11 апреля

11 апреля

Совещания инспекторов теперь проводят не ежедневно, а по мере надобности: должность старшего инспектора упразднена, а инспектора знают свои обязанности, научились работать — так, по крайней мере, считает начальство. Нам приказано в экстренных случаях обращаться к начальнику административного отдела «представительства». Николай Порфирьевич нам не досаждает наставлениями, но недавно провел совещание, рассказал на нем, как нужно составить списки от № 1 до № 4.

В список № 1 велено включить, предварительно проверив на месте, тех, кто «должен ехать в Великую Германию, но до сих пор уклонялся» (это особенно заботит Форостовского, ему даже не спится!). В список № 2 войдут все способные работать здесь, на месте, — в совхозе № 52, на полях орошения. Нас обязали проверить всех больных, инвалидов, женщин с детьми. В список № 3 включить «особ, для которых работа не является источником существования». Таких надо, конечно, предварительно выявить. Наконец, список № 4 охватит «женщин и девушек легкого поведения», а проще говоря, проституток. Их возьмут на учет, чтобы сделать «государственными» и направлять в дома терпимости — так, кажется, назывались они раньше. В Киеве уже есть два больших таких «дома» и несколько притонов поменьше. Это-одна из убедительных примет «европейской культуры», принесенной на Украину оккупантами.

Целую неделю рылись с Ольгой Григорьевной (она мне иногда помогает) в регистрационных карточках и убеждались, что безработных нет. В список № 1 некого включить, в список № 3 надо записывать всех киевлян, включая самого Форостовского. Кто, в самом деле, живет сейчас трудом? Честные люди выращивают овощи на огородиках да меняют вещи на продукты.

Над списком № 4 и не думали: на участке № 7 у меня таких женщин нет. А тех немногих девчат, которые во время рытья окопов заигрывали с немцами, скалили зубы, я хорошенько отчитала и матерям рассказала об их поведении. Полученного «иммунитета» им, видимо, хватит до конца войны. Список № 2 был составлен по «формальным признакам», после проверки он намного сократится.

Когда пошла по участку, сами же люди подсказывали и себе и мне, что делать, как поступать. Женщины быстро договорились между собою и из двух зол выбрали меньшее: отработать по направлению инспектора на огородах две-три недели гораздо лучше, чем попасть через отдел труда в кабалу на целое лето.

После статьи Форостовского «Священный долг украинца» (скрипит и скрипит, подлец, толкует об одном и там же) вновь начались облавы. Судя по речи Геббельса (я читала ее в нашей газетенке), правители Германии возмущены тем, что «в то время, когда ради освобождения Европы проливается благородная немецкая кровь, украинские волы гуляют по улицам». Вот ведь наглость!

Людей ловят и увозят, в чем поймают, пополняя таким образом список № 1. Но облавы дают мало пользы: люди научились их избегать, ловко удирают.

Устаю. Очень устаю. Участок, работа на огороде, побелка дома к майскому празднику, который в этом году мы отметим украдкой.