«Космические» жены. Валентина Ивановна Гагарина

«Космические» жены. Валентина Ивановна Гагарина

В отличие от кремлевских жен, тема эта не так значима, но тоже весьма интересна для многих. Ведь изначально считалось, что космонавтика — профессия опасная и повышенно радиационная. Ну и естественны вопросы о том, а как же влияет это на взаимоотношения с женами и какие после полетов дети? Как бы и сколько бы мы ни говорили о душе, любви и высоких чувствах, народу всегда хочется заглянуть в спальню к людям великим и известным. Космонавты не стали исключением.

Когда Гагарин стал «дипломатом мира», то высшие руководители страны приняли правильное решение: в поездки — только с женами. Тогда и жены первых космонавтов обязаны были взять несколько уроков по дипломатии и этикету, так как они тоже стали объектами пристального внимания. Валентина Ивановна Гагарина была под стать Юрию — и станом хороша, и ликом красива. У них уже было две дочки, а она смотрелась как девочка, хотя очки и придавали ей некий строгий вид. Она быстро освоила все несложные условности «высшего света» и стала изучать английский язык. Легко научилась кататься на водных лыжах и, наверняка, освоила бы и горные, доведись ей попасть на «гламурные», как теперь говорится, курорты в Альпах.

Она достойно дополняла мужа на приемах с региональной элитой, но старалась быть незаметной и вела себя даже излишне скромно. Юра же старался делать так, чтобы его Валю замечали и ценили. Ни у кого не возникало сомнений в нерушимости их семейных уз, да и сами Гагарины повода для этого не давали.

Но вот вдруг разнесся слух о каком-то странном падении Юрия в санатории, о разбитой брови и даже об участии самого известного хирурга Вишневского в оперировании Гагарина. Незаметно как-то в эту историю включили неизвестную девушку, и понеслось!

Но это сейчас «желтая пресса» от души посмаковала бы да понапридумывала. А в те советские времена информация так быстро не распространялась. Ее-то как раз и дозировало «всемогущее» КГБ СССР — до тех пор, пока его сотрудники не разобрались во всех тонкостях произошедшего поздним летним вечером в Крыму. Тогда группа молодых космонавтов и Юрий с Валентиной отдыхали в санатории, в котором остановился и Сергей Павлович Королев с супругой. Юрий засиделся с ребятами-холостяками в их комнате, а когда собрался уходить, Валентина уже шла ему навстречу, и он решил с ней пошутить — спрятаться. Эта затея ему удалась, и он попал в служебную комнату.

Юрий, быстро оценив ситуацию, решил покинуть помещение и встретить Валентину, зайдя с улицы. Он прошел через комнату и спрыгнул с балкона второго этажа. Все было бы хорошо, если б его нога не попала на кирпичную окантовку клумбы, отчего он на эту клумбу и завалился, ударившись виском о торчащий кирпич.

Рана сама по себе была небольшой, но сильное кровотечение да и значимость личности Гагарина заставили руководство санатория «поднять волну» и вызвать из Москвы знаменитого хирурга. Рану быстро и хорошо зашили, и перебинтованный Гагарин уже вовсю фотографировался с Королевым и его женой... Девушка, дежурившая по этажу, была в панике. Она боялась, что на нее «навешают всех собак» и обвинят в халатности. Однако дотошные сотрудники КГБ быстро разобрались и сняли все подозрения. Результаты этого расследования до сих пор хранятся в архивах отдела военной контрразведки при ЦПК. Так, на всякий случай. Вдруг каким-нибудь «буйным головушкам» вздумается поднять очередную волну сомнений вокруг Юрия Гагарина?

Ну а Валя, Валентина Ивановна, всегда была рядом с Юрием. Она никогда не «высовывалась», была в тени своего знаменитого мужа. Когда их вдвоем приглашали на какие-нибудь светские рауты, приемы, торжества, она шла чуть позади, а то и вовсе в группе, сопровождающей Гагарина. Ведь чего греха таить — народ хотел видеть Юрия и видел только его да первых лиц государства. Кстати, и жены этих лиц тоже держались в стороне, то есть так было принято в нашей тогдашней правящей верхушке. До появления Раисы Максимовны было еще целых двадцать лет...

К тому же приглашали жен не всегда, да и сама Валентина не могла оставлять своих совсем еще маленьких девочек на длительное время — она как любящая мать всегда старалась быть рядом с ними. Да если честно, то она и не любила эти мероприятия, съемки, застолья — то есть все то, что сейчас называют «тусовками». Валентина не была публичным человеком. Воспитанная в рабоче-крестьянской семье, в строгости и скромности, она не принимала всей этой суеты. Ее раздражали приставучие журналисты и фотокорреспонденты, которых она, мягко сказать, тоже недолюбливала — ей всегда казалось, что они неискренни, много привирают и вообще подобны «липучкам».

Такое отношение усугубилось после гибели Юрия Алексеевича в 1968 году. Валентина Ивановна еще более замкнулась и жила лишь интересами своей осиротевшей семьи. Простые будни, работа в лаборатории медуправления Центра подготовки космонавтов, теперь уже носящем имя ее любимого мужа. И так год за годом — семейный уклад не менялся. Девочки росли и требовали к себе много внимания. Космонавты Первого отряда всячески помогали ей, по-прежнему приглашали на все мероприятия, но она была очень избирательна.

Время шло. Гагариным и его семьей по-прежнему интересовались. Все экскурсанты, которые останавливались у памятника Юрию в Звездном городке, непременно спрашивали: а что с женой Юрия, не вышла ли она замуж, как дочки? И экскурсоводы, показывая на окна 6-го этажа дома № 2, говорили: «Вот в этой квартире Валентина Ивановна живет с дочками, оставаясь по-прежнему верной своему Юрию. И никто другой ей не нужен». Однако со временем отношение к космонавтике менялось, и о Валентине Ивановне тоже стали забывать, вспоминая лишь к 12 апреля — в День космонавтики. Такие вещи, естественно, действуют удручающе...

Валентина Ивановна, конечно же, могла бы взять ситуацию в свои руки и, как, например, дочь Сергея Павловича Королева, популяризирующая дела своего отца, нести в массы информацию и положительные эмоции о Юрии. Но она — другая. Она была и есть, как и большинство советских женщин, посвятивших себя семье, детям и мужьям, — тихая, спокойная и, в общем, неприемлющая публичности. Ну и естественен вывод: если ты молчишь — о тебе забывают. Нет, конечно, это не относится к друзьям, соседям, космонавтам. Поэтому Валентина Ивановна периодически выезжает в составе групп космонавтов на конгрессы АУКП за рубеж, ее приглашают на отдых руководители Кубы, Болгарии и других стран. Но это происходит все реже и все менее заметно...

Валентина Ивановна живет в привычном для себя ритме в Звездном городке. Дружит с семьей Шаталовых — Владимиром Александровичем и Музой Андреевной, это сейчас одни из самых близких ей людей. У них и дачи рядом, и на отдыхе они частенько вместе.

Несмотря на всевозможные юбилеи, она по-прежнему держит дистанцию с журналистами, огорчаясь по поводу многих слишком вольных статей.

В недалеком прошлом вокруг семьи Гагарина вертелось много разных коллекционеров, в особенности филателистов, пытавшихся заполучить в собственность некие раритеты, связанные с жизнью и деятельностью Юрия. Но Валентина Ивановна обычно указывает таковым на дверь, так как до сих пор на слуху остаются истории о пропаже из космических музеев ряда документов Гагарина. Потом некоторые из них пытались выставить на международный аукцион «Сотбис»...

Частенько в последнее время Валентина Ивановна заходит в Музей космонавтики, расположенный в Доме космонавтов Звездного городка. Она тихонечко постоит в комнате, где выставлены личные вещи Юрия, молча зайдет в его рабочий кабинет — вернее, ту комнату, в которую перенесена мебель из рабочего кабинета, сейф, карты и так далее.

Дочери, как говорят в народе, «устроены». Лена руководит Кремлевским комплексом музеев и успешно справляется с этой серьезной и очень ответственной работой. Конечно, не обходится и без проблем: так, несколько лет назад недруги попытались расшатать авторитет Елены, но она и как человек, и как специалист доказала свою состоятельность.