глава 4 ЛЕТУЧИЕ МЫШИ

глава 4

ЛЕТУЧИЕ МЫШИ

Иногда я склонна думать, что мы все привидения, пастор Мандерс. От своих отцов мы наследуем не только то, что воспроизведено в нашем организме, но и всевозможные древние мертвые идеи, и все формы старых умерших верований… Они не действуют на нас — они скрыты, но мы не можем избавиться от них. Когда бы я ни взяла почитать газету, мне кажется, я вижу привидений, крадущихся меж строк. Должно быть, они расселены по всему миру. Кажется, они бесчисленны, как песчинки. А мы так страшимся света — каждый из нас…

Генрик Ибсен «Привидения»

Неделю спустя в моем доме случилась досадная неприятность. На стропилах этого лесного дворца жили летучие мыши, которые стали иногда пробираться внутрь дома. Мои коты гонялись за ними как безумные и ловили их. Избавиться от летучих мышей очень трудно, а у меня больше не было мужа, чтобы сделать это. Я позвонила в городское управление здравоохранения, и они послали своего специалиста.

Среди всей этой суматохи раздался телефонный звонок. Это была Флоринда.

Строго и торопливо она сообщила:

— С тобой хочет говорить Карлос.

— О, здорово!

У телефона был он.

— Hola, Эйми! Соболезную! Мне так жаль твоего отца! Фло только что сказала, что он умер год назад, — я не знал, я был в Тимбукту. Эй! Как ты?

— Хорошо. Э… извини меня, сейчас в дом залетела летучая мышь и…

— Ты хочешь, чтобы я перезвонил?

В голове промелькнула тревожная мысль. Я знала, что, если повешу трубку, он никогда не перезвонит.

— Нет, нет.

В дверь позвонили. Это был ловец летучих мышей с сеткой и банкой. Я помахала, чтобы он вошел.

— Выгони летучих мышей прочь, Эйми! — сказал Карлос, как будто отдавал секретный военный приказ. — Выгони их прочь!

Я засмеялась.

— Ты — Карлос Кастанеда, — возразила я, — ты и выгоняй!

Когда мышей начали ловить, Карлос стал еще более настойчивым.

— Эйми, это невероятно, что Фло нашла тебя. Я пытался связаться с тобой! То, что я тебе скажу, может показаться нелепостью, но попытайся отложить свой привычный приговор и, пожалуйста, выслушай меня. Пожалуйста, послушай. Это в высшей степени важно. Ты, только ты, имеешь достаточно ума, чтобы понять метафору. Остальные. — Он издал презрительный звук, вероятно характеризуя свою маленькую группу учеников. Я знала от Флоринды, что у него есть дюжина учеников в Лос-Анджелесе и, возможно, несколько в Мексике, но в этом она не была уверена. — Они не способны. Они не понимают, что мы как цыплята, загнанные в курятник, — некое неземное существо пожирает нас… Да, мы — ПИЩА! Почему бы нет! Не суди строго. Это — вселенная хищников, и нас едят. Ты слушаешь?

— Да.

— У колдунов есть две притчи. Одна — про ученого, который отправился на Амазонку, чтобы «изучать местных жителей». И когда они попытались съесть его, он записал: «На мгновение антропология была забыта!»

— Эйми, некто пожирает нас, поэтому я говорю тебе — забудь антропологию!

— Другую притчу я взял в «Эсквайре», увидев заголовок статьи о Ли Марвине. Ты помнишь Ли Марвина? «Мятеж Каина»? «Чертова дюжина»? Ладно, название было таким: «Ли Марвин напуган!» Когда бы я ни переносился в другие миры, bona fide[16] в другие миры, поверь мне, chica, — «Ли Марвин напуган!» Ты слушаешь?

— Да.

— Месяц назад я занимался дримингом, и тогда я столкнулся с Ирвингом. Он в ловушке — что-то вроде ползучего плюща в зарослях ежевики, как в тюрьме. Я приблизился к нему, пытаясь освободить его. Он оттолкнул меня: «Нет! Нет! Не подходи. Просто позаботься о моей дочери. Пообещай мне. Позаботься о моей Эйми. Она в опасности!»

— Карлос, что это значит? В какой опасности?

— Я не знаю.

— Ты не знаешь? А мой брат? Он в опасности? Мой отец говорил о нем?

— Нет, только о тебе. А теперь его призрак ищет дом, где живет твоя мать.

— Его призрак?

Ловец летучих мышей был в дверях моего кабинета. Он победно продемонстрировал летучую мышь, посаженную в банку. Я улыбнулась и помахала рукой в знак благодарности.

— Карлос, что же нам нужно делать?

— Я не знаю. Может, поехать в дом и попытаться освободиться от призрака.

Сначала я отнеслась к этому скептически, но страх от того, что отец страдает, пересилил мои сомнения.

— Хорошо, хорошо, — ответила я, — когда мамы не будет дома. Я буду в Лос-Анджелесе через две недели.

— Ах, чудесно! Тогда мы и увидимся. Позвони Фло, когда приедешь. Прекрасно. Adios. И, Эйми, еще одна вещь. СЛУШАЙ! Слушай внимательно. Я говорил это однажды, и я повторю. Ты, Эйми Уоллес, только ты имеешь достаточно ума, чтобы понять метафору. Ты единственная. Никогда не забывай то, что я только что сказал тебе. От этого многое зависит. До свидания.

Ирвинг Уоллес говорил с Карлосом Кастанедой из могилы. И я была в какой-то ужасной опасности.

Я пыталась сохранить скептический настрой, но это не помогало — «Ли Марвин напуган!»