ЯНКА

ЯНКА

Теперь по-особому прочтется каждая ее строчка. Каждая. «В моей крови песок мешается с грязью»… Прочтется теми, кто слушал в пол-уха. Или теми, кто не слышал вовсе. Те, кто слушал и слышал, не могли не почувствовать в ее песнях то, отчего «дрожат вены». То, что билось в голосе Башлачева, — предчувствие, предначертанность, что ли… Если принять две милицейские версии: «Несчастный случай или самоубийство», то мне понятнее вторая.

Тяжело и тоскливо — Янки больше нет.

17 мая в 9 утра в притоке Оби — реке Ине — рыбаками было обнаружено тело Яны Дягилевой.

Вода держала тело девять дней…

Я вспомнила написанное Машей Володиной задолго до того, как вода унесла Янку: «Помнишь ли, Янка — купала ты нас, и стали мы — братья в голосе Твоем. Ты — большая река, Янка. И вставала Ты со стула и уходила по коридору сквозь палево, а потом приходила вновь, и была Ты всегда и будешь. Ты, Янка — большая река».

Думаю, что если я напишу, что Янка была «сибирской Дженис Джоплин», талантливым поэтом, что она играла на бас-гитаре (одно время) в ГРАЖДАНСКОЙ ОБОРОНЕ, пока не пришла к сольным выступлениям, или с импровиз-группой ВЕЛИКИЕ ОКТЯБРИ, то это ни о чем не скажет…

Г. Пилипенко.

«Аксинья», Ростов-на-Дону, 25.05.91 г.