«Опять росистая пьянящая прохлада…»[10]

«Опять росистая пьянящая прохлада…»[10]

Опять росистая пьянящая прохлада.

В вечерней тишине звончее бег ручья.

И с беззаботными бубенчиками стада,

Домой бредущего с вершины Галаада,

Сливается, звенит и тает песнь твоя.

Та песня дальняя туман полей колышет.

Те звуки, жадная и чуткая, ловлю.

И мнится, будто все, что здесь живет и дышит,

Дыханье затаив, и слушает, и слышит

Твое призывное, далекое: люблю!

О нард! пьяни меня, благоухай, алоэ!

На ложе пышном я рассыпала цветы,

Светильники зажгла в затихнувшем покое,

И тело миррой умастя нагое,

Я жду: вот дрогнет дверь! вот постучишься ты!