12 Афганистан

12

Афганистан

Кабул

Сильвервуд встретился с Чу в вестибюле гостиницы, где они выбрали уединенный столик и заказали два кофе.

— Итак, — начал разговор Сильвервуд, помешивая гору сахара в чашке. — Тебе знакомо имя Аасиф Кохистани?

— Это тот, кого наши рейнджеры собирались схватить в Нангархаре, когда похитили Сандру. Он вроде бы лидер «Хезбе-е Ислами». Это все, что я знаю.

— Хорошо, — ответил Сильвервуд. — А что ты знаешь о долине Вайгал?

— Совсем немного. — Чу покачал головой. — Знаю, что в Шок Вали несколько лет назад наш ODA-3336 провалил операцию[47].

В Шок Вали ОDA-3336 или «Отряд — А» охотился за Гульбеддином Хекматияром — лидером ХИГ. Операция закончилась неудачей, и несколько рейнджеров погибло.

— Понятно. Ты работаешь в ВМС, а знаешь гораздо больше, чем я думал.

— Ну, так просвети меня, Оби-Ван Кеноби[48].

Сильвервуд засмеялся.

— Ну да. ODA-3336 отправили ловить Гульбеддина Хекматияра. Знакомо имя?

Чу отрицательно помотал головой.

— Это шестидесятипятилетний исламский фанатик, основатель партии «Хезб-е Ислами Гульбеддин» в 1977 году, сокращенно ХИГ. После вторжения советских войск в Афганистан он возглавил крупные силы моджахедов. В борьбе за власть он перерезал столько же афганцев, сколько и русских, поэтому быстро стал непопулярен. В девяностые появились талибы и оттеснили его. Конечно, Гульбеддин не был опасен, пока мы уничтожали Талибан, но сейчас он снова может захватить власть.

Сильвервуд, взглянув на Чу, кивнул в знак согласия.

— Да, я знаю. Мы сами создаем этих монстров своими же благими намерениями. Но так или иначе, он вернулся и уничтожает всех, кто стоит на пути, и его власть укрепляется. Провал ODA-3336 упрочил его позиции.

— Подожди-ка. А не этот ли фанатик устроил резню в Бадахшане?

Чу имел в виду убийство десяти сотрудников гуманитарной организации International Assistance Mission в августе 2010-го[49].

— Никто точно не знает, кто стоит за этим, — откликнулся Сильвервуд, — но если не группировка Гульбеддина, тогда группировка Кали (еще одно крыло «Хезб-е Ислами», которое отделилось от ХИГ в 1979 году) — и из-за нее мы сегодня и встретились. Дело в том, что база Аасифа Кохистани, который недавно возглавил «Хезб-е Ислами», сокращенно ХИК, находится в провинции Нангархар, то есть там, где держат Сандру.

Чу откинулся на спинку стула и глотнул кофе. Потом опустил чашку на стол и добавил сахара.

— Чувствую, ты еще не все сказал, — улыбнувшись, догадался Чу. — Жажду услышать.

Сильвервуд сделал глоток.

— Ты в курсе, как в этом году распределились места в парламенте между группировками ХИК и ХИГ?

— Вначале скажи, сколько всего мест в парламенте, а то мне сложно представить.

Сильвервуд засмеялся.

— В совокупности у них пятьдесят мест из двухсот сорока шести.

— Ну да, довольно много.

— И представь, так, для смеха, что хороший президент Карзай узнает, что именно ХИК похитили Сандру, — сказал Сильвервуд. — Какова вероятность, что он пойдет против них и при этом сохранит большинство мест в парламенте?

— Да, это рискованно для него, — согласился Чу. — Уверяю тебя, он предпочтет сидеть сложа руки и смотреть, как мы выпутаемся сами.

— Или выберет более безопасный вариант?

Чу не был согласен с точкой зрения Сильвервуда.

— Под более безопасным вариантом имеется в виду, что он предложит выступить посредником в передаче выкупа — что он, в общем-то, почти сделал. Хорошо, пусть так, но в твоей теории есть нестыковка.

— Ну и какая? — расслабил спину Сильвервуд.

— Мы знаем, что установлены ДНК-коды погибших боевиков, из тех, что похитили Сандру. Ее захватил Талибан, мы почти уверены в этом, но ты только что сказал, что Талибан и ХИК совершенно не ладят между собой.

— Они не ладили, потому что раньше движение Талибан было сильным, — уточнил Сильвервуд. — Но сейчас ХИК популярнее Талибан, и, учитывая их растущую политическую власть, им выгодно объединиться.

— Это все относительно, — ответил Чу, не понимая, как это все связано с Сандрой.

— Может быть, но есть факт: ДНК одного из боевиков Талибана, участвовавшего в похищении Сандры Брукс, содержит гаплогруппы ДНК народности калаши, а те веками живут в Долине Вайгал… а конкретнее в весьма недоступной деревне Вайгал, в окружении гор. Кстати, я еще не отправил результаты ДНК в Госдепартамент.

Чу отодвинул кофе и положил локти на стол.

— Это только догадка или есть доказательства связи с ХИК?

Лицо Сильвервуда торжествующе засияло.

— Кохистани родился в этой деревне, Рэй. Сам он не калаш, но он знает их язык и женат на одной из женщин этой народности. И если ты до сих пор не веришь, мы на девяносто процентов уверены, что парень из пакистанской разведки, которого вчера арестовали, снабжал Кохистани и ХИК информацией из Джелалабада в течение трех месяцев.

— Можешь считать, что убедил меня. А где развязка?

Сильвервуд пожал плечами.

— Ты знаешь теперь столько же, сколько и я. Обработай информацию и сделай выводы.

Чу задумался, анализируя в голове, все сказанное.

— Нет, это ерунда. Думаешь, Госдеп уже знает, что ХИК похитили Сандру… или даже где ее держат?

— Они, может, и не знают, а вот у меня есть предположение, — лукаво улыбнулся Сильвервуд, — Госдеп слишком глуп, чтобы до этого додуматься, точно вам говорю.

— Но все равно это бессмысленно, — отреагировал Чу. — Спецназ ЦРУ не готов к военной операции. Более того — не поставлен в известность.

— Это значит, что Вашингтон решил платить. И даже если моя теория неверна, я не могу иначе объяснить, почему спецназ не приведен в боевую готовность.

— Хорошо! — радостно воскликнул Чу. — Значит, проблемы нет. За женщину заплатят и вызволят ее. Я тоже поддерживаю эту идею. Двадцать пять миллионов — немалые деньги, но Штаты ежедневно тратят куда больше на всякую фигню. Но не похоже, что они в курсе условий ее освобождения.

— Согласен, но разве требование выкупа должно волновать тебя? Вот я должен волноваться.

Чу внимательно посмотрел на него.

— А почему это не должно меня волновать? Афганистан кишит похитителями. Это у них, можно сказать, главная индустрия.

— Ну что ты, Рэй. Если Сандра на самом деле у Кохистани и ХИК, почему они просят за нее только деньги, хотя могли с легкостью вбить клин между Карзаем и США?

— Ты имеешь в виду, что они могли бы надавить на Карзая и заставить его сделать выбор? Они или США.

— Да, именно.

— Но это же очень рискованно. А если Карзай выберет США?

— Не знаю, — признался Сильвервуд. — Надо подумать над этим. Карзай не только хочет, чтобы мы убрались из страны, он еще и не хочет рисковать альянсами, за которые бился последний год. Если мы уйдем, эти пятьдесят парламентариев ополчатся на него из-за американки, и он не сможет противостоять им. Всю жизнь политика в Афганистане строилась на альянсах. И по-другому быть не может, и Карзай понимает это… как никто другой.

— Значит, ты думаешь, что выкуп — это только уловка, — заключил Чу. — Заберут двадцать пять миллионов, а Сандру не вернут. Или они хотят подставить Карзая?

Сильвервуд покачал головой.

— Ну, я не знаю. Не верю я, что они просто хотят выкуп. Поэтому я хочу, чтобы ты передал информацию своим друзьям из спецназа ВМС. Если ты согласишься рассказать об этом, я со спокойной совестью уеду вечером из этого захолустья.

Чу вздрогнул.

— Уезжаешь сегодня? Твоей жене стало хуже?

— Она прекратила курс химиотерапии, — объяснил Сильвервуд и не спуская глаз с чашки кофе. — Врачи говорят, ей осталось меньше месяца.

— Брент… соболезную. Я хотел бы сказать больше в такой ситуации.

Сильвервуд оторвал взгляд от чашки и посмотрел на Чу.

— Ты можешь многое сказать, Рэй. Лучше скажи, что передашь наш с тобой разговор спецназовцам, а то у меня нехорошие предчувствия насчет выкупа.