Память

Был мороз.

   Не измеришь по Цельсию.

Плюнь — замерзнет.

   Такой мороз.

Было поле с безмолвными рельсами,

позабывшими стук колес.

Были стрелки

   совсем незрячие —

ни зеленых,

   ни красных огней.

Были щи ледяные.

   Горячие

были схватки

   за пять этих дней.

Каждый помнит по-своему, иначе,

и Сухиничи, и Думиничи,

и лесную тропу на Людиново —

обожженное, нелюдимое.

Пусть кому-нибудь кажется мелочью,

но товарищ мой до сих пор

помнит только узоры беличьи

и в березе забытый топор.

Вот и мне:

   не деревни сгоревшие,

не поход по чужим следам,

а запомнились онемевшие

рельсы.

Кажется, навсегда…

1942