«А как насчет Маркса и Энгельса?»

«А как насчет Маркса и Энгельса?»

Сидел в нашей камере рабочий по фамилии Лоншаков. Был он столяром-краснодеревщиком высшего класса. Работал на авиационном заводе, где изготовлял модели будущих самолетов.

В декабре 1949 года по всей стране происходил сбор «подарков великому Сталину» по случаю его семидесятилетия. Подарок от авиационного завода — модель самолета нового поколения — делал Лоншаков. Когда модель была готова, директор завода, секретарь парткома и Лоншаков повезли ее в Таврический дворец, где должна была открыться выставка подарков ленинградцев великому вождю.

Драгоценную модель бережно внес в зал дворца ее создатель — Лоншаков. Торжественным шагом, словно с венком к подножию памятника, все трое — Лоншаков с красавцем-самолетом на руках в середине, директор и секретарь парткома по бокам — подошли к указанному им месту. Лоншаков бережно опустил свою модель и… В ту же минуту два коренастых молодчика, оттеснив директора завода и секретаря парткома, ухватили Лоншакова за освободившиеся от подарка руки и повели его из дворца к поджидавшей у входа машине. Через десять минут он был уже в тюрьме, благо Таврический дворец и Шпалерка расположены на одной улице (тогда улице Воинова), на недалеком расстоянии друг от друга. Ясно, что Лоншакова собирались арестовать уже давно, но не хотели (или не решались?) это сделать, пока он не закончил подарок вождю. Но когда он его закончил… тут уж медлить не стали.

Что же такого опасного совершил рабочий-краснодеревщик Лоншаков? Об этом он рассказал мне отнюдь не сразу после появления в нашей камере. Отмалчивался, явно не доверяя нам, интеллигентам, и упорно не рассказывал о своем деле. Был он хорошего роста, широк в плечах. Лицо у него было ширококостное, некрасивое, волосы густые, черные. Глаза тоже черные. Руки у него были очень сильные. Ладони широкие, как лопаты. Мы пробовали с ним соревноваться — кто кому пригнет руку к столу. Ему я всегда проигрывал, хотя со многими другими справлялся без особого труда.

Приходя с допроса, этот сильный человек садился на свою койку и горько плакал. Мы — было нас тогда в камере еще трое — пытались его утешать. О причине своих слез он нам рассказывал, совершенно не стесняясь. Думал, что пропадет, и жалел свою восьмилетнюю дочку. Любил ее, видимо, без памяти и страшно переживал разлуку с ней.

Однажды, придя с допроса, он явно расположился со мной поговорить о своем деле. Заметив это, я спросил его прямо:

— Что от тебя хотят, Лоншаков? О чем спрашивают?

— Да вот, понимаешь, пристает следователь, как с ножом к горлу: признавайся, говорит, Лоншаков, сукин ты сын, и так далее… ты говорил рабочим в курилке, что Маркс и Энгельс не признавали возможности построения социализма в одной стране?

— Ну, а ты что на это отвечаешь? — спросил я.

— Как что? Отпираюсь.

— Ну и напрасно, — сказал я. — Совершенно напрасно ты отпираешься, даже если и говорил такое.

Я постарался объяснить Лоншакову следующее. В «Кратком курсе» истории партии сказано, что Маркс и Энгельс, жившие в эпоху домонополистического капитализма, еще не могли представить себе возможность построения социализма в одной отдельно взятой стране. Заслуга Ленина и Сталина как раз в том и состоит, что они теоретически и практически доказали такую возможность.

— Ты пойми, — сказал я Лоншакову, — и следователю своему постарайся втолковать: если бы Маркс и Энгельс дошли до идеи построения социализма в одной, отдельно взятой стране, то никакой заслуги Ленина, а тем более, товарища Сталина, в открытии такой возможности не было бы. Объясни, — добавил я, — своему следователю, что он в год семидесятилетия товарища Сталина преподносит ему своими действиями нехороший подарок.

Лоншаков все понял.

Надо ли говорить, с каким волнением ждал я его возвращения со следующего допроса. Возвратился он на этот раз в камеру довольно быстро. По его лицу было заметно, что он находится в весьма приподнятом настроении. Когда ключ в замке щелкнул, а глазок камеры, в который заглянул надзиратель, закрылся, Лоншаков, не сдержав эмоций, подошел ко мне, прижал меня к себе и сказал:

— Спасибо, Даниил Натанович. Кажется, ты меня выручил.

С его слов, в кабинете следователя произошло вот что:

— Ну, Лоншаков, — закричал следователь, едва подследственный переступил порог его кабинета, — ты будешь, наконец, говорить правду, мерзавец ты этакий!

— Гражданин следователь, — сказал Лоншаков — я вспомнил насчет Маркса и Энгельса. Было дело, говорил я про них в курилке, что не признавали они.

— Ага! Наконец! Иди, садись, закури. — Ну и так далее.

Обрадованный и умиротворенный следователь записал признание Лоншакова.

— Теперь иди сюда, — подозвал он подследственного. — Подпишись прямо здесь под строчкой. А то, чего доброго, еще откажешься. Знаем мы вас.

Лоншаков подписал признание факта разговора о Марксе и Энгельсе.

— Так, — сказал следователь. — Продолжим. Значит, ты признаешь, Лоншаков, что занимался среди рабочих своего завода антисоветской агитацией?

— Нет, не признаю!

— Как?! Ты ведь только признался и подписал!! — взвился следователь. — Ты что же, издеваешься надо мной, негодяй!..

— Нет, не издеваюсь, — спокойно возразил Лоншаков. — И от своих слов не отказываюсь. Что говорил — то говорил. Только это не антисоветский разговор. Это по «Краткому курсу».

— Что?!!

Короче говоря, Лоншаков, видимо, вполне толково пересказал следователю то, что я ему разъяснил. Следователь растерялся. Во всяком случае, он выгнал Лоншакова с допроса, не закончив ведения протокола и не дав ему на подпись слова, обязательно заканчивавшие каждый протокол допроса: «Протокол с моих слов записан верно и мною прочитан».

Лоншакова не вызывали на допросы больше месяца. Я, как говорится, молил Бога, чтобы его или меня не перевели в какую-нибудь другую камеру, чтобы нас не разлучили. Уж очень хотелось узнать, как же дальше пойдет его следствие.

Наконец, его вызвали на допрос. Потекло время. Я нервно ходил по камере, не находя себе места.

Лоншаков вернулся. На лице его было выражение полной растерянности. По его словам, на допросе произошло следующее:

— Ну, Лоншаков, сволочь ты этакая! — встретил его с порога следователь, точно так, как встречал на допросах до перерыва. — Ты будешь, наконец, говорить правду?! Ты говорил в курилке рабочим, что в СССР тринадцать миллионов политических заключенных?! Говорил или нет, я спрашиваю!!

— Гражданин следователь, а как же насчет Маркса и Энгельса?

— А ну их к чертовой матери! О них больше вспоминать не будем, — сказал следователь и досадливо махнул рукой.

Было ясно, что предыдущее заявление Лоншакова насчет отношения Маркса и Энгельса к построению социализма в одной стране тщательно проверялось. Судя по длительности проверки, обращались в Москву, быть может, в Институт марксизма-ленинизма. Оттуда, надо полагать, подтвердили справедливость слов Лоншакова, и вопрос о Марксе и Энгельсе был из дела Лоншакова исключен.

Так или иначе, Лоншаков получил восемь лет лагерей. Как знать, не внеси он ясность в проблему «Маркс и Энгельс о построении социализма в одной стране», может быть, он получил бы все десять.

Один раз в жизни пошел я на футбольный матч, на стадион имени Ленина. Было это году в пятьдесят восьмом. Возле касс я столкнулся с Лоншаковым. Мы радостно обнялись, на ходу обменялись информацией: кто где сидел, когда вышел на свободу и что делает сейчас. Само собой, мы обменялись телефонами. Но так больше никогда и не встретились.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг:

Насчёт отцов

Из книги автора

Насчёт отцов Живой отец мог произвести впечатление буржуазного излишества. Сергей Довлатов Отца у меня, конечно, не было. Когда кончилась война, и потом, попозже, я стал замечать, что у некоторых моих сверстников есть отцы. Со временем отцов становилось больше. Это было


Миф № 6. Чтобы втереться в доверие к Сталину, Берия заставил сотрудников грузинского филиала Института Маркса Энгельса Ленина написать прославляющий Иосифа Виссарионовича доклад на тему «К истории большевистских организаций Закавказья», присвоив затем себе авторство этого доклада, хотя его готовил ц

Из книги автора

Миф № 6. Чтобы втереться в доверие к Сталину, Берия заставил сотрудников грузинского филиала Института Маркса Энгельса Ленина написать прославляющий Иосифа Виссарионовича доклад на тему «К истории большевистских организаций Закавказья», присвоив затем себе авторство


А насчет жены ближнего…

Из книги автора

А насчет жены ближнего… Из десяти заповедей для меня не все равноценны.Я верю только в ту мораль, которую мне подсказывает мое чувство.Мое чувство подсказывает: не убий. Мое чувство говорит мне, что грех украсть у голодного кусок хлеба. Но оно не говорит мне, что грех у


ДАТЫ ЖИЗНИ И ДЕЯТЕЛЬНОСТИ К. МАРКСА И Ф. ЭНГЕЛЬСА

Из книги автора

ДАТЫ ЖИЗНИ И ДЕЯТЕЛЬНОСТИ К. МАРКСА И Ф. ЭНГЕЛЬСА 1818, 5 мая — В г. Трире (Рейнская провинция Пруссии) в семье адвоката родился Карл Маркс.1820, 28 ноября — В г. Бармене (Рейнская провинция Пруссии) в семье текстильного фабриканта родился Фридрих Энгельс.1830, осень — 24 сентября 1835


Р.S. Насчет утренней малявы пока все тихо. Наверное, просто

Из книги автора

Р.S. Насчет утренней малявы пока все тихо. Наверное, просто какая-то ошибка. 2 мая, пятница Костя с Витей решили сходить все-таки хоть раз на прогулку.Подышать, так сказать, свежим воздухом. Вася тоже поначалу непременно хотел идти и даже неоднократно во всеуслышанье об этом


2.06 ШКОЛА УЧЕНИЙ МАРКСА — ЭНГЕЛЬСА — ЛЕНИНА — СТАЛИНА

Из книги автора

2.06 ШКОЛА УЧЕНИЙ МАРКСА — ЭНГЕЛЬСА — ЛЕНИНА — СТАЛИНА Уместно указать, что еще при жизни Сталина на медалях, изображавших отцов коммунизма, был и Сталин в одном ряду с мертвецами. Членам партии и просто учащимся приходилось самым серьезным образом изучать труды и догмы


II. Земельная рента, или Сталин углубляет Энгельса и Маркса

Из книги автора

II. Земельная рента, или Сталин углубляет Энгельса и Маркса В начале своей борьбы с «генеральным секретарем» Бухарин заявил как-то, что главной амбицией Сталина является заставить признать себя «теоретиком». Бухарин достаточно хорошо знает Сталина, с одной стороны,


Глава 6: Школа учений Маркса — Энгельса — Ленина — Сталина

Из книги автора

Глава 6: Школа учений Маркса — Энгельса — Ленина — Сталина Уместно указать, что еще при жизни Сталина на медалях, изображавших отцов коммунизма, был и Сталин в одном ряду с мертвецами. Членам партии и просто учащимся приходилось самым серьезным образом изучать труды и


Насчёт «новых русских»

Из книги автора

Насчёт «новых русских» Среди красавцев криминала Я мало НОВЫХ лиц видала. И РУССКИХ тоже что-то мало! Чай, разбрелись туды-сюды? ????????Но либералы ?????????????«Новых русских» ?????????????Честят на взгорьях и на спусках. ?????????????И «патриоты» ?????????????«Новых русских» ?????????????Готовы


«Любопытство насчет меня страшное…»

Из книги автора

«Любопытство насчет меня страшное…» «Бедные люди» еще не были напечатаны, «Двойник» еще не был окончен, а имя Достоевского уже повторял весь литературный Петербург.Давно ли он гадал: пожелают в «Отечественных записках» прочесть его роман или так и вернут, не прочитав?


Генрих Гемков «МЫ ПРОЖИЛИ НЕ НАПРАСНО…» Биография Карла Маркса и Фридриха Энгельса Heinrich Gemkow. UNSER LEBEN: Eine Biographie über Karl Marx und Friedrich Engels. Dietz Verlag, Berlin, 1981.

Из книги автора

Генрих Гемков «МЫ ПРОЖИЛИ НЕ НАПРАСНО…» Биография Карла Маркса и Фридриха Энгельса Heinrich Gemkow. UNSER LEBEN: Eine Biographie ?ber Karl Marx und Friedrich Engels. Dietz Verlag, Berlin, 1981. Старинные предания рассказывают о разных трогательных примерах дружбы. Европейский пролетариат может сказать, что его наука


Звездный час в жизни Маркса и Энгельса

Из книги автора

Звездный час в жизни Маркса и Энгельса Украшенный флагами различных наций зал был переполнен. Среди примерно 2 тысяч участников сидел, по его собственным словам, «в виде безмолвной фигуры на трибуне»[249] Карл Маркс.Хор лондонского Просветительного общества немецких


Смерть Энгельса

Из книги автора

Смерть Энгельса До конца весны 1895 г. Энгельс проявлял свою неиссякаемую работоспособность, трудясь над важными публикациями, рассылая многие десятки писем. Изумляет простое перечисление его научных публикаций. В середине июля 1894 г. он закончил рукопись «К истории


А как насчет джаза в Перми XXI века? Об искусстве жить долго

Из книги автора

А как насчет джаза в Перми XXI века? Об искусстве жить долго Возможно, одним из секретов долголетия Терпиловского (80 лет для бывшего зека!) было его природное, удивлявшее многих, неиссякаемое остроумие. Любитель ироничных афоризмов, Генрих Романович по достоинству оценил


А как насчет джаза в Перми? Отрывок из статьи

Из книги автора

А как насчет джаза в Перми? Отрывок из статьи Городу на Каме, насчитывающему свыше 900 тысяч жителей, исполняется 250 лет. Юбилейный год, как уж заведено, побуждает оглянуться на пройденный путь, в частности, и в искусстве.Джаз, зазвучавший в СССР позднее, чем на Западе, дошел