15 Апартаменты

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

15

Апартаменты

Наша сексуальная жизнь была загублена появлением на свет первенца, два года назад… Мы не могли больше быть такими раскованными, — боялись, что нас услышит нянька. Мы справились с этим, но нам пришлось сильно измениться — мы не могли больше кричать и стонать так, как привыкли делать это раньше.

Синди Кроуфорд

Наступила осень. Хэллоуин прошел без фанфар. Мне было интересно, как все это будет. Будем ли мы трезвонить у всех ворот и кричать «Кошелек или жизнь?»[91] во все интеркомы соседних домов? Но, как оказалось, беспокоиться было не о чем: дети не надевали никаких костюмов и целый вечер никуда не выходили. Подозреваю, их родители просто не хотели, чтобы они ели сладости, полные искусственных красителей и ароматизаторов.

Выше нос, выше нос! На День благодарения — на Гавайи! После долгих шести часов утомительного полета мы наконец приземлились. Позднее наша команда встретилась с семейством Аль Чечи: Аль, его жена и трое детей, их няня Дженна. Она была привлекательной девушкой моего возраста, с длинными блестящими черными волосами и широкой улыбкой, но гораздо более смелая и раскованная, чем я. О мистере Чечи я знала не много, лишь то, что он — большая шишка в какой-то авиакомпании, а Джуди сказала, что денег у него больше, чем у них. (Но после первых двадцати миллионов так ли уж это важно, у кого их больше?)

Пока мы регистрировались в отеле «Хилтон» на большом острове, Дженна спросила меня, не хочу ли я присоединиться к ней этим вечером, чтобы провести ночь в городе. Я уставилась на нее, раскрыв рот.

— Ты можешь выходить? — не поверила я своим ушам. — Я имею в виду, тебе действительно можно покидать отель?

— Конечно, пока мы на Гавайях, после шести вечера я свободна.

Нет, для меня это исключено. Сама мысль о том, чтобы «быть свободной» во время отпуска босса, никогда даже не приходила мне в голову. Дженна ухаживала за тремя детьми такого же возраста, и я подумала: а ведь мы в одинаковом положении! Я чуть не задохнулась. «Ладно, остынь. Ты сама это себе устроила. Вот тебе еще один пример того, что ты не отстаиваешь свои права».

— Просто спроси миссис Овитц, можно ли тебе пойти со мной, — беззаботно предложила Дженна.

— Ты в своем уме?

— Если не возражаешь, я сейчас спрошу, — сказала она так, будто в этом не было ничего особенного. У меня задрожали колени при одной мысли о том, что она заговорит с Джуди.

А она тут же это и сделала, абсолютно уверенно и спокойно. Холодное молчание Джуди недвусмысленно показало: она не в восторге от этой идеи. Позже, когда мы остались одни, мне объяснили, что предложение Дженны исполнить невозможно, и я никуда не пойду не только этим вечером, но и в любой другой вечер. Короче говоря, Дженне не удалось докопаться до лучшей стороны Джуди. На следующий день она повысила температуру моей хозяйки еще на несколько градусов, начав массировать Майклу плечи, пока тот сидел в шезлонге. Это не было похоже на заигрывание, однако само по себе было достаточно странно, и понятно, что его жену возмутила эта внезапная фамильярность. В довершение, заметив, какие крепкие у него мускулы, Дженна сказала Майклу, что он должен сейчас почувствовать необыкновенную легкость. Все, что она сделала, она сделала как бы непреднамеренно, случайно (как вам нравится?). Похоже, Майкл был настолько оглушен, что даже не сразу совладал с собой. Или, возможно, просто наслаждался массажем. Джуди тоже не произнесла ни звука, но я до сих пор не могу забыть выражения ее лица. Думаю, вторжение в их интимное пространство так потрясло ее, что у нее не нашлось слов. Думаю, сама она вряд ли рискнула бы дотронуться до мужа подобным образом без приглашения.

На следующий день, оказавшись в моем номере, Джуди посчитала необходимым заявить мне: «Ту девицу (это стало именем Дженны до конца путешествия) забыть».

Пока она молола всякий вздор, в дверь постучали. Дженна! Я пригласила ее войти. Джуди поспешила убраться. Мы с Дженной плюхнулись на кровать, и я начала рассказывать историю, которая предварила собой целый ряд новых. Мы мгновенно прониклись духом товарищества. Цеховое братство! Забавно, что когда няньки собираются вместе, всегда всплывает тема денег.

— Твои ребята приезжают в аэропорт на лимузине? — спросила Дженна.

— Да, — ответила я. — Всегда, когда мы путешествуем всей семьей.

— Мистер Чечи никогда бы не позволил этого! Он заставляет повара возить нас в старом «субурбане». Говорит, что лимузин — не для этих случаев.

Неужели это говорит человек, заплативший за полет няни в первом классе 747-го?

Я понимающе засмеялась. Как узнаваемо!

— А что скажешь на это? Едва мы прибыли сюда, мои хозяева устроили шум по поводу мини-бара. Ни при каких обстоятельствах ни я, ни дети не должны ничего оттуда брать! Джуди сказала, что купит сок для детей в гастрономе. И при этом отправляет детское белье с посыльным, чтобы его выстирали и выгладили.

Дженна рассмеялась:

— Моя подруга — няня одного большого режиссера. Он получает шесть миллионов долларов за картину. Так вот, он попросил свою маму поговорить с ней о том, что она расходует слишком много туалетной бумаги. Мать попросила няню быть более экономной и отучать детей от подобной расточительности.

— А ты послушай вот что, — воодушевилась я. — Самое лучшее было вчера вечером, когда мы уже зарегистрировались и я помогла Джуди распаковаться. Посыльный вкатил тележку с фруктами, содовой и печеньем. Увидев это, Майкл впал чуть ли не в истерику.

— Сьюзи, это ты заказала? Джуди, ты?

— Нет, — ответили мы.

— Хорошо, тогда я не буду платить! Позвони, чтобы это забрали.

— Майкл, я действительно ничего не заказывала, — попыталась объяснить Джуди.

— Но кто тогда? — потребовал объяснений Майкл.

— Полагаю, они собираются записать это в наш счет, — проворчала Джуди.

— Позвони и скажи, пусть унесут! — распорядился Майкл.

Джуди схватила телефон.

— Здравствуйте, это миссис Овитц из номера 77. Не могли бы вы прислать кого-нибудь забрать тележку с фруктами? Мы ничего не заказывали и не собираемся платить за угощение.

В течение минуты она слушала ответ.

— Что? О, понимаю… Менеджер. О… Принадлежность апартаментов. Тогда хорошо. Все в порядке. Да, тогда оставьте и передайте менеджеру «спасибо». А, что… Да, и вам тоже приятного вечера…

— Как выяснилось, наши апартаменты столь чертовски дороги, что это всего лишь стандартный набор ежедневного подарка.

— Да, у нас тоже. Невероятное обслуживание, правда? Как бы это не вышло нам боком!

Она права! Возможно, ей это как раз и выйдет боком.

Меня поселили в огромный номер с двумя спальнями, примыкающий к главному зданию отеля. Аманда и Джошуа в одной спальне, я с Брэндоном — в другой. Все остальные размещались непосредственно в гостинице, полагаю. Я никогда не имела возможности увидеть чьи-либо комнаты.

— Держу пари, ты никогда не мечтала иметь свои собственные апартаменты в отеле на Гавайях, — заметил брат Майкла, пробегая как-то мимо.

«Да, это и впрямь невероятно!» — хотела ответить я. Это прекрасно — расположиться с комфортом, чтобы распаковать сумки, развесить вещи, позвонить. Солнцезащитный крем? Пользуйтесь! Тапочки? Конечно, смотрите — их там целая куча. Не волнуйтесь о соблюдении тайны — гораздо легче впустить вас через внутренний дворик, чем заставить обходить вокруг и стучать в переднюю дверь. Это действительно здорово — иметь отдельные апартаменты на Гавайях!

Привет! Я не могу никуда пойти. Гавайи я видела дважды, оба раза из окна автомобиля: мы ездили в ресторан обедать. Брэндон ведет себя так, будто не очень хорошо себя чувствует, поэтому на солнце я выношу его очень редко. Он хочет только, чтобы я держала его весь день на руках, и совсем не интересуется игрушками. Думаю, Джош и Аманда хорошо проводят время с родителями в бассейне или на гребной шлюпке в океане. Я здесь отрабатываю мои обычные часы, без выходных. Когда вернусь домой, собираюсь спросить, могу ли я приплюсовать еще два дополнительных дня к выходным, чтобы получилось четыре дня подряд. Я должна набраться смелости. Несмотря ни на что!

Во всем есть свои плюсы: после работы без отдыха — четыре славных дня свободы, когда можно съездить домой.

Однажды утром, только я успела выставить за дверь ораву детей, зазвонил телефон. Брэндон хныкал, Аманда уткнулась в телевизор, а я боролась с искушением не снимать трубку. Однако, несмотря на ворчание Аманды, убавила громкость и подошла телефону.

— Сьюзи, Майкл у тебя? — возбужденно спросила Сара.

— Хорошая догадка. У меня действительно несколько минут назад была толпа из десяти человек, но его здесь нет.

— Тут сообщение. Я звонила в его номер, но там никто не отвечает.

— Хорошо, я приму. — Я поудобнее перехватила Брэндона, чтобы взять ручку.

— Нет, Сьюзи, клиент хочет, чтобы текст был передан слово в слово и чтобы Майкл получил его немедленно. Он заставил меня записать его дословно, — объясняла Сара. — Вот слушай.

— Подожди, не так быстро.

— Я диктую.

— Проклятие! — Брэндон расплакался, и надо было поскорее измерить ему температуру.

— Записывай: «Майкл, не могу поверить, что ты снова отдыхаешь! — начала Сара. — Это уже третий раз за год, не так ли? Недурно».

— Сара, должна ли я вкладывать злость и сарказм в телефонное сообщение?

— Пиши, пиши! «Черт возьми, получил ли ты пакет «Федерал экспресс»? Я хочу знать, что с этим контрактом, сию же минуту. Что, черт побери, там происходит? Это последний раз, когда я ставлю этот бред сивой кобылы. Ты сказал мне, что сам этим займешься, — так займись! Позвони мне немедленно».

— Ладно, записала. И что ты хочешь, чтобы я сделала теперь?

— Погоди, с тобой хочет поговорить Джей.

— Привет, Сьюзи, ты должна сделать так, чтобы Майкл получил это прямо сейчас, — сказал Джей взволнованно. — Я обещал Редфорду передать все в точности.

— Когда он звонил? — спросила я.

— Несколько минут назад. Ты можешь найти Майкла?

— Да, сэр, найду. Ты, должно быть, любишь эту работу, а, Джей? — засмеялась я.

Взрослые были на берегу. Отлично! Аманде не нравилось ходить по горячему песку, а оставить ее в комнате одну я не могла. Я посадила Брэндона на одно бедро, подхватила извивающуюся Аманду другой рукой, и мы потащились вниз, на берег. Прочитав записанное мной под диктовку, Майкл опрометью бросился в номер. Я рассказала Джуди о том, что произошло.

— О, Боб. Хуже его нет никого! — произнесла она с гримасой отвращения.

Я пожаловалась Джуди на Брэндона, попутно пытаясь спровоцировать Аманду остаться на пляже с матерью. Одного потенциально больного ребенка мне было более чем достаточно. Но не тут-то было! Она непременно хочет досмотреть «Спящую красавицу»! А ее отец, как оказалось, когда мы вернулись, развалился на моей кровати с телефонной трубкой возле уха! Сара пыталась соединить его с Редфордом. Я ретировалась было во внутренний дворик, но Аманда начала бурно протестовать. Фильм! И немедленно! Майкл, откинувшись на спинку кровати, ждал. Потом он наклонился вперед и начал ладонью отряхивать с ног песок.

Аманда продолжала вопить. Он знал, что нет никакого способа, который позволил бы мне контролировать уровень шума в комнате. Я снова попыталась уговорить Аманду выйти. Но она лишь сильнее раскричалась, а потом вмешался и Брэндон. «Нет, так не пойдет! Задний ход!» Бедняжка Брэндон потянулся в кроватку. Ох! Он действительно заболел! Я уложила его на подушку.

В этот момент Майкла, очевидно, соединили с Бобом. Он снова откинулся назад и приготовился к напряженному разговору. О нет! Ему нужна полная тишина! Аманда продолжала голосить. Она хотела досмотреть «Спящую красавицу» прямо сейчас! Я сказала, что почитаю ей книгу, но она стояла на своем. Кино! Чертов Голливуд… «Пожалуйста, не надо истерики! Пожалуйста, не надо истерики», — молилась я. И тут вспомнила о своих жевательных таблетках. Я отчаянно начала рыться в своей сумке. Поскорее заткнуть ей рот! Она клюнула на приманку. Я отвлеклась к Брэндону и осторожно взглянула на Майкла. Он разговаривал. Конечно, мне было ужасно любопытно, и я прислушивалась, как только могла, наклонившись к Аманде и тихонько напевая. Мы уселись подальше от ее отца, все на одной кровати, и я начала читать сказку.

— Обещаю тебе, как только папа закончит разговор, мы опять будем смотреть фильм, — сказала я, гладя ее по волосам. — Спасибо, что ведешь себя тихо. Умница!

Поощрение, еще поощрение; не надо истерики, не надо истерики.

Наконец Майкл заулыбался, заканчивая разговор и обещая Редфорду, что скоро снова будет доступен. Затем вскочил на ноги, и я услышала:

— Спасибо, Сьюзи! Я оценил твои усилия, спасибо!

Наконец-то и я смогла вздохнуть свободно, осознав вдруг, что все это время старалась не дышать…

— Зачем ты взял куртку? — спросила Джуди Джошуа однажды вечером, когда мы садились в автомобиль, чтобы ехать на обед. — Она тебе не понадобится.

В руках Джошуа была ветровка.

— Сьюзи заставила. — Он показал мне язык.

Джуди не обернулась. Лишь покачала головой, будто отгоняла комара.

— Сомневаюсь, что она тебе нужна! На улице восемьдесят пять градусов[92].

— Знаю, но она заста-а-а-авила меня!..

Он подпрыгивал на своем сиденье и корчил мне рожи. Как мило! Момент единения матери и ребенка: они вместе насмехаются над суетливой нянькой.

Подумаешь, ветровка! Не просила же я его взять с собой зимнюю меховую парку. Откуда я могла знать, что на Гавайях никогда не холодает? Я же не бывала тут раньше. А приехав, не выхожу из отеля.

Но хуже было другое. Брэндона вырвало в мой яичный суп, и это всех доконало. Большую часть вечера я провела, пытаясь его успокоить. В конечном счете я заказала ужин в номер — пока это самый головокружительный момент моей поездки. Очень вкусная еда, и, слава Богу, ужин ничем не прерывался. А несчастному Брэндону лучше не становилось. До конца поездки он мучился диареей и приступами рвоты, а я была измучена рекордным количеством пеленок и грязного белья.

На следующую ночь, после того как все наконец успокоились и заснули, я проснулась, испуганная, в два или три часа утра. И замерла под одеялом, почувствовав, что в комнате, кроме меня и детей, кто-то есть. Я ничего не могла понять, но в воздухе распространялось благоухание духов «Фенди», и что-то внутри мне подсказывало, что это не грабитель. Повернувшись очень медленно, я выглянула из-под одеяла и обнаружила, что рядом со мной лежит светловолосая женщина и крепко спит. «Джуди! Что, черт возьми, она тут делает?» Сотни мыслей пронеслись у меня в голове. Она выпила лишнего и пришла не в ту комнату? Может, она раскаивалась из-за того, как обращалась со мной и захотела принести слова извинения после всех этих тяжких для меня месяцев? О, возможно. Или они с Майклом повздорили. Должно быть, так и было. Тогда это все отлично объясняло. Я имею в виду, она должна была воспользоваться своим ключом, чтобы войти в нашу комнату, поэтому сомневаюсь, чтобы это было ошибкой. Я сделала вид, что сплю, когда под утро она торопливо покидала мою спальню, и никто из нас никогда не упоминал об этом.

На обратном пути мы должны были проходить через таможню, или по крайней мере это выглядело как таможня. Поскольку мы не были за границей, то это не могло ею быть. Возможно, досмотр имел отношение к непарному шелкопряду, путешествующему автостопом на фруктах. Тот факт, что я не помню, что они искали, показывает, насколько измотанной я была. Все уже были порядком раздражены, хотя не понимаю, как можно провести восемь дней в раю и закончить пребывание недовольством. Если, конечно, ваша поездка не состояла из одной вылазки на берег и одного погружения в бассейн, а все остальное время вы не просидели в номере отеля.

Из нашей армии пассажиров первого класса я стояла в очереди первой, с Брэндоном в прогулочной коляске. Джуди и Майкл стояли позади меня, а между нами было еще человек десять. Инспектор обшаривал мои вещи, ища контрабанду. Ожидание было бесконечным. Неужели это никогда не кончится?

— Из-за чего, черт побери, задержка? — спросил мистер Чечи достаточно громко, так что всем в аэропорту стало слышно.

Ой! Из-за меня. Я положила два яблока в свой рюкзак, чтобы дети могли закусить. Раз эти дотошные инспектора нашли нелегальные фрукты, они не могли не составить рапорт и не конфисковать их. Потом они еще пятнадцать минут допрашивали меня насчет марихуаны, еды или растений, которые я, возможно, имею при себе. Конечно, Майкл подошел поинтересоваться, из-за чего шум. Я была ни жива ни мертва.

Когда мы поднимались на борт корабля, я слышала, как Джуди спрашивает мужа, что случилось.

— Кто-то из детей сунул яблоко в какую-то сумку, — объяснил Майкл.

Я оставалась безмолвной, суетясь над малышом. Слава Богу, он думал, что это дети. Не я! Во время обратного полета я открыла свой рюкзак в поисках какого-нибудь чтения. Я совсем забыла, что брала с собой последний выпуск своей профессиональной газеты. Заголовок передовицы гласил: «Путешествие с Мэри Поппинс: обсуждение маршрута с няней на буксире».

Няня на буксире? Именно так я себя и ощущала: грузовой платформой. И они воспользовались лебедкой, чтобы погрузить на меня мини-вэн, полный детей. Я начала читать.

«Для многих взять с собой в семейное путешествие няньку было бы несовместимым с понятием качественного семейного отдыха. Тем не менее все большее число родителей видят в этой паре рук лучший дополнительный багаж, который они могут взять с собой».

«Дополнительный багаж» — верно сказано! Я чувствовала себя старым потертым «Самсонитом»[93]. Хорошее настроение от предвкушения предстоящих четырех выходных улетучилось. Вскоре после поездки позвонила моя мама.

— Ты хорошо провела время, милая? — наивно спросила она. — Вы останавливались в модном отеле?

— Я просто провела длиннющую неделю с группой лиц, которые никогда не ценят того, что им посчастливилось иметь, — огрызнулась я, чувствуя, как растет мое кровяное давление. — Они все превращают в драму и почти никогда не улыбаются, даже когда купаются в роскоши в самом раю. Там не было абсолютно ничего приятного!

Не утратившая присутствия духа мама заметила, что ее подруга Эрлин сказала как-то: «Вау, Сьюзи точно повезло! Она же теперь везде побывает. А на это нужны немалые деньги».

— Мама, почему бы тебе не обрисовать ей вкратце мое положение? — воскликнула я. — Я упаковываю детские вещи, и меня упрекают за то, что я упаковала не то, что надо. Я путешествую с семьей, которая никогда не испытывает никакой радости. Любая мелочь для них проблема и приводит к ссорам. Все, с кем они сталкиваются, существуют, чтобы досаждать им. Дети в этом раю даже еще более раздражительны, чем дома, ибо у них нет с собой всего того барахла, в котором они нуждаются для развлечения. Когда они рядом с родителями, то обращаются со мной, как с половой тряпкой. И несмотря на это, их не наказывают. Я никогда точно не знаю, что делать. Я лишь знаю, что они думают, будто я знаю, что надо делать.

Выпустив пар, я почувствовала себя лучше. Милая мама, она терпеливо продолжала слушать мои излияния!

— Я имею дело с Джуди, которая спрашивает меня, сколько раз Брэндон спит днем. Одна моя знакомая в такой ситуации не выдержала и огрызнулась: «Вы даже не имеете понятия, сколько раз спит ваш сын?» Это все просто великолепно! — прокричала я в конце. — Прибавь к этому, что я вынуждена находиться рядом с двумя несчастными взрослыми, которые едва терпят общество друг друга. О да, я живу как в сказке! Прямо как старая добрая Золушка, после того как она вышла замуж за принца и зажила с тех пор счастливо.

Я спохватилась. Возможно, будет лучше, если я повешу трубку и перезвоню ей после того, как закончу изливать душу в свой дневник.

Ох! Мамины вопросы задели меня. Может быть, эта вспышка была вызвана моей крайней усталостью? Я сорвалась, потому что никто не мог понять, каково это — жить с этими людьми. Большинство семей ездит на отдых для развлечения. Но не они.

Говоря маме, что родители Брэндона не знают, сколько раз он спит, я вспомнила недавний прискорбный визит к педиатру. Доктор спросил, спит ли Брэндон всю ночь без перерыва, и Джуди ответила, что да, конечно. Тогда мне пришлось вмешаться и объяснить, что на самом деле он все еще один или два раза просыпается, чтобы получить свою бутылочку. Джуди вскинула брови. Доктор побранил нас, сказав, что нам нужно положить этому конец. Джуди повернулась ко мне и дала указания: «Да, ты так и сделай». Спасибо, Джуди.

Мама сказала, что в День благодарения меня всем не хватало. Я ответила, что скучала по домашней начинке из баклажанов и тофу.