1 декабря

Урок у молодой училки. Долгий творческий процесс на тему «здесь играем, здесь не играем, здесь рыбу заворачивали».

Последние двадцать минут поработали над первым фрагментом.

Над вторым.

Над четвертым.

Урок закончен.

— Минуточку, а где третий?

— Его делает другой педагог.

— Замечательно, но когда будут ноты?

— Она вам принесет.

— Сомневаюсь. Я не буду играть третий, уйду за кулисы, и всё! Вычтите третий из оплаты.

— Подождите, я сейчас!

Убегает. Возвращается с премерзким сборником. Его играть-то коряво, танцевать еще хуже, а уж слушать-смотреть и вовсе.

— Она сказала — выберите что-нибудь отсюда, на тон лие.

— Сколько играть?

— Не знаю… ну пока танцуют.

Хорошо сказано, черт дери! А то обычно рассусоливают — шестьдесят четыре такта, сто тридцать два, а тут — коротко и ясно. И главное — понятно.

Сборник в руки не взяла, строго отчеканила:

— Будет «Ноктюрн» Шопена из «Сильфид».

Она не рискнула возразить.