Через сорок лет

Было 11 июля 1982 года. Гудел голосами ветеранов-десантников актовый зал московской средней школы № 708. Здесь, в подшефной школе, где создан музей боевой славы, посвященный истории 4-го воздушно-десантного корпуса, собрались его бывшие воины по случаю 40-летия Вяземской воздушно-десантной операции. Впервые на большой сбор в Москву съехались более ста участников одного из крупных парашютных десантов второй мировой войны.

Этот юбилей нельзя было не отметить. Подобных воздушно-десантных операций не знала ни одна из зарубежных армий. Это первый случай в военной истории, когда более 10 тысяч парашютистов ночью в сложных условиях зимы опустились на захваченную врагом Смоленщину и действовали во вражеском тылу около пяти месяцев.

Многие участники той операции начинали историю корпуса в Белоруссии, а некоторые ее завершили в составе 1-й гвардейской воздушно-десантной дивизии.

Во всех группах шумные разговоры, шутки, воспоминания и обычное:

— А помнишь?!

— И вправду ведь не стареют душой ветераны! — слышался голос И. Д. Полозкова.

— Душой не стареют. Это верно. А вот где твои русые волосы? — спросил В. И. Спирин.

— Это уже иной разговор. Не задирайся, Виктор Иванович! — как всегда, нашелся Полозков.

Оба они уже в солидном возрасте. В 1987 году Полозков отметил свое 80-летие. Возраст дает о себе знать, но оба ветерана держатся молодцами, хотя жизнь и потрепала их, как говорят, больше некуда.

После разгрома фашистских войск у берегов Волги с приговором медкомиссии: «Годен к нестроевой в военное время» Илья Дмитриевич продолжал службу и с февраля 1943 года готовил парашютистов для действий в тылу врага. Он и сам летал за линию фронта с разными заданиями. Награжден орденом Красного Знамени. Закончил службу в 1953 году.

Виктор Иванович Спирин, как и Леонид Иванович Лисов, — один из тех, кому судьба уготовила тяжелое испытание. Он также начинал службу в Бобруйске. Потом бои в Белоруссии, десант на Смоленщине и годы плена. Орденом Красной Звезды отмечено его участие в войне.

Почти никто из гостей Москвы, кроме Полозкова и Спирина, не знал полковника в отставке Михаила Алексеевича Котлярова. А он — один из пионеров воздушно-десантных войск, родившихся в Белорусском военном округе в 30-е годы.

Михаил Алексеевич помнит участие подразделений 214-й бригады в парашютном десанте в Бессарабии. Тогда он служил в управлении боевой подготовки Красной Армии. После четвертого формирования корпуса Котляров стал командиром 9-й воздушно-десантной бригады, а после переформирования корпуса в дивизию — командиром 6-го воздушно-десантного стрелкового полка. С ноября 1943 года он — заместитель командира дивизии.

Из пионеров воздушно-десантного дела в Белоруссии участвовал в сборе и полковник в отставке Петр Васильевич Терещенко. Он — москвич, пришел в парадном мундире, при орденах. Мало кто знал, что после тяжелого ранения под Сталинградом он продолжал носить в ноге несколько осколков. Решение медкомиссии: «Не годен к строевой» он не показал никому, и его назначили командиром батальона в 7-ю воздушно-десантную бригаду. В составе курсов воздушно-десантных войск участвовал Терещенко и в Параде Победы.

Среди участников встречи полковник в отставке Демьян Федосьевич Гавриш по возрасту оказался самым старшим.

Плотный, энергичный, Михаил Андреевич Усатов прибыл в форме вице-адмирала. В числе его наград — орден Октябрьской Революции, два ордена Красного Знамени, Трудового Красного Знамени, Отечественной войны 1-й степени, два ордена Красной Звезды, много медалей.

Рядом с ним Иван Алексеевич Иванченко, председатель горисполкома в Полонном. Их внимательно слушал боевой соратник по десанту в район Горки Могилевской области Дмитрий Алексеевич Мартыновский из города-героя Минска.

— Трудно было, командир, в том десанте, — говорит Михаил Андреевич.

— Товарищ вице-адмирал, не называйте меня командиром, это было давно, да и командиром я был маленьким.

— Нет, товарищ председатель горисполкома. Для меня вы всегда командир. Если бы не ваша распорядительность в то время, едва ли сегодня мы встретились на этом собрании. Подумать только, как мы с голыми руками парашютным десантом опустились на скопище танков. Конечно, были у нас бутылки с бензином. Лишь суровая необходимость заставляла десантников выстоять перед лавиной брони и стали. И главное — никто из нас и вида тогда не подал, что идем мы в общем-то на смерть.

— Да, этого не забудешь, — согласился Д. А. Мартыновский.

К ним подошел И. Д. Полозков, и разговор продолжался. Через несколько минут они уже фотографировались на память о встрече.

Директора Кричевского музея Наталью Михайловну Морозову окружили ветераны танкового батальона. Среди них Сергей Воронцов, Яков Гаткин, Сергей Морозов, Георгий Штирбул, Иван Филимонов, дочь комбата Нина Николаевна Придачина.

— А помните август сорок первого и Полошково? — заговорил Яков Гаткин.

— Как не помнить белорусскую деревушку под Кричевом! Там в открытом бою, действуя за пехоту, погибли многие наши танкисты, — ответил Георгий Штирбул.

— Были мы недавно, Наталья Михайловна, у того дуба, где захоронили товарищей, — вставил Сергей Морозов. — Стоит тот дуб и сегодня. Как памятник нашим танкистам и Ленинградскому коммунистическому батальону.

— Спасибо, Наталья Михайловна, вашему музею за пропаганду подвига десантников, — добавил Штирбул.

— Это вам спасибо, дорогие товарищи, за то, что на сожском рубеже сдерживали фашистов…

Увидев Наталью Морозову, заспешила к ней небольшого роста женщина. Это — жена майора Владимира Тимченко. Сорок лет разыскивала она могилу мужа. С помощью музея узнала, наконец, что умер он в Домамеричах, а не пропал без вести, как ей официально сообщили.

Отдельной группой держались участники рейда 214-й бригады по тылам бобруйской группировки врага в июле сорок первого. Здесь Яков Дашко с Днепропетровщины, Никон Исаев из Ленинграда, Израил Гилевич из Шевченко, Аркадий Цацкин из Никополя. С ними Андрей Кобец, Юрий Пикулев и Григорий Винник.

Из начальников парашютно-десантной службы на встречу прибыли лишь Павел Дмитриевич Юшин и Алексей Алексеевич Угаренков. Не было среди них В. И. Нехорошева: не дожил до этой встречи. А прошел Василий Ильич через все четыре переформирования корпуса и совершил 895 парашютных прыжков.

Одну группу ветеранов возглавлял Павел Иванович Петров. Тот самый, который в Боровском совершил самовольный парашютный прыжок. После увольнения в запас работал в Министерстве рыбного хозяйства РСФСР.

Рядом с ним Александра Семеновна Долгова и Клавдия Яковлевна Колобкова, участницы, как и Наталья Ивановна Распопова, парашютного десанта на Смоленщину. Их обступили Павел Федорович Кулай, Николай Макарович Урсулов, Василий Афанасьевич Грамма, Василий Павлович Сехин. Все они с годами стали далеко не похожими на тех молодых, которые сорок лет назад совершали парашютные прыжки из бомболюков и турелей, с крыльев ТБ-3, кто пережил трудные дни начального периода войны, а затем в парашютном десанте сражался на Смоленщине в тылу врага.

Да, годы брали свое, но не забыли ветераны время первых пятилеток и энтузиазм, с которым красноармейцы и командиры учились военному делу, осваивали оружие и воздушно-десантную подготовку, с какой гордостью носили всепогодную буденовку, треугольники, «кубари» и «шпалы» в петлицах и, словно ордена, — значки «Ворошиловский стрелок», ГТО и ПВХО…

— Прошу садиться! — объявил Вениамин Горемыкин. — Как председателю совета ветеранов корпуса мне доверено открыть наше первое большое собрание. Пользуясь случаем, вкратце ознакомлю вас с планами и делами совета ветеранов.

И председательствующий рассказал собравшимся о проделанной работе, остановился и на том, что В. И. Нехорошев, А. А. Аксенов, П. П. Внук, М. М. Козунко, А. А. Самсонов и другие, кто начинал биографию корпуса в Белоруссии, не дожили до этого дня, а генерал-майор В. А. Лещинин, полковник в отставке Н. Е. Колобовников и другие по состоянию здоровья не смогли прибыть в Москву.

Доклад о боевой истории корпуса сделал генерал-майор Михаил Зосимович Малышенко. Многие знали его еще по совместной службе в Марьиной Горке.

Страничка доклада об участии 214-й бригады в советско-финской войне, операциях в Прибалтике и Бессарабии затронули всех пионеров рождения в Белорусском военном округе 214-й воздушно-десантной бригады. А далее — формирование на ее базе корпуса, бои на Березине и Соже, действия легендарной бригады по тылам бобруйской группировки фашистов.

Второе формирование корпуса и участие в беспримерном парашютном десанте на захваченную врагом Смоленщину затронуло большинство участников встречи.

В связи с тем что предстояла военно-научная конференция, посвященная участию корпуса в Вяземской воздушно-десантной операции, Михаил Зосимович особое внимание уделил подвигам десантников, назвал много фамилий, перечислил районы Смоленщины, где жила и боролась «Десантная республика».

— Итоги боевых дел корпуса второго формирования известны, — говорил докладчик. — Они запечатлены в книге «Советские воздушно-десантные». В этом военно-историческом очерке, опубликованном к пятидесятилетию воздушно-десантных войск, сказано так: «Почти за шесть месяцев непрерывных боев во вражеском тылу воины-десантники освободили около 200 населенных пунктов, прошли по тылам немецко-фашистских войск свыше 600 километров, уничтожили до 15 тысяч солдат и офицеров противника и много военной техники»[33].

Из доклада ветераны узнали, что 24 июня 1942 года корпус закончил выход из тыла противника и 27 июня в лесном лагере началось его третье формирование.

Летом 1942 года на южном крыле советско-германского фронта обстановка крайне осложнилась, и 10 воздушно-десантных корпусов переформировали в гвардейские стрелковые дивизии, из которых 9 направили на Сталинградский, а одну — на Северо-Кавказский фронты. В их числе и 38-я гвардейская стрелковая дивизия, родившаяся из 4-го воздушно-десантного корпуса.

9 августа дивизия выгрузилась на станции Фроловка и вступила в бой. Сражалась под Красногоровкой, Дьяченковом, хутором Хлебным, Арбузовкой, Миллерово, Барвенково… Тогда-то при обороне Борвенково и погиб командир дивизии генерал-майор А. А. Онуфриев. Далее боевой путь гвардейцев прошел через Паричи, Ратно, Брест, Варшаву, Торунь и Шверин.

Лишь немногие из парашютистов, сражавшиеся под Боевым Знаменем 38-й гвардейской Лазовской стрелковой дивизии, после излечения в госпиталях попали в корпус нового формирования. Остальных война разбросала по другим фронтовым дорогам.

В начале сентября 1942 года в тот же лагерь, где родилась 38-я гвардейская стрелковая дивизия, начало прибывать пополнение для корпуса четвертого формирования.

К концу декабря личный состав 4-го корпуса был в готовности действовать в парашютных десантах, каждый воин совершил по три и более прыжков. В период формирования и учебы из госпиталей, отпусков после десанта на Смоленщину и боев под Сталинградом прибывали ветераны корпуса. Среди них находились и участники трех формирований: И. А. Иванченко, Д. Ф. Гавриш, М. М. Козунко, В. И. Нехорошев, А. А. Угаренков, В. А. Гришин и другие. Но таких оказалось немного. В командование корпусом после излечения в госпитале вступил генерал-майор А. Ф. Казанкин.

В начале декабря 1942 года на базе вновь сформированных восьми воздушно-десантных корпусов были созданы 9 гвардейских воздушно-десантных дивизий.

25 декабря 4-й корпус был преобразован в 1-ю гвардейскую воздушно-десантную дивизию, а 13 марта 1943 года на реке Ловать она получила боевое крещение. Под знаменами 8, 9 и 214-й воздушно-десантных бригад сражались, соответственно, 3, 6 и 13-й гвардейские воздушно-десантные стрелковые полки.

Многие из тех, кто продолжал историю корпуса в боях на Северо-Западном фронте, остались под могильными холмами и в братских могилах в районе Старой Руссы.

После получения пополнения у села Дергачи под Харьковом дивизия участвовала в Никопольско-Криворожской наступательной операции.

За участие в тех боях к ордену Ленина и трем орденам Красного Знамени на груди генерала А. Ф. Казанкина прибавился орден Суворова 2-й степени.

1-я гвардейская воздушно-десантная дивизия участвовала также и в Корсунь-Шевченковской операции. За образцовое выполнение заданий командования при форсировании Днестра на Боевом Знамени дивизии засверкал орден Суворова.

Рассказал докладчик и о боевых действиях дивизии по освобождению Венгрии и Чехословакии. 14 мая 1945 года дивизия закончила участие в войне с фашистской Германией. На этом, однако, ее боевые дела не кончились. Дивизия участвовала и в войне с Японией.

Под палящим солнцем по безводным, лишенным растительности степям Монголии пронесли знамена гвардейцы воздушно-десантной дивизии. Броском через Большой Хинган в тыл Квантунской армии закончился боевой путь дивизии.

После посещения Новодевичьего кладбища, где похоронен генерал А. Ф. Казанкин, и кладбища в Раменском, где находится дорогая десантникам могила генерала А. Ф. Левашова[34], состоялась военно-научная конференция.

В. Я. Горемыкин председательствовал и на ней.

— Прежде чем предоставить слово Ивану Ивановичу Лисову, — начал он, — доложу вам, что ему исполнилось семьдесят. От имени совета ветеранов рад поздравить его со славным юбилеем.

В актовом зале Высшей комсомольской школы при ЦК ВЛКСМ, где собрались ветераны, раздались аплодисменты.

— Пользуясь правом председателя, — продолжал Горемыкин, — коротко расскажу о его делах в воздушно-десантных войсках, которые только что отметили свой полувековой юбилей. Начну с того, что Иван Иванович прошел путь от курсанта Объединенной Белорусской военной школы в Минске до генерал-лейтенанта и заместителя командующего воздушно-десантными войсками. Он один из пионеров крылатой пехоты, родившейся на белорусской земле. В тридцать четвертом году был участником первого в мировой истории крупного парашютного десанта на маневрах Белорусского военного округа. По окончании Высшей военной школы при Генеральном штабе Иван Иванович служил в управлении воздушно-десантных частей Красной Армии. При форсировании Свири, в мае сорок третьего, он был начальником штаба трехсотого полка девяносто девятой гвардейской стрелковой дивизии, сформированной из десантников. Это при его участии разрабатывалась операция, в которой двенадцать десантников-добровольцев устроили демонстративный десант на плотах и, приняв на себя огонь противника, раскрыли его огневую систему. Все они стали Героями Советского Союза и своим подвигом прославили воздушно-десантные войска.

Чувствовалось, что председательствующий отлично знает биографию и дела юбиляра.

— В послевоенные годы, — продолжал Горемыкин, — Иван Иванович участвовал в совершенствовании воздушных десантов и увековечивании их боевых подвигов в годы Великой Отечественной. Его труд по пропаганде истории парашютного спорта и десантных войск запечатлен в восьми написанных им книгах. Наш юбиляр — мастер парашютного спорта. На его счету более полутысячи прыжков с парашютом.

Иван Иванович не выдержал:

— Вениамин Яковлевич, многовато вы обо мне. Право же, ни к чему это.

— Иван Иванович, вы юбиляр, и дайте мне высказаться. — Горемыкин окинул зал и, получив поддержку ветеранов, продолжил: — Товарищ Лисов является также кандидатом военно-исторических наук. Он и сегодня в свои семьдесят полон энергии. Словом, всего о нем и не скажешь. Так много сделал он для наших войск.

Приняв из рук Натальи Ивановны Распоповой большую медаль на широкой красной ленте, Горемыкин сказал:

— По поручению совета ветеранов награждаю вас, Иван Иванович, как патриарха воздушно-десантных войск особой юбилейной медалью, отчеканенной нашими умельцами. — С этими словами он перекинул через шею генерала ленту, на которой заиграла бликами большая медаль с цифрой «70».

Зал загремел аплодисментами. Все встали и долго рукоплескали смущенному Ивану Ивановичу Лисову…

А далее все было солидно и строго. Генерал читал лекцию с использованием проектора, который высвечивал на экране схемы, докладывал замысел Вяземской воздушно-десантной операции и ее исполнение 4-м воздушно-десантным корпусом, 23-й и 211-й воздушно-десантными бригадами…

На конференции выступили также Александр Григорьевич Мильский, бывший командир 23-й бригады, комиссар 8-й бригады Иван Васильевич Распопов и начальник штаба 9-й бригады Павел Михайлович Базелев. Они дополнили докладчика рассказами о подвигах, мужестве и самопожертвовании бойцов и командиров десанта.

Посещение музея и Высшего воздушно-десантного командного училища в Рязани подвело черту под встречей. В музее ветераны увидели свою молодость, а в училище — сегодняшние воздушно-десантные войска.

В послевоенное время, как известно, благодаря неустанной заботе Коммунистической партии и Советского правительства воздушно-десантные войска поднялись на более высокую ступень в своем развитии. Они оснащены современной боевой техникой и вооружением. Это значительно увеличило их огневую мощь, ударную силу и маневренность. Военно-транспортные самолеты, используемые для десантирования войск, имеют необходимую скорость, высоту и дальность полета. Они могут перевозить ракеты, танки, самоходные орудия, зенитно-артиллерийские установки, боевые и транспортные машины.

Парашютисты-десантники Страны Советов вместе со всеми нашими воинами зорко стоят на страже мира.