Мисс Эстер Ваномри — Свифту

Дублин, [? декабря] 1714

Вы не можете (хотя бы отчасти) не сознавать сколь много горестей меня преследует: беспутный брат[1183], вероломные душеприказчики и назойливые кредиторы моей матери — всего этого у меня нет возможности избежать, и я очень подавлена этим бременем, достаточно тяжким, чтобы сломить дух и более сильный, нежели мой, притом лишенный поддержки. Некогда у меня был друг, который время от времени навещал меня и либо одобрял мои действия, либо советовал как мне поступить, и все мои тревоги тотчас рассеивались. И вот теперь, когда мои беды усугубляются тем, что я живу в неприятном месте, среди чуждых мне и непомерно любопытных и лживых людей, чье общество не только не способно развлечь, но напротив служит ужасным наказанием, вы бежите меня и не приводите никаких иных объяснений, кроме того, что нас окружают глупцы и мы должны покоряться обстоятельствам. Я вполне согласна с тем, что мы живем среди таковых, однако не вижу причины жертвовать своим счастьем в угоду их прихотям. Некогда вы почитали за правило поступать так, как находишь справедливым, и не обращать внимания на то, что скажет свет. Почему бы вам не придерживаться этого правила и сейчас? Помилуйте, навещать несчастную молодую женщину и помогать ей советами, что же предосудительного? Ума не приложу. Вы же знаете, стоит вам нахмуриться, и моя жизнь уже невыносима для меня. Сначала вы научили меня чувству собственного достоинства, а теперь бросаете на произвол судьбы. Единственное, о чем я теперь вас прошу — хотя бы притвориться (коль скоро иное для вас невозможно) тем снисходительным другом, каким вы некогда были, пока я не выберусь из моих затруднений, ради моей сестры. Потому что, не будь вовлечена в эти беды Молль, а она, я знаю, еще меньше способна справиться с ними, я бы не унизилась до борьбы с превратностями судьбы, коль скоро не вижу впереди никакого подлинного счастья. Простите меня! Умоляю вас, поверьте, не в моей власти удержаться от жалоб.