РОДСТВЕННИКИ

РОДСТВЕННИКИ

Показателем того, какие перемены произошли в советском обществе в послесталинские годы, может служить также поведение наших родственников в моей из ряда вон выходящей ситуации. Во-первых, моя жена Ольга стала соучастником в моем поведении и ближайшим помощником. Она прекрасно понимала, что мы в результате моих скандальных действий потеряем все наше материальное благополучие и что моя научная карьера оборвется. Эмигрировать на Запад она, как и я, не хотела - мы не видели там для нас никакой возможности жить так, как жили в России. Она понимала также то, что наша дочь из-за нас попадет с самого начала жизни в число изгоев общества. И все-таки принципиальное идейное и моральное отношение к положению в стране и к моему личному положению восторжествовало в ее умонастроениях. Она решила идти со мной до конца, чего бы это ни стоило.

Моя дочь Тамара за то, что отказалась порвать со мною отношения, была исключена из комсомола и уволена с работы. Потом она в течение многих лет не имела постоянной работы. Мой сын Валерий жил с семьей в г. Ульяновске. Он был офицером милиции, капитаном. Был прекрасным работником, был представлен к высокой правительственной награде, имел перспективу повышения в должности. Его предупредили, что, если он будет поддерживать со мною связи и будет встречаться со мною, его накажут по партийной линии и уволят с работы. Для человека с семьей, живущего в провинции в самых недрах русского общества, такая угроза есть угроза всей жизни. И все-таки Валерий не внял угрозе. Когда стало известно, что меня могут посадить в тюрьму или выслать на Запад, он все же приехал к нам в Москву. В результате его исключили из партии и уволили с работы. В течение ряда лет он работал простым рабочим. Одновременно учился в вечернем инженерном институте и стал инженером. Но положение инженера было все равно ниже прежнего положения офицера милиции. И никаких перспектив для карьеры не появилось.

В той или иной мере пострадали и другие мои родственники и родственники жены. Но больше всего пострадал мой брат Василий. Его поведение в моей ситуации вообще было беспрецедентным. Он был военным юристом, полковником. Служил в разных районах страны, в последнее время - в Киеве. Имел репутацию способного, смелого и неподкупного работника. Привлекался к проведению ряда важнейших операций по разоблачению преступных мафий на высоком уровне, участвовал в разоблачении мафии в Ворошиловградской области и в Азербайджане. Как человек с такой прекрасной репутацией, он был выдвинут на высокий генеральский пост в военной прокуратуре - на пост начальника отдела, курировавшего КГБ от военной прокуратуры. Получил квартиру в Москве. Должен был получить звание генерал-майора. Его дочь переехала с ним в Москву и поступила на работу. Жена осталась в Киеве готовиться к перевозу имущества в Москву. И в этот решающий момент карьеры Василия появились "Зияющие высоты". Его немедленно вызвали к начальнику политуправления армии генералу Епишеву и предложили публично осудить мое поведение. Василий сказал, что не знал о книге, еще не видал ее и не знает, что в ней написано, но что он относится ко мне с величайшим уважением, что знает меня как человека, который не способен совершить недостойный поступок. Ему дали срок несколько дней подумать. На вторую беседу с Епишевым он шел, уже прочитав книгу. Она произвела на него сильнейшее впечатление. Он только пожалел, что я не говорил ему о моей работе над такой книгой ранее, так как он дал бы мне для нее потрясающий конкретный материал из его практики. Епишеву он сказал, что гордится мною, и осуждать меня ни в коем случае не будет. Его немедленно уволили с работы, выгнали из армии и выслали из Москвы. Его дочь тоже выслали из Москвы, взяв ее прямо на работе. С Василием так расправились потому, что он, как думали "вверху", мог оказать мне поддержку, используя свое высокое положение. А в армии в те годы антибрежневские настроения были очень ощутимы.