Глава 23 Постлюдия[66]

Глава 23

Постлюдия[66]

Я начал эту книгу со своего сиротства, так что, возможно, имеет смысл вернуться к этому в предпоследней главе. Я пишу это через полтора года после смерти мамы и через год с небольшим после того, как не стало папы. Немного пыли улеглось, немного еще витает в воздухе.

Каждый день я думаю о них, и не потому — замечу, — что все время работал над этой книгой. Ее написание (подозреваю) было задумано, чтобы облегчить катарсис; и теперь, когда я подхожу к концу, мне кажется, что я написал ее по причине куда более существенной: я хотел попросить прощения за то, что мало проводил времени с родителями, прежде чем позволил им уйти — мы сами позволяем им уйти. Поэтому не надо ничего придумывать, достаточно всего лишь черно-белого альбома, в котором не самые приятные воспоминания могут очиститься от горечи и спокойно, безболезненно улечься, словно осенние листья, на мягкой лесной земле. Во всяком случае, мне так хотелось бы.

Тем временем сиротство продолжается, укрепляется (как думал Леон) и так далее. Люди на удивление заботливы. «Как у вас дела?» — спрашивают они, делая сочувственное ударение на последнем слове, словно показывая, что они имеют в виду. Неожиданно — пока я писал — мне вспомнился отец, который много-много лет назад рассказывал мне о книге «Люди всегда будут добрыми» Уилфреда Шида. Я никогда не читал ее; но каким-то образом все так или иначе напоминает мне о папе и маме…

Это находит волнами, и наверняка мои собратья-сироты сами могут рассказать об этом. Какое-то время все прекрасно, вы живете своей жизнью, даже, возможно, испытываете нутряное чувство освобождения — никто не заставит меня рано ложиться спать или мне не надо застилать кровать — и вдруг — бум — ничего этого нет. Есть много симптомов (как говорят врачи). Иногда словно внутри образовывается черная дыра и затягивает в себя все твое естество; иногда появляется ощущение беспокойства, страха, словно ты отпустил мамину руку в толпе, и мама ушла, и вот ты якобы один, не совсем один, если быть точным, но чувствуешь, что один. Вчера по телевизору я смотрел, как детишки отдают должное своим мамам и папам, которые погибли в двух башнях одиннадцатого сентября, и этим детишкам четыре, пять, шесть лет от роду. Не могу представить их ощущение сиротства. По контрасту, мои рассуждения об этом, когда мне уже пятьдесят пять лет, кажутся слишком патетичными. Мама сказала бы: «Возьми себя в руки и прекрати ныть». Да, мама, я почти прекратил.

Совет? Давайте подумаем. Пройдя через подобный опыт, человек должен чего-то поднабраться. Нас семьдесят семь миллионов, и многие уже потеряли своих родителей, а остальные неизбежно пройдут через это рано или поздно.

Единственный правильный совет — не смейтесь! — таков: договоритесь заранее с папой и мамой насчет похоронных трат. Я рассказал о прайс-листе некоторым людям, и один из них, кивая головой, произнес: «Мама договорилась о своей кремации заранее. Ты не поверишь, насколько вышло дешевле». Это похоже на дельный совет. И я передаю его вам. А если он не сработает, то, едва мама или папа начнут сдавать, везите их в Белфаст (графство Мэн).

Что же до того, что «вы следующий», о чем я написал в предисловии, то с этим ничего не поделаешь, разве что не кури, не ешь ничего вкусного и проводи больше времени на беговой дорожке фирмы «Стэйр-Мастер». Через несколько дней исполнится двадцать лет, как я бросил курить, и у меня приятно на душе. Предпочитаю дышать. И все же я не уверен, что наша одержимость долгой жизнью может быть по-настоящему здоровой.

«Возможно, что лучшее лекарство от страха смерти, — писал Уильям Хэзлитт, — твердо помнить, что жизнь имеет не только начало, но и конец. Было время, когда нас не существовало — но мы об этом не задумываемся, — так почему же нас должно беспокоить то, что когда-нибудь нас не будет?»

Надо сказать, что любой английский мэр может вспомнить множество разных людей и поговорить о хорошей игре. Спросите меня, что я чувствую, когда доктор Хьюз говорит мне: «Если вы не возражаете, я бы взял кровь на анализ».

Мой дорогой друг Раст Хиллс, который умер этим летом (в Белфасте, в Мэне), был великим почитателем Мишеля де Монтеня. А Монтень много времени провел в мыслях о смерти. (Верно, это французская черта.) Раст умер чертовски здорово в возрасте восьмидесяти трех лет — августовским днем в компании жены, дочери и внука. В доме на морском берегу он выпил шотландского виски, с удовольствием съел похлебку из моллюсков, свинины, сухарей и овощей, потом кусок пирога с черникой — и умер. Неплохо, правда? И я хотел бы того же.

Нигде и ничего я не могу найти у Монтеня о шотландском виски, похлебке и пироге, но зато нашел вот это: «Непрекращающаяся работа человека, пока он жив, — это строить дом смерти». Наверное, закончить в холодильнике звучит несколько мрачновато для стандартно улыбчивого американца, но pas mal.[67] Поразмыслив так и этак, я думаю, надо прямо и улыбаясь смотреть в глаза Старухе с косой и говорить ей: «Вот еще!» Держу пари, это говорила мама, прибавляя: «И что, скажите на милость, должен означать твой дурацкий костюм?»

Вчера я ехал следом за изрыгавшим выхлопные газы городским автобусом, возвращаясь из бакалейно-гастрономического магазина, и вдруг обнаружил, что думаю (не в первый раз), попал папа в рай или не попал. Он так много времени в своей жизни провел на коленях в храме, так много делал добра разным людям — совершил миллионы великодушных поступков. Я не — нехорошо употреблять это слово — должен умирать от любопытства: как ты там, папа? Ты был прав? Рай есть? Мама рядом с тобой? (Бурчит, почти наверняка, насчет «несъедобной еды».) Но если есть рай и вы оба находитесь в нем, может быть, вы думаете: «Бедняга Кристофер, ему тут не быть». А мама наверняка не устает повторять отцу: «Билл, ты поговорил с нелепым существом у врат? Ты сказал ему, что он должен пропустить Кристофера? Смешно же напоминать об этом».

Даже в моих снах они присматривают за мной. Все-таки, возможно, мы вовсе не сироты.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Глава VI. Глава школы

Из книги Рене Декарт. Его жизнь, научная и философская деятельность автора Паперн Г А

Глава VI. Глава школы Ренери и Региус. – Полемика с Воэтом и антикартезианские волнения в Голландии. – «Размышления» и «Начало философии». – Поездки во ФранциюЗначение «Опытов» не исчерпывалось изложенными в них частными открытиями Декарта: в том же направлении


Глава четвертая «БИРОНОВЩИНА»: ГЛАВА БЕЗ ГЕРОЯ

Из книги Бирон автора Курукин Игорь Владимирович

Глава четвертая «БИРОНОВЩИНА»: ГЛАВА БЕЗ ГЕРОЯ Хотя трепетал весь двор, хотя не было ни единого вельможи, который бы от злобы Бирона не ждал себе несчастия, но народ был порядочно управляем. Не был отягощен налогами, законы издавались ясны, а исполнялись в точности. М. М.


ГЛАВА 9. Глава для моего отца

Из книги Настоящая книжка Фрэнка Заппы автора Заппа Фрэнк

ГЛАВА 9. Глава для моего отца На военно-воздушной базе Эдвардс (1956–1959) у отца имелся допуск к строжайшим военным секретам. Меня в тот период то и дело выгоняли из школы, и отец боялся, что ему из-за этого понизят степень секретности? а то и вовсе вышвырнут с работы. Он говорил,


Глава шестнадцатая Глава, к предыдущим как будто никакого отношения не имеющая

Из книги Моя профессия [litres] автора Образцов Сергей

Глава шестнадцатая Глава, к предыдущим как будто никакого отношения не имеющая Я буду не прав, если в книге, названной «Моя профессия», совсем ничего не скажу о целом разделе работы, который нельзя исключить из моей жизни. Работы, возникшей неожиданно, буквально


Глава сорок первая ТУМАННОСТЬ АНДРОМЕДЫ: ВОССТАНОВЛЕННАЯ ГЛАВА

Из книги Даниил Андреев - Рыцарь Розы автора Бежин Леонид Евгеньевич

Глава сорок первая ТУМАННОСТЬ АНДРОМЕДЫ: ВОССТАНОВЛЕННАЯ ГЛАВА Адриан, старший из братьев Горбовых, появляется в самом начале романа, в первой главе, и о нем рассказывается в заключительных главах. Первую главу мы приведем целиком, поскольку это единственная


ГЛАВА 15 Наша негласная помолвка. Моя глава в книге Мутера

Из книги Мои воспоминания. Книга первая автора Бенуа Александр Николаевич

ГЛАВА 15 Наша негласная помолвка. Моя глава в книге Мутера Приблизительно через месяц после нашего воссоединения Атя решительно объявила сестрам, все еще мечтавшим увидеть ее замужем за таким завидным женихом, каким представлялся им господин Сергеев, что она безусловно и


«ГЛАВА ЛИТЕРАТУРЫ, ГЛАВА ПОЭТОВ»

Из книги Петербургская повесть автора Басина Марианна Яковлевна

«ГЛАВА ЛИТЕРАТУРЫ, ГЛАВА ПОЭТОВ» О личности Белинского среди петербургских литераторов ходили разные толки. Недоучившийся студент, выгнанный из университета за неспособностью, горький пьяница, который пишет свои статьи не выходя из запоя… Правдой было лишь то, что


Глава Десятая Нечаянная глава

Из книги Записки гадкого утёнка автора Померанц Григорий Соломонович

Глава Десятая Нечаянная глава Все мои главные мысли приходили вдруг, нечаянно. Так и эта. Я читал рассказы Ингеборг Бахман. И вдруг почувствовал, что смертельно хочу сделать эту женщину счастливой. Она уже умерла. Я не видел никогда ее портрета. Единственная чувственная


Глава 14 Последняя глава, или Большевицкий театр

Из книги Барон Унгерн. Даурский крестоносец или буддист с мечом [Maxima-Library] автора Жуков Андрей Валентинович

Глава 14 Последняя глава, или Большевицкий театр Обстоятельства последнего месяца жизни барона Унгерна известны нам исключительно по советским источникам: протоколы допросов («опросные листы») «военнопленного Унгерна», отчеты и рапорты, составленные по материалам этих


Глава 24. Новая глава в моей биографии.

Из книги Страницы моей жизни автора Кроль Моисей Ааронович

Глава 24. Новая глава в моей биографии. Наступил апрель 1899 года, и я себя снова стал чувствовать очень плохо. Это все еще сказывались результаты моей чрезмерной работы, когда я писал свою книгу. Доктор нашел, что я нуждаюсь в продолжительном отдыхе, и посоветовал мне


Глава VI. ГЛАВА РУССКОЙ МУЗЫКИ

Из книги Петр Ильич Чайковский автора Кунин Иосиф Филиппович

Глава VI. ГЛАВА РУССКОЙ МУЗЫКИ Теперь мне кажется, что история всего мира разделяется на два периода, — подтрунивал над собой Петр Ильич в письме к племяннику Володе Давыдову: — первый период все то, что произошло от сотворения мира до сотворения «Пиковой дамы». Второй


Глава 10. ОТЩЕПЕНСТВО – 1969 (Первая глава о Бродском)

Из книги Быть Иосифом Бродским. Апофеоз одиночества автора Соловьев Владимир Исаакович

Глава 10. ОТЩЕПЕНСТВО – 1969 (Первая глава о Бродском) Вопрос о том, почему у нас не печатают стихов ИБ – это во прос не об ИБ, но о русской культуре, о ее уровне. То, что его не печатают, – трагедия не его, не только его, но и читателя – не в том смысле, что тот не прочтет еще


Глава 30. УТЕШЕНИЕ В СЛЕЗАХ Глава последняя, прощальная, прощающая и жалостливая

Из книги автора

Глава 30. УТЕШЕНИЕ В СЛЕЗАХ Глава последняя, прощальная, прощающая и жалостливая Я воображаю, что я скоро умру: мне иногда кажется, что все вокруг меня со мною прощается. Тургенев Вникнем во все это хорошенько, и вместо негодования сердце наше исполнится искренним


Глава 10. ОТЩЕПЕНСТВО – 1969 (Первая глава о Бродском)

Из книги автора

Глава 10. ОТЩЕПЕНСТВО – 1969 (Первая глава о Бродском) Вопрос о том, почему у нас не печатают стихов ИБ – это во прос не об ИБ, но о русской культуре, о ее уровне. То, что его не печатают, – трагедия не его, не только его, но и читателя – не в том смысле, что тот не прочтет еще


Глава 30. УТЕШЕНИЕ В СЛЕЗАХ Глава последняя, прощальная, прощающая и жалостливая

Из книги автора

Глава 30. УТЕШЕНИЕ В СЛЕЗАХ Глава последняя, прощальная, прощающая и жалостливая Я воображаю, что я скоро умру: мне иногда кажется, что все вокруг меня со мною прощается. Тургенев Вникнем во все это хорошенько, и вместо негодования сердце наше исполнится искренним