180

180

Меж тем в частных беседах император, по свидетельству Баранта, признавал недостатки Петербурга как столицы и соответствующие преимущества Москвы: «В другой раз он говорил о Петербурге: «Еще вопрос, правильно ли поступил Петр, основав столицу именно здесь…» А когда я отвечал, что в ту пору это был единственный способ установить сношения России с Европой, он продолжал: «Быть может, следовало ее цивилизовать, опираясь на внутренние ресурсы». Вообще эта тоска по Москве весьма распространена и вне связи с внешней политикой» (Souvenirs. Т. 5. Р. 259; донесение герцогу де Брою от 30 января 1836 г.). Впрочем, Барант при этом весьма скептически оценивал практическую возможность перенесения российской столицы в Москву: «Как бы там ни было, ни экономические соображения, ни тщательно скрываемое дурное расположение не заставят русское правительство вновь сделаться московитским; более длительное пребывание двора в Москве, изменения в форме придворного костюма, — вот в конечном счете единственные результаты, которыми могут окончиться эти мимолетные попытки» (Ibid. Т. 5. Р.259–260). Об антипетербургских настроениях в русском обществе (впрочем, скорее всего неизвестных Кюстину) и о противопоставлении новой и старой столиц см.: Осповат А. Л. К прениям 1830-х гг. о русской столице // Лотмановский сборник. I. М., 1995. С. 475–487.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >