Глава 10

Город Нью-Йорк очень много значил для Шиффа. Здесь он прожил более пятидесяти лет; здесь он достиг большого коммерческого успеха; здесь он женился и у него появились дети. Его улицы, парки, школы и библиотеки, колледжи и университеты, музеи и картинные галереи, благотворительные учреждения, его люди – все было дорого ему. В духе многих великих национальных и международных интересов, Нью-Йорк всегда занимал первое место в его заботах и его сердце.

Джордж А. Макейнени пишет: едва ли существовало хоть одно достойное общественное дело, в котором Шифф так или иначе не принимал бы участия. Через Городской клуб, членом которого он был, а также через другие организации и движения он старался действовать независимо и беспристрастно, оказывая помощь на выборах муниципальных органов власти. Р. Фултон Каттинг вспоминает: «Я часто советовался с ним по филантропическим и гражданским вопросам и всегда находил его сторонником практического воплощения идеалов. Хорошо помню один случай, когда я нанес ему визит во время муниципальной избирательной кампании. Я не был уверен в исходе выборов. Он сразу развеял мои опасения, и я вышел от него в большой степени подбодренный. Не то чтобы он делал какие-то прогнозы относительно исхода кампании, но благодаря своему кругозору он был способен мыслить шире и видел далеко за пределами непосредственной, временной победы. Его советы дышали стремлением к справедливости во всем, безоговорочной поддержкой высоких стандартов гражданского долга. Мысли о нем и сейчас придают мне силы; я помню, как он всегда меня вдохновлял. Во многих других случаях его ценное сотрудничество в различных движениях по улучшению общественных и гражданских дел укрепляло мою веру и способствовало нашим успехам».

Еще в 1893 г. Шифф стал членом комитета муниципального управления в Городском клубе, а в 1902 г., считая, что клуб выходит за пределы своих полномочий, занимаясь государственной политикой, он заявлял, что клубу следует посвятить себя всецело делам города и издать подзаконный акт, в соответствии с которым исключить государственную политику из сферы своей деятельности.

В 1903 г. его уговаривали выдвинуть свою кандидатуру в олдермены, но он отказался из-за своего ухудшающегося слуха, который помешал бы ему принимать полноценное участие в дискуссиях. «Если бы не это, – писал он, – я считал бы своим долгом стать олдерменом и с радостью стал бы им». Конечно, готовность такого занятого человека тратить большое количество времени на общественную работу свидетельствует о его высокой сознательности и благодарности к принявшему его городу. В 1904 г. его выдвинули кандидатом в мэры Нью-Йорка; по этому случаю в «Таймс» появилась заметка, указывающая на то, какое положение занимал Шифф в штате Нью-Йорк:

«13 декабря 1904 г.

Видные республиканцы города Нью-Йорк выразили желание, чтобы кандидатом в мэры от республиканцев на следующих выборах стал Джейкоб Г. Шифф. Мистер Шифф – один из самых известных бизнесменов города, обладающий выдающимися руководящими способностями. Он отличается высокой гражданственностью и направляет свои средства и усилия на благо города. Его имя можно встретить всюду, где возникает движение в защиту общественной справедливости, где борются за удобство и процветание людей. Если он согласится стать кандидатом на пост мэра от Республиканской партии, его изберут подавляющим большинством, а при его способности к управлению срок его полномочий станет беспрецедентным в достижении общего блага к выгоде всего города».

В 1905 г. Шиффа вновь называли человеком, способным победить представителя демократов на очередных муниципальных выборах.

9 мая 1905 г. он обратился к Джорджу Б. Макклеллану, тогдашнему мэру, призывая его одобрить восстановление четырехлетнего срока правления мэра и других городских чиновников, на том основании, что двухлетний срок слишком короток, чтобы можно было провести эффективную работу на благо города. Позже в том же году он писал Чарлзу М. Джессапу, одобряя план привлечения образованных людей к муниципальному управлению, который последний тогда продвигал: «В конце концов, именно в муниципалетитех, с их все возрастающим значением, кроется надежда на будущее…»

Он выступал против предложения проводить срочные выборы в случае смерти мэра или президента или вице-президента совета олдерменов и 20 декабря 1905 г. писал Лоренсу Вейл еру: «Я с большим интересом прочел Ваше циркулярное письмо. Его содержание станет темой для дискуссии на сегодняшнем заседании правления, на котором я, к сожалению, не смогу присутствовать. Единственный вопрос, с которым я не согласен, – это предложение внести поправку, связанную с тем, что, в случае освободившейся вакансии мэра во время его правления, следует провести срочные выборы нового мэра до конца текущего срока и что следует принять такую же поправку в отношении президента и вице-президента совета олдерменов. По моему мнению, не стоит проводить срочные выборы… которые всегда становятся более или менее тревожным фактором; далее, по Вашему предложению, срочные выборы следует проводить в том случае, если мэр умрет или станет недееспособным за шесть месяцев или девяносто дней до срока истечения его полномочий. Такая возможность не представляется желательной.

Мне же, напротив, кажется более привлекательной мысль о том, что выборщики так же стремятся назначать достойных людей на пост главы олдерменов, как и на пост самого мэра. Что же касается вице-президента в совете олдерменов, возможно, и неплохо внести поправку и добиться того, чтобы этот пост также стал выборным. На возражение, что вице-президент совета олдерменов может стать президентом совета или даже мэром, напоминаю, что по законам Соединенных Штатов члены кабинета могут, в случае смерти и действующего президента, и вице-президента Соединенных Штатов, стать президентами».

В 1908 г. Шифф начал сотрудничать с Бюро муниципальных исследований; он пытался согласовать его деятельность с Торговой палатой. 8 января 1909 г. он писал Каттингу: «Я стараюсь привести работу, проводимую комитетом Торговой палаты, в соответствие с пожеланиями Бюро муниципальных исследований, ибо уверен: только если, благодаря нашим усилиям, Бюро сможет работать без помех, его деятельность станет столь благотворной, что нынешнее состояние городского правительства и его финансов будут отрегулированы, ко всеобщему удовлетворению».

Он пожертвовал Бюро солидный вклад, чтобы его работа не тормозилась из-за недостаточного финансирования, и далее не оставлял своим вниманием и само Бюро, и его Школу государственной службы.

В 1884 г. началась дружба Шиффа с Уильямом Р. Грейсом, тогдашним мэром Нью-Йорка. Позже он подружился с Сетом Лоу, мэром Нью-Йорка и президентом Колумбийского университета.

В 1893 г. он вступил в «Комитет семидесяти», который выдвинул на пост мэра Уильяма Л. Стронга. Им удалось наголову разбить демократов, хотя защищались ожесточеннее, чем раньше. В 1894 г. Шифф настоятельно убеждал Натана Страуса не выдвигать свою кандидатуру на пост мэра по списку Демократической партии, подвергая риску свою дружбу как с самим Страусом, так и с его братьями, которые были очень дороги ему. Шифф оказывал всяческую поддержку Стронгу, который победил на выборах.

В 1895 г. Шифф вступил в один из образованных тогда «Клубов хорошего правительства». Короткое время он входил в состав исполнительного комитета Съезда федеративных клубов, но подал в отставку, когда, несмотря на мнение большинства, было решено поддержать независимого кандидата, что, по мнению Шиффа, раскололо бы силы, которые следовало объединить против демократов.

Его преданность идее «хорошего правительства» лицом к лицу столкнула его с любопытной дилеммой, противоречившей его обычно добрым побуждениям. Человек, которого он хорошо знал и который, будучи гарантом, поручился за другого на крупную сумму, взятую в долг у частного лица, обязан был выплатить долг после смерти своего друга. В связи с тем, что тот человек выступал против реформистского движения, Шифф сомневался, стоит ли давать ему кредит, потому что, как он писал, «если я отождествлю себя с ним таким образом в настоящее время, это будет неверно истолковано и может повредить интересам реформы».

Когда обсуждали кандидатуру Сета Лоу на пост мэра нового «Большого Нью-Йорка», Шифф писал:

«25 мая 1897 г.

Уважаемый мистер Лоу!

Р. Фултон Каттинг ознакомил меня с тем, что происходило на недавнем совещании между Вами и Лароком, Шурцем и Каттингом. Во-первых, очень рад узнать, что Вы наконец решили принять бремя назначения на пост мэра Большого Нью-Йорка, если… Вы получите объединенную поддержку всех сил, которые сопротивляются возвращению к власти демократов со всей их коррупцией и другими дурными веяниями, которые они привнесли бы в управление делами увеличившегося муниципального образования.

Как и многие другие, я считаю, что Вы – лучший кандидат на пост первого мэра Большого Нью-Йорка. Я никоим образом не собираюсь угождать или льстить Вам, но лишь выражаю свое откровенное мнение… что Ваше кандидатство будет неопровержимым и что, будучи выдвинутым, независимо от соперников, в скором времени останутся всего два кандидата – Вы и представитель демократов.

С другой стороны, Гражданский союз, по моему мнению, не способен, не подвергая опасности само движение к хорошему муниципальному самоуправлению, выдвигать идеи или внушать республиканцам и прочим, что оно готово обсуждать слияние. Такой союз способен лишь на одно: выдвигать кандидатов, и в этом случае, если предложенные кандидаты заслужат общее одобрение, республиканцы вынуждены будут поддерживать кандидатов Гражданского союза. Таким образом, на Вас возлагается серьезная ответственность. Лично мне кажется, что, если Вы согласитесь с назначением Гражданского союза, все антидемократические силы вскоре объединятся вокруг Вас, но, если Вы не желаете рисковать и выдвигаться с самого начала, от одного Гражданского союза, велика опасность краха движения, в результате чего вновь избранное правительство нашего города ждут многочисленные беды.

Положение, в каком Вы… очутились волей обстоятельств, незавидно; требуется величайшая храбрость и высочайшие гражданские добродетели, чтобы принять верное и своевременное решение. От всей души молюсь за то, чтобы Вам ниспослали необходимые Вам силы и уверенность и чтобы кризис, постигший нас, был разрешен способом, на который мы столь ревностно надеемся.

Искренне Ваш,

Джейкоб Г. Шифф».

Лоу отмечал, какое большое значение он придавал рекомендациям Шиффа в ходе избирательной кампании. Лоу широко опирался на помощь группы друзей, с которыми он советовался в экстренных случаях, и просил Шиффа также вступить в эту группу.

Лоу был избран мэром Большого Нью-Йорка в 1901 г., а когда на перевыборах он потерпел поражение, 11 ноября 1903 г. Шифф писал: «По-моему, жители Нью-Йорка рано или поздно… поймут, какую огромную услугу… оказали им мистер Лоу и его помощники… и я вполне доволен тем, что наш город станет впоследствии лучшим местом для жизни, потому что последние два года Нью-Йорк наслаждался… чистым, здоровым, деловым правлением».

«Комитет пятнадцати», который взял на себя задачу очистки нью-йоркской политики и выборов, запутался в долгах и пытался снять с себя часть обязательств. В ответ на поступавшие к нему просьбы Шифф написал эксцентричное письмо Джону Харсену Роудсу, соглашаясь выплатить его долю:

«20 декабря 1904 г.

Уважаемый мистер Роудс!

Получив Ваше вчерашнее письмо, я вспомнил известные строки: «В нашем мире хорошо жить, дарить, давать в долг,/ Но для того, чтобы занимать, одалживать или просить,/Это худший из миров». Мне очень жаль, что Вам приходится идти на такие жертвы, чтобы добыть средства для выплаты долга от имени «Комитета пятнадцати». Не мое дело критиковать действия других, и я могу лишь сказать, как уже говорил прежде, что я готов вложиться до последнего цента, чтобы выплатить долг, и с радостью приму участие в любой новой добровольной оценке, которая, возможно, понадобится для погашения долга…

Искренне Ваш,

Джейкоб Г. Шифф».

Ю.Х. Аутербридж приводит еще одну попытку Шиффа способствовать «чистоте» муниципального самоуправления: «В 1909 г. был создан Гражданский комитет для поддержки на муниципальных выборах списка, в который входили кандидаты высшей пробы, достоинств и способностей. Когда создавался комитет, меня не было в городе, а вернувшись, я узнал, что меня избрали его председателем. Я всерьез собирался отказаться, поскольку, не обладая политическим опытом, сомневался, будет ли моя деятельность действенной, и не знал, получу ли финансовую поддержку. Мистер Шифф настоятельно убеждал меня согласиться с выдвижением и принять активное участие в руководстве комитетом; он предложил щедрую финансовую помощь, а также призывал поддерживать меня. Его помощь возымела действие; он самым великодушным образом помогал комитету советами и средствами. Моральная и финансовая поддержка, которые он оказал сам и призывал оказывать других, была поистине бесценной. Комитету наконец удалось выдвинуть своих кандидатов, и все они прошли за исключением мэра, что стало одним из крупнейших поражений местных демократических организаций на муниципальных выборах. Стандарт городского правительства был поднят на небывалую высоту, и практически всех избранных в тот раз переизбрали на второй срок».

В воспоминаниях Джорджа Макейнени можно найти еще одно свидетельство желания Шиффа создать хорошее правительство; Макейнени пишет о том, как принципиально Шифф критиковал общенациональную партийную линию в муниципальной политике: «В 1913 г. должны были переизбрать мэра Гейнора. В 1909 г. республиканцы образовали альянс («фьюжн») с частью демократов. В результате мэром избрали судью Гейнора; он оказался во главе оценочной комиссии, все остальные члены которой были фьюжионистами. Несмотря на такое различие во взглядах, комиссия во главе с мэром работала довольно слаженно. В суперважном вопросе расширения транспортной системы города после расстановки сил оказалось, что мэр Гейнор голосует с главным контролером Прендергастом и мной в пользу двойных контрактов, благодаря чему удалось удвоить протяженность линий общественного транспорта и утроить их пропускную способность, а мистер Митчел, фьюжионист, голосовал «против». Контракты были одобрены при одном голосе «против» м-ра Митчела и оказались настоящим спасением для города.

После начала избирательной кампании 1913 г. демократы были против переизбрания судьи Гейнора, считая, что его должен сменить судья Маккол. В результате нового антидемократического альянса на должность мэра выдвинули мистера Митчела, меня – в президенты совета олдерменов, а мистера Прендергаста – снова на должность главного контролера. Много тысяч тех, кто поддерживал мэра Гейнора через представительный комитета, недоумевали из-за того, что на переизбрание его выдвинули по независимому списку. Создали организацию под названием «Лига за выдвижение Гейнора в мэры». Мистер Шифф, веривший в мэра и неуклонно выражавший свои взгляды в вопросе об общественном транспорте, считал, что Гейнора необходимо переизбрать. Он вошел в исполнительный комитет Лиги и сразу же стал играть ведущую роль в новом независимом движении. 11 сентября мэр Гейнор, который уезжал за границу для поправления здоровья перед будущими выборами, умер на море. Город с ужасом узнал о его кончине, и, могу признаться, никто не знал, какой политической линии придерживаться.

Немедленно возник вопрос, кто займет освободившуюся вакансию и как продолжить дело покойного мэра. На следующий день состоялась встреча исполнительного комитета Лиги. Проведя все утро в прениях, комитет решил продолжать работу, а кандидатом в мэры вместо покойного Гейнора выдвинули меня. Лига выбрала «Комитет трех» под председательством мистера Шиффа, который и известил меня о моем выдвижении. В тот же день представители Лиги пришли в городскую ратушу. Мистер Шифф изложил свою позицию и красноречиво выступил в пользу продолжения кампании. Безотносительно к доводам на основании общей целесообразности, я мог ответить лишь одно: за три недели до того я согласился баллотироваться под вторым номером по списку фьюжионистов и публично провозгласил, что поддержу м-ра Митчела. Я считал, что не вправе баллотироваться сам. Меня просили не объявлять об окончательном решении день-другой и взвесить все за и против. По причинам, которые я изложил мистеру Шиффу, такой способ действий также показался мне неприемлемым. Поэтому вскоре объявили о том, что я отказываюсь баллотироваться.

На следующий день исполком Лиги провел еще одно заседание и решил не вести отдельную кампанию. Мэром выбрали Митчела, хотя многие из хорошо разбиравшихся в тогдашней политической обстановке были уверены: будь мэр Гейнор жив, движение, сформированное в его поддержку, непременно добилось бы его переизбрания».

Весьма подробные воспоминания Роберта Адамсона касаются участия Шиффа в муниципальных выборах, особенно во время правления Гейнора и Митчела, и проливают дальнейший свет на события тех лет: «Его откровенная и пылкая поддержка переизбрания Гейнора, невзирая на шаги обеих политических партий, представляет собой беспримерную и независимую гражданскую позицию… При Гейноре мистер Шифф был одним из его самых надежных и доверенных советников. Хотя до вступления судьи Гейнора на пост мэра в ноябре 1909 г. они не были близкими друзьями, они часто общались в последующие четыре года и питали друг к другу безграничное доверие и взаимное уважение. В доказательство независимого мышления м-ра Шиффа можно сказать: хотя мэра Гейнора резко критиковали в прессе… критика нисколько не повлияла на мнение о нем мистера Шиффа как об официальном лице и о человеке.

Мистер Шифф в то время был казначеем Американского Красного Креста; в годы правления мэра Гейнора произошел ряд бедствий, которые требовали от этой организации скорых и безотлагательных мер. Мэр Гейнор никогда не принимал решения по такого рода вопросам, не проконсультировавшись с мистером Шиффом, на чье суждение он всецело полагался. Необходимо помнить, что к главе муниципалитета Нью-Йорка часто обращались с просьбами воспользоваться своими полномочиями и выделить средства на те или иные цели. Мэр Гейнор считал суждения мистера Шиффа по вопросам такого рода самыми здравыми, свободными и беспристрастными; м-р Шифф давал советы, невзирая на расу, вероисповедание или цвет кожи просителей. По многим важнейшим вопросам, таким, например, как общественный транспорт, мэр Гейнор часто прислушивался к советам мистера Шиффа и неоднократно уверял, что может полагаться на него, твердо зная, что суждение мистера Шиффа бескорыстно. Поэтому летом 1913 г., когда срок правления мэра Гейнора близился к концу и не за горами была новая избирательная кампания, мистер Шифф, до тех пор почти неизменно отождествлявшийся с фьюжионизмом, стремившимся к альянсу и реформам, не колеблясь, объявил о своей поддержке мэра Гейнора.

Он прекрасно понимал разницу между судьей Гейнором и другими кандидатами на пост мэра, которых поддерживали демократы. Он занял свое место, не дожидаясь действий какой-либо из сторон или независимой коалиции. Мэр Гейнор отказался от выдвижения демократами, а коалиционные силы со всей определенностью выбрали кандидатом на должность мэра Джона Перроя Митчела. Неизвестно было, как воспримут новую расстановку сил сторонники Гейнора: поддержат Митчела или потребуют переизбрания Гейнора. С самого начала м-р Шифф настоятельно просил, чтобы мэр Гейнор баллотировался как независимый кандидат. Он неоднократно заявлял, что жители Нью-Йорка почувствуют себя оскорбленными, если им придется пассивно смириться с решением политических организаций, отправляющих в отставку мэра Гейнора, который прекрасно справлялся со своими обязанностями. Поэтому, в основном по совету мистера Шиффа, сторонники мэра Гейнора в конце концов решили выдвинуть Гейнора по независимому списку.

Номинация мэра Гейнора, наверное, уникальное явление в истории муниципальных выборов. Его выдвинули при большом стечении народа перед городской ратушей. На этом импровизированном собрании председательствовал мистер Шифф; именно он известил мэра Гейнора о том, что народ требует его согласия на выдвижение. В своей речи, призывавшей Гейнора баллотироваться, мистер Шифф сказал: «Сегодняшняя номинация… призвана продемонстрировать, что жители Нью-Йорка не потерпят диктата самоизбранных комитетов и политических организаций в вопросе о том, кто будет управлять их муниципальными делами. Ньюйоркцы умеют награждать тех, кто хорошо им служил, тех, кто честен, способен, бесстрашен и независим.

В течение последних четырех лет мы радовались правлению мэра Гейнора и его помощников по Оценочной комиссии; такой администрации у нас не было последние четверть века, и если я верно сужу о настроениях жителей нашего города, они не допустят, чтобы их надежного и опытного градоначальника заменяли любым из двух других кандидатов. Хотя они оба люди весьма достойные, они не обладают ни опытом, ни качествами, позволившими мэру Гейнору добиться успеха на своем посту».

Каким был бы исход этого беспрецедентного независимого движения, можно лишь гадать, ибо мэр Гейнор через неделю умер. После покушения на его жизнь его здоровье было таким хрупким, что он даже не смог лично присутствовать на процедуре своей номинации у городской ратуши, и его согласие было зачитано за него его секретарем, Робертом Адамсоном. На следующий день Гейнор отплыл в Европу и скончался на борту парохода. Короткий период – между согласием Гейнора баллотироваться в мэры и его кончиной – главой и душой этого независимого движения был мистер Шифф. Хотя он не занимался политикой лично, он часто выступал в роли консультанта. В одном случае Адамсон, возглавлявший избирательный штаб Гейнора, обмолвился, что на некоторые планы, которые строили представители муниципалитета, пришлось наложить вето из-за недостатка средств. Мистер Шифф весьма горячо и решительно ответил ему: «Мистер Адамсон, занимайтесь избирательной кампанией и не думайте о финансах. Все необходимые деньги у Вас будут».

После внезапной кончины мэра Гейнора в предвыборной гонке осталось два кандидата – Джон Перрой Митчел, кандидат от коалиции фьюжионистов, в которую входили и представители Республиканской партии, и бывший судья Верховного суда Эдвард Э. Маккол, выдвиженец Демократической партии. В такой ситуации влиятельные горожане вроде м-ра Шиффа должны были сделать выбор, и м-р Шифф со своим не замедлил. На памятной встрече в методистской церкви за день до похорон мэра Гейнора кандидат Митчел отдал дань уважения мэру Гейнору и сказал: хотя их с мэром мнения часто расходились, все признавали его честность и независимость. На следующий же день мистер Шифф написал Митчелу: он рад, что Митчел отказался от несправедливой клеветы, с которой он набрасывался на мэра Гейнора и на тех, кто поддерживал его кандидатуру. Он писал, что понимает: слова, произнесенные в пылу избирательной кампании, часто не имеют под собой обоснования, но тем не менее: «Требуется больше мужества для того, чтобы признать свою неправоту, чем для того, чтобы упорствовать в своих заблуждениях. Я рад вдвойне, потому что теперь могу поддержать Вас от всего сердца и с такой же силой, с какой я выступал бы против Вас, останься мэр Гейнор в живых».

Поддержка мистером Шиффом Митчела в 1913 г. стала началом дружбы между ним и кандидатом, которому суждено было стать одним из самых молодых мэров Нью-Йорка; их связала почти такая же тесная дружба, какая связывала мистера Шиффа с мэром Гейнором. Те, кто выступали вместе с м-ром Шиффом за переизбрание Гейнора, единодушно присоединились к нему в поддержке Митчела, а Адамсон, который вместе с мистером Шиффом принимал активное участие в выдвижении мэра Гейнора, возглавил избирательный штаб Митчела.

В ходе той кампании и четырех последующих лет мистер Шифф оставался доверенным лицом и советником мэра… Приближенные Митчела знали, что советы мистера Шиффа, как правило, оказывались безошибочными.

Ближе познакомившись с мэром Митчелом, мистер Шифф проникся к последнему таким уважением, что впоследствии возглавил комитет по сооружению памятника мэру Митчелу. Именно в его кабинете, после предложения создать памятник, сделанного нью-йоркской газетой «Уорлд», провели первое совещание, на котором официально организовали комитет за строительство памятника. Шифф заявил: по его мнению, лучший способ пропагандировать и поддерживать хорошее городское управление заключается в том, чтобы постоянно напоминать людям о заслугах тех, кто так хорошо управлял городом. Он считал, что сохранить память о мэре Митчеле и о его трудах с помощью эффектного памятника – долг тех, кто его поддерживал. Он сразу внес в фонд памятника 50 тыс. долларов. На слова друзей о том, что сумма чрезмерно велика, Шифф нехотя ответил: «Что ж, пусть тогда будет 25 тысяч». Именно на основе его солидного вклада образовался фонд памятника, который сейчас находится в стадии подготовки[28].

М-р Шифф в течение восьми лет играл активную роль в городском самоуправлении… Будет не слишком большим преувеличением сказать, что ни один человек, не занимавший официальной должности в муниципалитете, не внес такого большого, как он, вклада в служение городу, особенно в 1910–1918 гг.».

Вот как Шифф объяснял свою позицию по поддержке Митчела во время избирательной кампании 1917 г.: «…он превосходно, по-деловому и беспристрастно управлял городом в течение последних четырех лет; во-вторых, прошлый опыт научил меня: от любой администрации, которая находится под влиянием демократов, нельзя ожидать ничего, кроме обратного».

К огорчению Шиффа, Митчел потерпел поражение на перевыборах.

По крайней мере еще при мэре Сете Лоу Шифф занялся вопросами городского бюджета и реальной пользы для жителей Нью-Йорка в результате расходования бюджетных средств. Он готовил для мэра статистические выкладки, отмечая, что результаты непропорциональны расходам. Он призывал различные департаменты одобрить программу, предложенную Бюро муниципальных исследований, и сожалел о том, что Торговая палата не предпринимает в этом направлении более решительных шагов.

8 июля 1903 г. он обратился к мэру Лоу в связи с городским амортизационным фондом: «Возможно… целесообразно позаботиться о скорейшем погашении муниципальной задолженности… однако это необходимо сделать по закону, автоматически предусматривающему рабочие амортизационные фонды, а не предлагать разные условия для разных серий облигаций. Налог на амортизацию не следует возлагать слишком тяжким бременем на плечи одного поколения, муниципальные облигации должны быть долгосрочными… до их окончательного погашения необходимо учредить такой же амортизационный фонд. Предлагаю включить в принимаемые законы… условие для нынешних и будущих городских займов, в которых учитывался бы объем муниципальной задолженности, который будет погашен с помощью уже собранных амортизационных фондов».

3 декабря 1908 г. Шифф поднял вопрос бюджета в речи, произнесенной в Торговой палате: «Нужно, чтобы центральный комитет Торговой палаты занялся вопросом городского хозяйства в целом. В настоящее время наш бюджет составляется, по-моему, довольно бессистемно. Каждый департамент подает свои оценки, свои требования, а Оценочно-распределительная комиссия вынуждена торговаться… с каждым департаментом, выясняя, какими минимальными средствами он может обойтись. Мне кажется, что бюджет следует составлять совершенно по-другому. Всем нам известны первоочередные потребности города: достойные здравоохранение, охрана общественного порядка, образование. Кроме того, городу нужны средства на благотворительность, а также на развитие и прочие цели. Но некоторые из этих статей должны уступить более важным требованиям. Лучше провести финансирование самых насущных проблем в первую очередь; другие могут подождать – особенно новое развитие. Иными словами, нам следует жить по средствам…»

4 февраля 1909 г. он снова высказался против роста городской задолженности даже на цели, которые тогда казались необходимыми. Его речь напечатана в нью-йоркской газете «Сан»: «Некоторое время я считал, что при подсчете предела нашего долга можно сделать исключение для долгов по коммунальным услугам… но сейчас я скрепя сердце вынужден признать: даже рискуя отложить на время некоторые необходимые улучшения, нам следует в настоящее время остановиться. В первую очередь учтите: если данная поправка будет принята, ценные бумаги и облигации города Нью-Йорк будут выведены за пределы ценных бумаг, которые Соединенные Штаты признают депозитами своих государственных учреждений. Вы хотите, чтобы город Нью-Йорк выходил на мировые рынки, пробовал занимать и слышал в ответ: «Дать вам денег? Ваши собственные облигации недостаточно хороши, и ваше правительство не признает их ценными бумагами для своих депозитов». Может ли Нью-Йорк поставить себя в такое положение?

И далее, не мы ли сами несем ответственность за те условия, в каких мы очутились в настоящее время? Считаю правильным, если в течение года, двух или трех мы понесем наказание, какое сами на себя навлекли. Новые ветки метрополитена и другие улучшения – не самое главное. По-моему, гораздо важнее вначале привести в порядок существующее хозяйство, укрепив тем самым доверие к себе. Мы ничего или почти ничего не потеряем, если на год-другой остановимся. Предыдущий оратор сообщил нам о том выдающемся положении, какого достиг город благодаря строительству железных дорог, однако полезно вспомнить, сколько городов на Среднем Западе 20–30 лет назад довели себя до настоящего банкротства, так как слишком расточительно тратили кредиты на постройку железных дорог, а потом, когда стало уже поздно, в Канзасе, Иллинойсе и других штатах пришлось принимать конституционные поправки, дабы предотвратить повторение того, что произошло… Если Вы отклоните эту резолюцию, Вы снизите доверие к городу в целом. Я знаю, о чем говорю. Сегодня ничто не отделяет нас от конституционной поправки, кроме настоящего решения Торговой палаты. Нет ничего более ценного, чем доверие, – это касается как отдельных лиц, так и корпораций, штатов и муниципальных образований. Перед тем как принимать то или иное решение, убедитесь в том, что ваши действия не вредят доверию к нашему городу».

Свидетельством досконального внимания Шиффа к деталям городского бюджета служит длинное письмо, которое он послал мэру Джорджу Б. Макклелану в октябре 1909 г., в котором по пунктам рассматривал вопросы городского бюджета. Он предлагал сэкономить средства в размере 3 млн долларов и подтверждал свои выкладки ссылками на документы и отчеты, вдаваясь в такие подробности, как отходы при строительстве канализации, покупка запчастей, переизбыток сумм, выплаченных служащим, и другие нарушения, которые, как известно, существуют в некоторых наших крупных городах.

Еще в 1891 г. он заинтересовался вопросом создания системы городского общественного транспорта в Нью-Йорке; в марте того же года он выступил на заседании городской комиссии по общественному транспорту и представил план, по которому предлагал отдать муниципальные дороги в аренду частным компаниям. Свой план он отстаивал энергично, изложив его мэру Хью Дж. Гранту со следующими словами: «Я убежден, что вопрос можно решить практически только тем способом, который изложен в представленном Вам докладе».

Кроме того, он представил свой план Абраму С. Хьюиту, бывшему мэру, а копию послал редактору нью-йоркской газеты «Геральд», приписав: «Убежден, если «Геральд» станет защитницей плана по развитию в Нью-Йорке системы общественного транспорта, которая должна быть сооружена за счет города и эксплуатироваться корпорацией, состоящей из беспристрастных бизнесменов, обладающих большими способностями и безупречной репутацией, газета окажет огромную услугу жителям города и, возможно, благодаря своему огромному влиянию будет способствовать положительному практическому решению вопроса…»

8 мая 1891 г. он направил письмо редактору нью-йоркской «Трибюн», одобряя редакционную статью под заглавием «Общественный транспорт по-прежнему в пути». В то время в Нью-Йорке собирались строить систему общественного транспорта силами частных предпринимателей. Шифф указывал на подводные камни, которые таил в себе такой план: «Весьма вероятно, в результате подобной комиссии привилегии получат отдельные лица, которые, в свою очередь, попытаются передать свои привилегии капиталистам за кругленькую сумму, и таким образом общественный транспорт… превратится в предмет для спекуляций».

Он предложил «Трибюн» выдвинуть следующий лозунг: «Общественный транспорт – создан народом, для народа».

В конце 1892 г. он обратился с письмом к Уильяму Стейнвею, председателю комиссии по общественному транспорту, и снова горячо отстаивал замысел построить дороги за счет города и передать их в управление частной корпорации, которая по завершении работ получит возможность сдавать их в аренду: «Вы, несомненно, помните мою речь, произнесенную год назад на Комиссии по общественному транспорту, в которой я доказывал, что невозможно быстро и экономично создать систему общественного транспорта, если строительство не будет осуществляться муниципалитетом.

Жители Нью-Йорка… многим обязаны Вам и Вашей комиссии: Вы энергично и с умом подошли к делу и, несомненно, вскоре решите проблему городского общественного транспорта. Планы, одобренные Вашей комиссией после тщательного изучения предмета, являются самыми лучшими для создания системы общественного транспорта, ибо ни одно сообщество или частное лицо не уделяли вопросу столь пристального внимания, и ничьему мнению по поводу целесообразности данного плана не стоит придавать такого значения. Жаль, но… уже просочились слухи о том, что, если план, одобренный Вашей комиссией, не будет принят капиталистами, придется рассматривать второй по значению план, возможно связанный с наземным транспортом… Нью-Йорку не нужен всего лишь второй по значению план; он достоин самого лучшего общественного транспорта… причем в кратчайшие сроки.

Граждане Нью-Йорка всецело доверяют Вашей комиссии; они не станут… возражать, если члены комиссии образуют департамент для строительства дорог за муниципальный счет по планам, уже одобренным Вами. Необходимо сразу же принять закон, по которому, по завершении строительства, обеспечивалась бы… передача управления в постоянную аренду линий городского общественного транспорта, ответственной корпорации, образованной с такой целью, за минимальную арендную плату, равную процентной ставке по накладным расходам и расходам на амортизацию… Это вполне выполнимое условие, в результате которого возрастет доход в городскую казну, превышающий проценты по облигациям, которые городу придется выпустить для прокладки линий общественного транспорта. После того как частный капитал добросовестно заявил, что не готов претворить в жизнь план, столь тщательно разработанный Вашей комиссией, Вы и Ваши помощники исполните свой патриотический долг, если… немедленно примете закон с целью… практического осуществления Ваших планов за счет муниципалитета».

Саймону Стерну он писал в начале 1893 г.: «…мы не получим настоящего общественного транспорта по низкой цене, если город не возьмет на себя строительство подземной железной дороги, при том условии, что политики не будут иметь никакого отношения к проекту… и при наличии закона, по которому сразу по завершении строительства подземной железной дороги ее сдадут в аренду».

15 февраля 1894 г. он произнес речь на заседании Торговой палаты: «Вскоре после того, как была создана комиссия по общественному транспорту, я предсказал, что она превратится в пустую говорильню, если ее члены отдадут сооружение дороги на откуп частному капиталу. Невозможно привлечь частный капитал для строительства дороги, которая, возможно, обойдется в пять миллионов долларов за милю; а если учесть, что сейчас каждый пассажир платит за проезд по пять центов… частный капитал тем более не возьмется за это предложение.

Если у нас не будет общественного транспорта – мы, возможно, этого не почувствуем, зато в полной мере испытают на себе наши потомки – мы утратим значительную часть нашего влияния как крупный коммерческий центр. Подобные вещи работают медленно, но верно; и я считаю, что в таких важных для Нью-Йорка вопросах, как водоснабжение или обеспечение других повседневных нужд, граждане должны платить по самому низкому, а не самому высокому тарифу, на что они обречены, если строительство подземки будет осуществлять частный капитал. Тогда речь пойдет уже не о 6, а о 10–12 %… по всей вероятности, придется выпускать пятипроцентные облигации, которые будут продаваться, скажем, по курсу 80, и выпустить, в виде бонуса, акции, по которым придется в будущем выплачивать дивиденды в размере около 10 %;

так что Нью-Йорку строительство дороги обойдется не в 6, но в 10–12 %, и бремя расходов ляжет на всех жителей Нью-Йорка, в том числе на детей. Поэтому рекомендую принять закон, по которому дорогу построят за счет города, и в то же время уполномочить город сдать дорогу в аренду корпорации, которая будет управлять ею до ее завершения работ. Всем известно, как опасно, если городские власти выступают одновременно владельцами системы общественного транспорта и эксплуатирующей организацией. Можно без труда образовать корпорацию для аренды дороги после ее завершения; однако и в этом также имеются свои отрицательные стороны».

План, принятый комитетом Торговой палаты, показался Шиффу приемлемым, однако ему дали понять: необходимо сначала принять поправку к конституции штата, позволяющую городу в данном конкретном случае предоставить кредит с целью строительства подземной железной дороги. Шифф боялся, что это окажется невозможным и, во всяком случае, в процессе будет упущено драгоценное время, и потому выдвинул альтернативный план: «Организуйте компанию с оплаченным акционерным капиталом, чтобы весь капитал компании был выплачен сразу. Компания, организованная таким образом, заключает контракт с городом для строительства подземной железной дороги от его имени как владельца. Город выпускает облигации трехпроцентного займа, проценты по которым выплачиваются через 5 лет. Строительство дороги будет осуществляться на доходы от размещения облигаций, которые подлежат погашению через 50 лет. Компания выплачивает городу проценты по выпущенным облигациям и вдобавок ежегодный амортизационный фонд, достаточный для погашения основной части долга в течение 50 лет. Поскольку платежи в амортизационный фонд вносятся ежегодно, следует изъять из обращения пропорциональное количество выпущенных облигаций…

В качестве гарантии для города компания сразу же передает контролеру весь наличный капитал, каковой капитал должен быть достаточным по объему для полного оснащения системы общественного транспорта по ее завершении; таким образом, депозит можно время от времени изымать для выплат за оборудование по мере его приобретения. Если компания в любое время не производит оговоренных выплат процентов и выплат за амортизационный фонд, депонированный капитал или купленное на него оборудование сразу же переходят во владение города в виде компенсации за убытки.

Взамен компания получает арендную плату от системы общественного транспорта после завершения ее строительства в течение 50 лет. По истечении этого срока оборудование переходит во владение города по цене, согласованной, возможно, в арбитражном суде. Если необходимо принять соответствующие законы, дабы провести этот план в жизнь, мы установим возможно низкие тарифы на проезд в общественном транспорте, так как похоже… что компания, вынужденная обеспечивать проценты по каждому доллару, который она тратит от имени города, будет сводить стоимость строительства к минимуму, в то время как наличный капитал компании, размещенный у контролера, можно сделать достаточно крупным, чтобы полностью защитить интересы города».

В знак личной дружбы и связи Шиффа с движением за развитие общественного транспорта 21 ноября 1901 г. Хьюитт послал Шиффу копию медали, врученной ему Торговой палатой в память строительства системы общественного транспорта. Мысль о комиссии по общественному транспорту практически зародилась в недрах Торговой палаты, и в 1904 г. Шифф вошел в состав комитета «для доклада о признании заслуг комиссии».

Доказательством того, что Шифф всегда думал не только об общественном транспорте, но и о надежном городском планировании в связи с городским транспортом, служит письмо Чарлзу Стюарту Смиту от 22 марта 1905 г.: «Насколько я понимаю, завтра Комиссии по общественному транспорту предстоит вынести окончательное решение по проекту строительства эстакады до моста на Диланси-стрит. Поскольку к любому вопросу можно подойти с двух сторон, выражаю искреннюю надежду, что проект будет отклонен. Общеизвестно, что прошло время, когда можно было перегружать наши улицы надземными транспортными магистралями… тем более в кварталах, жители которых теснятся в многоквартирных жилых домах, страдая от недостатка воздуха и света. Скорее следует возводить наземные эстакады на Пятой авеню или на Бродвее, чем на Бакстер или Диланси-стрит. У города нет более ценного достояния, чем жизнь и здоровье его граждан, и подвергать их опасности означает проявлять истинную жестокость. От всей души надеюсь, что Вы проголосуете против предлагаемого проекта, лучшей заменой которому должно стать строительство подземной железной дороги, даже если на это уйдет больше времени и потребуются более значительные инвестиции».

Не менее важно и письмо к Лиллиан Уолд от 23 июля 1906 г., в котором, высказавшись о своем неприятии любых новых надземных железных дорог, Шифф добавил, что он не против прокладывания дополнительных веток к уже существующим, «потому что, по-моему, мы в долгу перед жителями верхнего Нью-Йорка, которые должны получить возможность попадать на работу в нижнюю часть города быстро и с удобством».

Шиффа заботило и адекватное руководство Департаментом полиции Нью-Йорка; вопрос настолько занимал его, что в феврале 1914 г. говорил на данную тему с бывшим президентом Тафтом за ужином у себя дома. После этой беседы он написал письмо мэру Митчелу, в котором высказывал предположение, что лучшим главой городского Департамента полиции может стать военный. В 1918 г. он требовал увеличить заработную плату городским полицейским и пожарным, которые заслуживают прибавки в силу того, что часто вынуждены идти на риск.

В 1894 г., по предложению Лиллиан Уолд, он участвовал в строительстве фонтана на Ратгерс-сквер (на пересечении Канал-стрит и Восточного Бродвея). Проект и его цель объясняются в письме М. Уорли Платцеку от 18 октября: «Мне говорили, что в теплые летние дни сквер или площадь на пересечении Канал-стрит и Восточного Бродвея, перед Еврейским институтом, становится местом больших собраний для жителей окружающих многоквартирных домов, которые приходят туда подышать свежим воздухом, в чем испытывают большой недостаток.

Предлагаю, если мне удастся получить разрешение городских властей, воздвигнуть за мой счет в центре вышеупомянутой площади большой фонтан, из которого уставшие от жары и духоты люди могли бы пить свежую воду. Пока не знаю, удастся ли мне получить необходимое разрешение от городских властей. Поскольку Вы хорошо справляетесь с подобными вопросами, обращаюсь к Вам с надеждой, что Вы пойдете мне навстречу и поможете добыть необходимое разрешение. Если удастся получить его быстро, возможно, фонтан будет построен… к следующему летнему сезону».

Вскоре, 2 ноября, он послал Платцеку набросок предлагаемого фонтана, который, по его словам, он хотел бы возвести до начала следующего жаркого сезона, добавив: «Не нужно никакой надписи, указывавшей бы на то, что фонтан сооружен за мой счет, и… я не преследую никакой скрытой цели, кроме пользы для жителей района, где предполагается разместить фонтан».

Заручившись согласием Совета олдерменов и одобрением Департамента общественных работ, Шифф написал Арнольду У. Браннеру, известному архитектору, и попросил его создать проект фонтана. Он приписал: «Пожалуйста, не обсуждайте этот вопрос с репортерами, так как шумиха мне неприятна».

24 июня 1895 г. он написал мэру Стронгу, что фонтан готов и он хочет подарить его городу «для пользования жителями многоквартирных домов в районе… Раттере-сквер. При этом… я не хочу никаких публичных демонстраций и потому… прошу Вас прислать представителя городских властей, который и примет фонтан у подрядчиков от имени департамента…».

Многие другие аспекты благосостояния города также занимали его внимание. Среди них – важный вопрос о содержании городских улиц в чистоте. Особенно он хвалил превосходную работу, проделанную в этом отношении полковником Джорджем Э. Уорингом-младшим; Шифф стал председателем комитета, назначенного Торговой палатой для увековечения памяти полковника Уоринга в 1898 г. Он обратился к собранию, которое не смог посетить, с письмом: «Позвольте мне выразить огромную признательность, которую вместе с множеством наших сограждан я питаю к имени человека, ради увековечения памяти которого Вы сегодня собрались… Едва ли найдется среди наших современников другой человек, занимающий столь высокий пост, кто, как полковник Уоринг, заслужил широкое одобрение… обитателей многоквартирных домов и особняков, рабочих, купцов и банкиров».

30 марта 1892 г. он вошел в комитет по созданию арки на Вашингтон-сквер, куда его выдвинул секретарь комитета Ричард Уотсон Гилдер; Шифф согласился стать казначеем фонда.