ЧАСТЬ ШЕСТАЯ БЛИЖНИЙ КРУГ

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

ЧАСТЬ ШЕСТАЯ

БЛИЖНИЙ КРУГ

Бывший член политбюро Вадим Андреевич Медведев вспоминает, как, перебравшись из Ленинграда в столицу, он обнаружил, что в центральных органах власти, в правительстве и в аппарате ЦК очень мало москвичей. Тон задавали напористые провинциалы из разных кланов. Это было не случайностью, а результатом продуманной кадровой политики.

Брежнев недолюбливал столичных жителей, потому что среди них оказалось много сторонников Александра Шелепина.

К власти пришла брежневская южная когорта, которую знающие люди делили на разные группы — днепропетровскую, молдавскую и казахстанскую — в зависимости от того, где тому или иному чиновнику посчастливилось поработать с Леонидом Ильичом. В особом фаворе были те, кто познакомился с Брежневым еще в годы его молодости, когда он начинал свою карьеру в Днепропетровске.

В «днепропетровский клан» входили будущий глава правительства Николай Тихонов, заместитель главы правительства Игнатий Новиков, управляющий делами ЦК КПСС Георгий Павлов, министр внутренних дел Николай Щелоков, первый заместитель председателя КГБ Георгий Цинев. Все это были преданные Брежневу люди, его команда.

В Москве невесело шутили, что история России делится на три этапа — допетровский, петровский и днепропетровский.

Леонид Ильич не упустил ни одной возможности назначить на важный пост своего человека. Брежнев не забывал старых знакомых, помогал им. Он нуждался в поддержке, особенно в первые годы, пока его позиции еще не окрепли.

Первый заместитель главы правительства Кирилл Трофимович Мазуров вспоминал, что поначалу Брежнев просил членов президиума ЦК:

— Руководителю нужен авторитет, помогайте.

Подгорный рассказывал, что Брежнев напоминал, чтобы члены политбюро во время его выступлений почаще вставали и аплодировали, показывая пример залу:

— Может, это нехорошо. Но это нужно…

Леониду Ильичу понадобились годы, чтобы убрать из политбюро сильные и самостоятельные фигуры. А до того постоянно ждал подвоха от товарищей по партии. Он же помнил, как легко удалось снять Хрущева.

В 1965 году членом военного совета Московского военного округа стал друг Леонида Ильича с довоенных времен Константин Степанович Грушевой, получивший вскоре звание генерал-полковника.

Когда-то они с Грушевым вместе работали в Днепропетровске, вместе ушли на фронт. Причем Грушевой раньше стал генералом и занял более высокое положение члена военного совета армии, затем фронта. В эвакуации их семьи жили вместе в Алма-Ате.

После войны Грушевой тоже демобилизовался. Он был первым секретарем Измаильского обкома компартии Украины. В 1953 году его вернули на политическую работу в армию.

Генеральный секретарь при первой возможности сделал так, чтобы старый друг был рядом. Они умерли в один год — в 1982-м…

Председатель Совета министров РСФСР Геннадий Иванович Воронов хотел сменить одного из своих первых замов. Как положено, позвонил Брежневу. Тот сказал:

— Приходи.

Воронов назвал кандидатуру, но у Брежнева была своя: Николай Федорович Васильев, председатель Днепропетровского облисполкома. Мнение генерального секретаря возобладало: Васильев был в феврале 1971 года назначен первым заместителем главы российского правительства.

Тогдашний первый секретарь Днепропетровского обкома Алексей Федосеевич Ватченко находился под личным покровительством Брежнева, поэтому в городе появился оперный театр и аэропорт. На Ватченко жаловался первый секретарь горкома, писал на него докладные, обвиняя в хамстве и вопиющей бескультурности. Однако с хозяином любимого города Леонида Ильича ничего нельзя было сделать.

Шелест записал в дневнике, что «интеллигенция Ватченко просто ненавидит и прозвала его метко „унтер Пришибеев“». Сам Петр Ефимович не был большим интеллектуалом. Если уж он кого-то называл хамом, то это, вероятно, было что-то невиданное. Ватченко ополчился на роман Олеся Гончара «Собор», гневно говорил о его идейной порочности и требовал, чтобы все экземпляры журнала с романом были изъяты из библиотек и уничтожены. Ватченко нажаловался на Гончара и Брежневу.

Леонид Ильич недовольно сказал секретарю ЦК Украины по идеологии Овчаренко:

— Вы должны искать подход к интеллигенции, особенно писателям, которые создают нам трудности. Вот ваш Гончар опубликовал роман «Собор», в котором неверно изображается наша действительность…

Олесь Гончар получил Сталинскую и Ленинскую премии, стал одним из руководителей Союза писателей, и в романе не было ничего крамольного. На Украине все знали истинную причину недовольства романом со стороны первого секретаря Днепропетровского обкома.

«В „Соборе“, — писал Шелест, — выведен один руководящий деятель, который считает себя очень идейным коммунистом, но своего отца, старого кадрового рабочего металлургического завода, вышедшего на пенсию, чтобы избавиться от обузы, поместил в дом престарелых. Все факты совпали — действие происходит в Днепропетровской области. Родной отец Ватченко находится в доме престарелых. Ватченко груб, бескультурен, злоблив, кажется, что он ненавидит все человеческое».

Но мысли о Ватченко руководитель Украины держал при себе. Публично поддержал влиятельного первого секретаря обкома. Олесь Гончар тоже вел дневник, куда и записал:

«Был сегодня пленум ЦК Украины. Ватченко, днепропетровский ухоед № 1 (200 килограмм живого веса!) мешал с землей „Собор“. Обжора, сквернослов, отцопродавец. Он меня не удивляет. А Шелест! Позавчера сказал мне, что, поскольку книжки еще не прочитал, то говорить о ней на пленуме не будет (сам пообещал, я его о такой „милости“ не просил!). И… нарушил слово. Выступил. Поддержал днепропетровского обжору».

Алексей Ватченко получил золотую звезду Героя Социалистического Труда и стал в 1976 году председателем президиума Верховного Совета Украины.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.