останавливает. Не то, что нехорошо уезжать в трудную минуту. Т. е. эта мысль тоже есть, но сама по себе она бы меня не остановила, не до такой степени я идеалист. Какое-то ощущение незаконченности, пожалуй. Главное, самому не закончиться ненароком…

Вот и приехали. Заезжаем через арку во двор. Та-ак… раньше тут как-то люднее было… А где вся охрана? Вопрос выясняется довольно быстро. Дожидаемся подъезда ещё одной группы и строимся. Из гостиницы выходит Копьё, один из людей Морячка. Морячок и его группа отвечал за охрану первых лиц ДНР, я с ними пару раз пересекался, когда нас привлекали на усиление. Лицо у Копья явно не радостное. Интере-е-е-есно… Доводит — основная группа вместе с Морячком попали в засаду где-то у ленты, что там и как — пока неизвестно, так что нас временно привлекают в группу охраны. Кто произведёт впечатление адекватного заданию человека — возможно, привлекут на постоянной основе.

Мдяяя…. Не, на постоянной основе меня как-то не тянет. Не моё это — телохранительствовать. Ну ладно, пару дней можно, хоть какое-то разнообразие…

Копьё быстро распределяет людей по постам, я попадаю на вход, вместе с Инженером и Сталкером. Оба, кстати, вполне достойны того, чтобы рассказать о них поподробнее.

Инженер. Местный парень, с Макеевки, на несколько лет моложе меня. Судя по фамилии и внешности, с какими-то отдалёнными осетинскими корнями, хотя сам это отрицает, и свою национальность, как и многие из местных, называет «славянин». Работал металлургом, экспедитором, строителем, инженером. Человек чудовищной эрудиции, может цитировать абзацами предвыборные речи Линкольна или прочитать двухчасовую лекцию о здоровом питании (иногда читал, кстати, и это порядком за…вало). Физически тоже развит просто невероятно (чего внешне никак не скажешь), может пальцами скрутить два гвоздя в косичку. Глубоко верит в тайную мировую элиту неарийского происхождения, борьба внутри групп которой и определяет мировые процессы. С лёгкостью вываливает на достойного слушателя огромную (и достаточно систематизированную) массу подтверждающих это фактов. Ни малейших патриотических, классовых либо националистических чувств не испытывает, в ополчение только что вступил. До этого с интересом наблюдал со стороны. По его словам, решил посмотреть на спектакль из первых рядов. На вопрос: «А чего к нам пошёл, а не к украинцам, если в принципе пофиг?» — слегка обиделся. Мол, что ж я, совсем дебил, что ли, к украм идти. Ну ладно, значит, наш человек. Сошлись мы хорошо, пожалуй, даже могу назвать его своим другом (а я не многих людей могу так назвать).

Сталкер — флегматичная и благообразная версия Голодного. Очередной человек войны. И заодно профессиональный телохранитель. Вот кого стоило бы поставить во главе группы охраны, ну да неисповедимы пути начальственные. Человек начитанный и эрудированный, когда всё надоедает, уезжает в Тай и живёт там пару месяцев в школе тайского бокса. К происходящему вокруг относился с заметной иронией, что явно очень раздражало Копьё.

Копьё, кстати, вполне нормальный и вменяемый мужик, но вот характер у него для работы начальником охраны явно не подходящий. Слишком уж он резкий. Ему бы командиром ДРГ по украинским тылам шариться. Самое то получилось бы.

На этом посту я уже стоял, так что ничего особо нового. Скукотища. Единственная хорошая вещь во всём этом — питание. Едим в гостиничном ресторане. Бородай и все остальные (тот же Леонид), кстати, едят тут же за соседними столиками. В этом Бородаю жирный плюс. Через месяц после его отставки, когда я заскакивал по делам в «Ливерпуль» и решил перекусить, «человекам с ружьём» уже отвели отдельную каморку, дабы не оскверняли начальственные взоры. И кормили уже явно по отдельному меню.

Ну вот, смена заканчивается, можно будет поспа… блин, что за нездоровое шевеление? Выезд… чёрт, только поспать собрался! Быстренько грузимся в колонну из трёх машин и выезжаем. И тут же доезжаем. Реально, до ОГА проще пешком дойти. Копьё быстро нарезает задачи, мне в паре с каким-то парнем из другого подразделения (позывной — Шаман) выпадает охранять помощника Бородая (или заместителя, чёрт их там разберёт). Вообще, судя по обозначению (Второй), скорее зам. Высокий худой мужик в очках со странной, как будто пританцовывающей походкой. Сам Бородай, как не трудно догадаться, Первый, а Третий… Ага, угадали, мой старый знакомец Леонид. Кто бы сомневался. Бабло рулит, чего уж там… Больше вроде как персональной охраны никто не удостоился, так что остальных из группы расставляют по постам. Начинается бессмысленное сидение в коридоре, с редкими сопровождениями Второго от кабинета до кабинета (как вариант — туалета). Не, возможно, конечно, во всей этой деятельности и есть некий глубоко скрытый смысл, но как-то он не бросается в глаза. Не моё это. Скорее бы уже укомплектовали группу охраны желающими и отпустили меня на родную базу. Вообще, конечно, надо что-то думать относительно дальнейших планов. От Серёги никаких вестей нет, в прокуратуре дурью маяться тоже как-то надоело от слова совсем. Перейти в боевое подразделение какое-то? Можно, конечно, но к кому? К долбодятлу типа Прапора, который тупо кладёт людей, что-то совсем не тянет попасть… Вроде как Слон (ЖЖ: kleineslon) где-то под Донецком уже. Можно попроситься к нему. Но, во-первых, не факт, что возьмут. Во-вторых, перед тем, как идти «в поле», нужно экипироваться, а у меня с этим туго. Разгрузки и той нет. Геолог (ЖЖ: spg-show), добрая душа, отправил через Глеба Корнилова несколько разгрузок, камуфляжей, стрелковых очков, наколенников и т. д. Я вообще собирался всё это добро своим раздать, в первую очередь угрюмовским. Но, если буду уходить, пожалуй, стоит часть с собой забрать. Ладно, в любом случае, дождусь прихода посылки, а там уже буду что-то решать. Мдяяя… Скучно.

Тут, кстати, смена власти готовится. Бородай вроде как в отставку собрался, а на его месте будет Захарченко из Оплота. Ничего особенного про него не слышал, так что к добру это или к худу — чёрт его знает. Воюет вроде неплохо. Будем посмотреть… Народ суетится, журналюги шмыгают туда-сюда. Моего знакомца из BBC нет, увы. Пару раз он мне звонил насчёт интервью, но я занят был, а потом он уехал. Не быть мне знаменитостью, увы и ах.

Вообще, конечно, передача под давлением Москвы основных публичных постов в руки местных наводит на размышления. И размышления эти, увы, не слишком весёлые. Впрочем, особых иллюзий по поводу Эрэфии в этом вопросе я и не испытывал, так что в этом плане всё развивается, как и ожидалось.

Шевеление началось поздним вечером. Копьё вихрем промчался по коридору, бросив на ходу: «Морячка и Гусара привезли, оба 300-е! Сейчас поедем к ним!» Та-а-ак… Что Гусар жив — это замечательно. Он единственный из всей группы, кого я знал больше, чем обычное «привет/привет». Отличный мужик. Кто смотрел репортажи с Бородаем — там обычно поблизости него был высокий, здоровенный, лысый и бородатый тип, не выпускающий из руки пистолет. Вот это и есть Гусар. Морячок жив — тоже здорово. Но неужели все остальные 200-е…

Все быстро собираемся, Бородай прыгает в машину. Всего в кортеже три джипа, я в одном с Копьём (он за рулём). Несёмся по пустынным ночным улицам под визг покрышек. Копьё ещё и умудряется так ставить джип, чтобы он заслонял машину Бородая с наиболее вероятных направлений обстрела. Не, точно не своим делом человек занимается. Ему бы джихад-мобиль с тяжёлым пулемётом и парой гранатомётчиков в кузове…

Подъезжаем к КПП госпиталя. Стоящие на посту выздоравливающие и легкораненые, не так давно прибывшие с фронта, явно не стремятся впасть в оцепенение при виде высокого начальства. И вообще не сразу признают оное. «Бородай? Что за позывной такой? Не позывной? Премьер-министр наш?? Да ну на!! А что, у нас премьер-министр есть? Ни х. я себе…» Гусара на КПП нет, ждём. Торчим тут, как три тополя на плющихе, готовая мишень для гранатомётчика. Хотя чего уж самим себя обманывать — если бы укры хотели, всех бы из руководства ДНР положили уже давно. Из намёков «лиц приближённых» я сделал вывод, что есть взаимная договорённость о неотстреле первых лиц. Ну, понятно, старине Вальцману тоже хочется душевного спокойствия. Бене тоже, разумеется. Тем не менее, инициативы отдельных лиц и групп таковых никто не отменял, на гражданской войне так уж и подавно. Дважды укры по неофициальным каналам передавали информацию о таких группах «народных мстителей», так что ничего у тех не вышло (одну группу ликвидировали наши, вторая так и не объявилась, видимо, укры сами разобрались), ну да всегда может найтись кто-то поудачливее. Поэтому расслабляться не следует, и торчание перед КПП, особенно с учётом того, что вся связь идёт через украинские сотовые, меня несколько напрягает. Очередной звонок Копья Гусару: «Ну что, ты где?! На КПП!! А вы где?! И мы на КПП, а ты где, ……!?! Бля. А на каком вы КПП?!?!» Ну и всё в таком духе. Переезжаем на другое КПП. Война-с, бардак-с, а вы как хотели…

Вот и Гусар. Рука забинтована, но в целом вроде ничего так. Кортеж останавливается, все выскакивают и бросаются обнимать Гусара, Бородай с Копьём в первом ряду. Бля. Не, я всё понимаю, сам рад, но работу-то кто будет делать? Осматриваюсь, нахожу удобную позицию в тени, отхожу туда, встаю на колено. Гляжу — не я один такой умный, ещё двое не стали скучиваться с остальными, рассредоточиваются по окрестностям. Ладно, будем пока втроём бдить.

Буря эмоций улеглась минут через пятнадцать, рассаживаемся. Гусар садится к нам в машину, чему я весьма рад. Обнимаемся. Едем к Морячку, того сейчас оперируют в другой больнице. Копьё по дороге продолжает расспрос. Общая картина маслом вырисовывается следующая — группа возвращалась от ленты после того, как успешно сопроводила туда кого-то. Не слишком далеко отъехав от границы, они натолкнулись на укров. Была ли это засада, или их автобус и легковушки случайно оказались на острие наступления украинцев — не совсем понятно. В общем, как бы там ни было, укры с ходу открыли огонь. Часть группы погибла сразу, машина от пулемёта не спасает никак, остальные (благо ребята были серьёзные) ушли в зелёнку и, огрызаясь огнём, стали отходить. Тут ещё укропские миномёты начали работать, и стало совсем кисло. Итог — большая часть группы погибла, Морячок тяжёлый, Гусар полегче (но тоже хорошего мало), выжил ли ещё кто-то — непонятно.

Доезжаем до больницы. Тут уже понаехало желающих навестить Морячка, от людей с оружием во дворе не протолкнуться. Ну, тогда, пожалуй, отойду-ка я чуть подальше… вот сюда, например. Очень уж замечательный каменный парапет. Если украинцы, плюнув на договорённости, попробуют накрыть больницу «Градом», пока там весомая часть военного и гражданского руководства ДНР, нырну за него, хоть какой-то шанс. Да и в тени он, отсюда видно хорошо, а вот сюда — плохо. Вон, кстати, и беспилотник полетел очередной.

Никакой пакости от не очень далёких, в прямом и переносном смысле, украинских артиллеристов так и не прилетело, так что возвращаемся в гостиницу.

Следующий день прошёл скучно и уныло, за одним исключением, о котором чуть позже. Копьё отчего-то проникся ко мне симпатией (в рабочем плане) и стал усиленно убеждать остаться в группе охраны на постоянку.

— Смотри, у нас тут трудно, но интересно, это тебе не в прокуратуре хернёй страдать.

— Не, спасибо, не моё это. Да и вообще, на фига я тебе? Я ж не боевик от слова совсем.

— Да «боевиков» хватает, людей с кругозором и аналитическими способностями не хватает… Ты человек с амбициями, я вижу. А тут на виду будешь…

Ну и всё в таком духе. Зачем оно ему было нужно — я так и не понял. Такое впечатление, что я смазливая старшеклассница, а не тридцатидвухлетний мужик с извилистой судьбой и без особых талантов. Столкнувшись с твёрдым «нет», попробовал и мягко надавить:

— Я же могу и с командованием твоим поговорить, тебя просто к нам прикомандируют.

— (С иронией.) А тебе тут точно нужен насильно пригнанный человек?

— (Смущённо.) Да не, это я так… Но, всё равно, пока тут будешь, временно. Сам видишь, людей нет.

«Ага, — мысленно продолжил я, — а там нет ничего более постоянного, чем временное… Нет уж, спасибо». В попытках отвлечь внимание от своей особы горячо порекомендовал ему Босяка (того как раз за приход из увольнения под градусом турнули недавно). Водит Босяк примерно в том же стиле, парень тоже резкий — сойдутся, думаю… (Забегая немного вперёд — таки сошлись.)

Звоню Волу и сообщаю, что если он меня завтра отсюда не заберёт, то я кого-нибудь застрелю и потом скажу, что это он мне приказал. Тот сначала пытается возражать, мол, Копьё просил меня оставить, но в итоге сдаётся. С поднявшимся настроением продолжаю «бдительно, ничем не отвлекаясь».

Снова суета, медленно дрейфующая в левое крыло здания. Похоже, передача власти будет. Копьё показывает на дверь одного из кабинетов — «Стой тут, никого сюда не впускай, там финансовые документы и архив. Я на выезд». Ну, не пущать так не пущать. Стою. В крыле никого, все ушли в конференц-зал. И тут по коридору летящей походкой… кто бы вы думали? Правильно, Леонид. И прямиком к заветной дверце, золотого ключика только не хватает, вместо него пистолет на поясе. Меня вроде как не видит, типа я вдруг стал прозрачным. Ну, понятно — власть меняется, торопится что-то подчистить. Хотя, может, сигареты забыл, конечно. Не, так конь не ходит.

— Леонид, извините, сюда нельзя.

— (Не смотря на меня.) Мне можно.

— (Настойчиво.) Никому нельзя.

— Чей приказ?

— Копья.

— Вызовите его сюда.

— Он на выезде.

— (Пожимает плечами и тянется к дверной ручке.)

— Леонид, я что-то не ясно сказал? Отойдите от двери.

— Да ты знаешь, кто я?!

— Если бы не знал, я бы тебе уже ногу прострелил.

— (Возмущённо фыркает и открывает дверь.)

На секунду задумываюсь. Можно ему и правда ногу прострелить, конечно. Или просто приклад разложить и в башню заехать. Но, пожалуй, ну его на фиг. Это не книжка про Советскую армию, и за застреленного проверяющего никто сутки к отпуску не добавит. Самого скорее завалят. Но что-то делать надо. Прохожу по коридору до конца, там кабинет Бородая (или уже Захарченко, не поймёшь). Там всегда стоит пост и обычно тусуется… ага, вот и он. Медведь вроде как, старший охраны здания (или верхнего этажа, так подробно я не вникал). В двух словах описываю ему ситуацию. Тот отмахивается — «Да не связывайся ты с ним, меньше хлопот будет. Копьё приедет, доложишь. Да и вообще, он и правда имеет право заходить в архив». Ну, ладно. Иду обратно. Вон, кстати, и Леонид выходит. И даже пачки баксов из карманов не вываливаются. Глубокие, видать, карманы.

Копьё подошёл где-то через час, в сопровождении незастреленного мной (видимо, напрасно) Леонида. Тот, по своей гнусной привычке глядя куда-то в сторону, машет в мою сторону рукой — «Что у тебя тут происходит вообще?!» Копьё начинает наезжать на меня:

— Ты что творишь?!

— А в чём проблема? Ты мне сказал — никого не впускать.

— Но Леонида же можно!!

— И каким образом я должен был догадаться, что «никого» означает «но Леонида можно»?

— Бля, ну ты даёшь!

Леонид, по-прежнему рассматривая что-то на стене, буркает: «Приведите его в чувство!» — и удаляется с видом оскорблённого достоинства. Копьё некоторое время хмуро смотрит ему вслед, затем поворачивается ко мне.

— Не тронь говно, вонять не будет… Ты что, не знаешь, кто это?

— Если бы не знал, я бы его завалил.

— Хм-м-м…. Ну, может, и зря не завалил. Сэкономил бы Республике кучу денег. Ладно, поехали, возвращаемся в гостиницу.

Что забавно, Варан, услышав эту историю, выразился практически слово в слово так же. Может, и правда зря…

Утром (не без пары-тройки напоминаний с моей стороны) приехал Вол, привезя на замену аж двоих желающих влиться в группу охраны (Маньяка и Бура). Ну, каждому своё. Копьё был на выезде, что и к лучшему. Не моё это — телохранительствовать.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Глава четвертая «БИРОНОВЩИНА»: ГЛАВА БЕЗ ГЕРОЯ

Из книги Бирон автора Курукин Игорь Владимирович

Глава четвертая «БИРОНОВЩИНА»: ГЛАВА БЕЗ ГЕРОЯ Хотя трепетал весь двор, хотя не было ни единого вельможи, который бы от злобы Бирона не ждал себе несчастия, но народ был порядочно управляем. Не был отягощен налогами, законы издавались ясны, а исполнялись в точности. М. М.


ГЛАВА 9. Глава для моего отца

Из книги Настоящая книжка Фрэнка Заппы автора Заппа Фрэнк

ГЛАВА 9. Глава для моего отца На военно-воздушной базе Эдвардс (1956–1959) у отца имелся допуск к строжайшим военным секретам. Меня в тот период то и дело выгоняли из школы, и отец боялся, что ему из-за этого понизят степень секретности? а то и вовсе вышвырнут с работы. Он говорил,


Глава шестнадцатая Глава, к предыдущим как будто никакого отношения не имеющая

Из книги Моя профессия [litres] автора Образцов Сергей

Глава шестнадцатая Глава, к предыдущим как будто никакого отношения не имеющая Я буду не прав, если в книге, названной «Моя профессия», совсем ничего не скажу о целом разделе работы, который нельзя исключить из моей жизни. Работы, возникшей неожиданно, буквально


Глава сорок первая ТУМАННОСТЬ АНДРОМЕДЫ: ВОССТАНОВЛЕННАЯ ГЛАВА

Из книги Даниил Андреев - Рыцарь Розы автора Бежин Леонид Евгеньевич

Глава сорок первая ТУМАННОСТЬ АНДРОМЕДЫ: ВОССТАНОВЛЕННАЯ ГЛАВА Адриан, старший из братьев Горбовых, появляется в самом начале романа, в первой главе, и о нем рассказывается в заключительных главах. Первую главу мы приведем целиком, поскольку это единственная


ГЛАВА 15 Наша негласная помолвка. Моя глава в книге Мутера

Из книги Мои воспоминания. Книга первая автора Бенуа Александр Николаевич

ГЛАВА 15 Наша негласная помолвка. Моя глава в книге Мутера Приблизительно через месяц после нашего воссоединения Атя решительно объявила сестрам, все еще мечтавшим увидеть ее замужем за таким завидным женихом, каким представлялся им господин Сергеев, что она безусловно и


«ГЛАВА ЛИТЕРАТУРЫ, ГЛАВА ПОЭТОВ»

Из книги Петербургская повесть автора Басина Марианна Яковлевна

«ГЛАВА ЛИТЕРАТУРЫ, ГЛАВА ПОЭТОВ» О личности Белинского среди петербургских литераторов ходили разные толки. Недоучившийся студент, выгнанный из университета за неспособностью, горький пьяница, который пишет свои статьи не выходя из запоя… Правдой было лишь то, что


Глава Десятая Нечаянная глава

Из книги Записки гадкого утёнка автора Померанц Григорий Соломонович

Глава Десятая Нечаянная глава Все мои главные мысли приходили вдруг, нечаянно. Так и эта. Я читал рассказы Ингеборг Бахман. И вдруг почувствовал, что смертельно хочу сделать эту женщину счастливой. Она уже умерла. Я не видел никогда ее портрета. Единственная чувственная


Глава 14 Последняя глава, или Большевицкий театр

Из книги Барон Унгерн. Даурский крестоносец или буддист с мечом [Maxima-Library] автора Жуков Андрей Валентинович

Глава 14 Последняя глава, или Большевицкий театр Обстоятельства последнего месяца жизни барона Унгерна известны нам исключительно по советским источникам: протоколы допросов («опросные листы») «военнопленного Унгерна», отчеты и рапорты, составленные по материалам этих


Глава 24. Новая глава в моей биографии.

Из книги Страницы моей жизни автора Кроль Моисей Ааронович

Глава 24. Новая глава в моей биографии. Наступил апрель 1899 года, и я себя снова стал чувствовать очень плохо. Это все еще сказывались результаты моей чрезмерной работы, когда я писал свою книгу. Доктор нашел, что я нуждаюсь в продолжительном отдыхе, и посоветовал мне


Глава VI. ГЛАВА РУССКОЙ МУЗЫКИ

Из книги Петр Ильич Чайковский автора Кунин Иосиф Филиппович

Глава VI. ГЛАВА РУССКОЙ МУЗЫКИ Теперь мне кажется, что история всего мира разделяется на два периода, — подтрунивал над собой Петр Ильич в письме к племяннику Володе Давыдову: — первый период все то, что произошло от сотворения мира до сотворения «Пиковой дамы». Второй


Глава 10. ОТЩЕПЕНСТВО – 1969 (Первая глава о Бродском)

Из книги Быть Иосифом Бродским. Апофеоз одиночества автора Соловьев Владимир Исаакович

Глава 10. ОТЩЕПЕНСТВО – 1969 (Первая глава о Бродском) Вопрос о том, почему у нас не печатают стихов ИБ – это во прос не об ИБ, но о русской культуре, о ее уровне. То, что его не печатают, – трагедия не его, не только его, но и читателя – не в том смысле, что тот не прочтет еще


Глава 29. ГЛАВА ЭПИГРАФОВ

Из книги Я, Майя Плисецкая автора Плисецкая Майя Михайловна

Глава 29. ГЛАВА ЭПИГРАФОВ Так вот она – настоящая С таинственным миром связь! Какая тоска щемящая, Какая беда стряслась! Мандельштам Все злые случаи на мя вооружились!.. Сумароков Иногда нужно иметь противу себя озлобленных. Гоголь Иного выгоднее иметь в числе врагов,


Глава 30. УТЕШЕНИЕ В СЛЕЗАХ Глава последняя, прощальная, прощающая и жалостливая

Из книги автора

Глава 30. УТЕШЕНИЕ В СЛЕЗАХ Глава последняя, прощальная, прощающая и жалостливая Я воображаю, что я скоро умру: мне иногда кажется, что все вокруг меня со мною прощается. Тургенев Вникнем во все это хорошенько, и вместо негодования сердце наше исполнится искренним


Глава 10. ОТЩЕПЕНСТВО – 1969 (Первая глава о Бродском)

Из книги автора

Глава 10. ОТЩЕПЕНСТВО – 1969 (Первая глава о Бродском) Вопрос о том, почему у нас не печатают стихов ИБ – это во прос не об ИБ, но о русской культуре, о ее уровне. То, что его не печатают, – трагедия не его, не только его, но и читателя – не в том смысле, что тот не прочтет еще


Глава 47 ГЛАВА БЕЗ НАЗВАНИЯ

Из книги автора

Глава 47 ГЛАВА БЕЗ НАЗВАНИЯ Какое название дать этой главе?.. Рассуждаю вслух (я всегда громко говорю сама с собою вслух — люди, не знающие меня, в сторону шарахаются).«Не мой Большой театр»? Или: «Как погиб Большой балет»? А может, такое, длинное: «Господа правители, не