Переговоры с графом Белломонтом

Подхваченный Гольфстримом, «Сан-Антонио» прошел Флоридским проливом к берегам североамериканских колоний Британии. Хотя судно двигалось достаточно быстро, слухи о сокровищах, таившихся в его трюмах, распространялись по всем румбам еще быстрее. Губернатор Барбадоса Грей доносил, что на «Сан-Антонио» находится 400 тысяч фунтов стерлингов, и что капитан Кидд отправился в шотландскую колонию, недавно основанную на Дарьенском перешейке в Панаме. Когда эти слухи достигли Нью-Йорка, людская молва раздула их еще больше. Роберт Ливингстон не сомневался, что Кидд имел на борту 500 тысяч фунтов стерлингов.

Весной 1699 года граф Белломонт, проживший в Нью-Йорке год, собрался посетить вверенные его управлению колонии Новой Англии. Перед самым его отплытием в город пришли первые достоверные известия о Кидде. В донесении сообщалось, что люди Кидда заставили его ограбить два корабля и едва не убили его самого за то, что он отказался стать пиратом. По мнению Р. Ритчи, эту информацию мог распространить друг Кидда Джеймс Эмотт, получивший от него письмо с соответствующими указаниями. Как бы там ни было, Белломонт отбыл в Бостон, оставаясь в полном неведении относительно реальной картины похождений Кидда.

Шлюп Кидда «Сан-Антонио» прибыл в залив Делавэр 3 июня 1699 года. Шкипер Вуд отправил на берег четырех людей, которые сообщили местным жителям, что их судно везет с острова Антигуа в Филадельфию груз сахара, ром и мелассу. Тут же к шлюпу устремились лодки с колонистами, желавшими приобрести указанные товары. Пятеро жителей поселка Льюис, «обосновавшиеся в месте, именуемом Хор-Киллз, прямо возле мысов», оказались бывшими пиратами. Они сообщили Кидду, что неделей раньше на судне «Нассау» в залив Делавэр прибыла группа бунтовщиков, покинувших его на острове Сент-Мари и примкнувших к шайке Каллифорда. Это известие не на шутку встревожило капитана — он не сомневался, что бунтовщики, не питавшие к нему добрых чувств, могли рассказать о нем немало небылиц, а заодно раскрыть подробности его крейсерства в Индийском океане.

Спустя три дня новость о появлении Кидда достигла ушей полковника Роберта Квэри, сборщика таможенных пошлин из Пенсильвании. Он тут же написал письмо губернатору Виргинии с просьбой прислать в залив Делавэр военный корабль. Тем временем Уильям Пенн велел арестовать и допросить экс-пиратов из Льюиса, посетивших борт «Сан-Антонио». Арестованные заявили под присягой, что получили привезенные на берег товары в качестве подарков от «некоего Гильяма» (то есть Джеймса Келли) и Сэмюэла Вуда, а о Кидде слыхом не слыхивали. Пенн им не поверил, обязав уплатить правительству колонии штраф в размере 150 фунтов стерлингов и присягнуть, что впредь они не будут покупать у заезжих разбойников какие-либо товары.

Если Кидд и собирался зайти в гавань Нью-Йорка, то после разговора с людьми из Льюиса решил быть более осторожным. «Сан-Антонио» обогнул восточную оконечность Лонг-Айленда, миновал остров Гарднерс и вошел в пролив между островом Плам и мысом Ориент. Затем он проследовал проливом Лонг-Айленд на запад, к гавани Ойстер-Понд-Бей, куда и прибыл 9 июня. На следующий день слухи о появлении Кидда в проливе Лонг-Айленд уже циркулировали по Нью-Йорку.

Посланник Кидда посетил Нью-Йорк, где имел тайную встречу с адвокатом и другом капитана — Джеймсом Эмоттом. Тот, в свою очередь, повидался с женой Кидда и старым другом семьи капитана — бывшим коронером Томасом Кларком по прозвищу Большой Кларк. Последний должен был снарядить шлюп и доставить в условное место — на остров Блок — жену Кидда.

11 июня Эмотт и посланник Кидда вернулись на лошадях в Ойстер-Понд-Бей, где их ждала шлюпка. Вскоре адвокат поднялся на борт «Сан-Антонио». Его встреча с капитаном проходила за закрытыми дверями каюты. Когда разговор коснулся дела, друзья начали гадать, какой ответ может прислать Кидду граф Белломонт. Очевидно, шанс получить амнистию у Кидда все же был. Еще в мае Белломонт писал в Министерство торговли и плантаций: «Я надеюсь, что несколько донесений, которые мы получили о том, что капитан Кидд был принужден своими людьми против своей воли ограбить два корабля мавров, могут оказаться правдой. Также говорили, что около 100 его людей взбунтовались против него на Мадагаскаре и были близки к тому, чтобы убить его, поскольку он категорически отказался стать пиратом».

Взвесив все за и против, Кидд решил выйти на связь с губернатором. В Бостон на переговоры с Белломонтом отправился Эмотт. Встретившись с графом, адвокат отдал его превосходительству два французских паспорта, а также письмо от Кидда, из которого Белломонт узнал «всю правду» об экспедиции своего протеже. Новым для графа было известие о потере «Эдвенчура», о прибытии Кидда в Вест-Индию на трофейном судне «Кедах мёрчент» и укрытии последнего где-то у берегов Гаити.

Эмотт передал Белломонту предложение, исходившее от Кидда: если граф пообещает прощение капитану и нескольким лояльным членам его команды, он тут же прибудет в Бостон и сдастся. «Я был слегка озадачен, не зная, как вести такого рода дела с Эмоттом — хитрым якобитом, надежным другом Флетчера и моим открытым врагом, — писал позже Белломонт в Министерство торговли и плантаций. — Когда он попросил меня помиловать Кидда, я сказал ему, что король действительно дал мне право прощать пиратов, но я пользуюсь им весьма осторожно (дабы не запятнать свою репутацию) и сделал своим правилом никогда не прощать пиратство без специального разрешения и приказа короля. Эмотт сказал мне, что Кидд оставил большой корабль мавров, захваченный им в Индии… в бухточке на побережье Эспаньолы с товарами стоимостью тридцать тысяч фунтов; что он купил шлюп, на котором и прибыл [сюда] перед тем, как выдвинуть свои условия; что он доставил на шлюпе несколько тюков товаров из Ост-Индии, шестьдесят весовых фунтов золотого песка и слитков, около ста весовых фунтов серебра и некоторые иные вещи, которые, как он полагает, можно продать примерно за десять тысяч фунтов. Эмотт также рассказал мне, что Кидд был совершенно невиновен и хотел бы разъяснить, каким образом его люди давили на него, заперев в каюте «Эдвенчура гэлли», когда подвергли грабежу два или три судна, — он мог бы доказать это с помощью многих свидетелей. Я ответил Эмотту, что если Кидд способен это доказать, то он может без опаски прибыть в этот порт, и я могу ручаться, что добьюсь для него королевского прощения».

Ответ губернатора должен был передать Кидду его старый приятель шотландец Дункан Кемпбелл, подрабатывавший в Массачусетсе торговлей книгами и доставкой почты. 15 июня Кемпбелл и Эмотт выехали на лошадях из Бостона в Бристол — гавань на берегу залива Наррагансетт (Род-Айленд), а оттуда перебрались в Ньюпорт. Через два дня они отплыли к острову Блок, где их должен был дожидаться Кидд, но, не обнаружив его там, пошли к острову Гарднерс. У владельца последнего — Джона Гарднера — они одолжили лодку и отправились на ней искать «Сан-Антонио».

Пока Эмотт ездил в Бостон, Кидд посетил остров Конаникут, расположенный в устье залива Наррагансетт. Там, в городке Джеймстаун, проживал экс-флибустьер Томас Пейн. Посланник Кидда отыскал Пейна в его доме и передал ему приглашение явиться на борт «Сан-Антонио» для встречи со «старым приятелем». Пейн сразу сообразил, что эта встреча может сулить ему неплохой барыш, и охотно откликнулся на приглашение Кидда.

Пейн не ошибся в своих расчетах. Капитан Кидд и пират Джеймс Келли, все еще находившийся на борту шлюпа, предложили ему взять на сохранение часть их сокровищ. Кидд передал Пейну три фунта золота в слитках, Келли — 800 пиастров. Когда экс-флибустьер вернулся на берег, «Сан-Антонио» снялся с якоря.

Тем временем губернатору Род-Айленда Сэмюэлу Крэнстону донесли, что у острова Конаникут замечен неизвестный вооруженный шлюп. Крэнстон предпринял попытку задержать его и выслал в море баркас с таможенным инспектором и тридцатью вооруженными людьми. Приблизившись к «Сан-Антонио», таможенник прокричал, что хотел бы подняться на его борт. В ответ со шлюпа выстрелили из двух орудий, заставив баркас ретироваться.

От Конаникута Кидд пошел на юг и юго-запад, к острову Блок. Там жили его друзья — супруги Эдвард и Мэри Сэндс. Эдвард, переговорив с капитаном, согласился взять на хранение две пушки с «Сан-Антонио» и, возможно, кое-какие ценности. Затем шлюп отправился к острову Гарднерс.

На рассвете 17 июня к борту «Сан-Антонио» подошла лодка, в которой находились Эмотт и Кемпбелл. Они передали капитану устное приглашение графа Белломонта пожаловать в Бостон, но Кидду этого было мало — он хотел получить от губернатора письменное подтверждение гарантий своей безопасности. С этой целью Кемпбелл снова был отправлен в Массачусетс. Капитан снабдил его небольшими подарками: двумя пестрыми носовыми платками, пачкой чая и четырьмя кусками золота.

Кемпбелл прибыл в Бостон воскресным вечером 18 июня и был немедленно принят графом. Белломонт попросил его изложить на бумаге все, что ему рассказал о своем плавании подозревавшийся в пиратстве капитан, а на следующий день отправился с ним на заседание Совета Массачусетса. В заседании участвовали наиболее влиятельные люди Новой Англии. Хотя позже граф уверял, что ничего не предпринимал до предварительной консультации с членами Совета, приведенные выше факты опровергают данное утверждение.

Кемпбелл выступил перед присутствующими. Он сообщил, что Кидд не признает себя виновным в приписываемых ему преступлениях, что беззакония чинила мятежная команда «Эдвенчура», ушедшая от него пиратствовать на корабле капитана Каллифорда. Белломонт, со своей стороны, доложил членам Совета о письмах, полученных от губернатора Род-Айленда и от бывшего флибустьерского капитана Томаса Пейна, в которых сообщалось о присутствии судна Кидда в проливе Лонг-Айленд. К письмам прилагалась копия род-айлендской прокламации, объявлявшей Кидда пиратом в соответствии с распоряжением Министерства юстиции от 26 ноября. Можно лишь предполагать, почему Белломонт не опубликовал аналогичную прокламацию в Нью-Йорке и Массачусетсе, продолжая хранить распоряжение из Лондона в глубочайшем секрете.

Когда информация о капитане Кидде была заслушана, Белломонт спросил у членов Совета, что делать дальше. Советники решили, что губернатору следует продолжить переговоры с капитаном, и если выяснится, что тот невиновен, просить короля помиловать его. В конце заседания Белломонт предложил Совету принять решение о предоставлении Кидду гарантии безопасного нахождения в Бостоне, где он смог бы достать необходимые припасы для ремонта «Кедах мёрчента» и привода этого судна из Вест-Индии в Новую Англию.

В тот же день губернатор написал Кидду письмо, в первой части которого содержался пересказ его разговора с адвокатом Эмоттом:

«Бостон, 19 июня 1699 г.

Капитан Кидд, мистер Эмотт явился ко мне в прошлый вторник вечером (13 июня. — Авт.), сообщив, что он прибыл от вас, но побоялся рассказать, где он виделся с вами, хотя я и оказывал на него давление. Он сказал мне, что вы пришли в бухту Ойстер-Бей, находящуюся на острове Нассау (Лонг-Айленд. — Авт.), и послали за ним в Нью-Йорк. Он просил меня гарантировать вам прощение. Я ответил, что никогда не предоставлял оного и что, возглавляя [местное] управление, не могу прощать кого бы то ни было без ясного позволения или приказа короля. Он сказал мне, что вы… публично заявили о своей невиновности; что если удастся убедить ваших людей последовать вашему примеру, вы готовы прибыть в этот порт или какой-либо иной, находящийся во владениях его величества…

Мистер Эмотт передал мне два французских паспорта, взятых на борту двух кораблей, которые ваши люди ограбили. Я храню эти паспорта и склонен верить, что они станут хорошим аргументом для вашего оправдания… Мистер Эмотт также сказал мне, что вы имеете при себе на шлюпе ценности на 10 000 фунтов стерлингов; что вы покинули где-то у берегов Эспаньолы корабль с ценностями на 30 000 фунтов стерлингов; что вы оставили его в надежных руках и обещали прийти за вашими людьми, оставшимися на том корабле, через три месяца, дабы забрать их с собой в безопасную гавань».

Белломонт упомянул также о новостях, пришедших в Нью-Йорк с острова Мадагаскар. В них сообщалось о мятеже, который подняла против Кидда его команда, и о том, что бунтовщики захватили и разграбили два корабля вопреки воле капитана.

«Я обсуждал эту проблему с членами Совета его величества, — пишет далее граф, — и пополудни показал им это письмо; и они высказали мнение, что если ваше дело было столь ясным, как вы (или мистер Эмотт от вашего имени) о том поведали, то вы можете без всякой опаски прибыть сюда, снарядиться, выйти в море и привести тот другой корабль («Кедах мёрчент». — Авт.). У меня нет никаких сомнений, что удастся получить королевское прощение для вас и для тех нескольких людей, которых вы оставили [на Эспаньоле], которые, как я понимаю, были вам верны и отказались так же, как и вы, опозорить каперскую грамоту, полученную вами в Англии.

Заверяю вас моим словом и честью, что я в точности исполню то, что сейчас обещаю…

Мистер Кемпбелл убедит вас, что все то, что я здесь написал, соответствует мнению Совета и вашего покорного слуги».

Подписав и скрепив письмо печатью, Белломонт передал его Кемпбеллу. Последний выехал из Бостона 20 июня. В Род-Айленде он сел на шлюп шкипера Халина и отправился искать шлюп Кидда в акватории между островами Гарднерс и Блок.

Пока Кемпбелл выполнял поручение своего друга, Кидд успел побывать на острове Гарднерс. Его пребывание там подробно описано в «Рассказе Джона Гарднера», записанном с его слов 17 июля 1699 года секретарем Совета Массачусетса Исааком Эддингтоном:

«…В тот вечер рассказчик (Джон Гарднер. — Авт.) увидел шестипушечный шлюп, направлявшийся к якорной стоянке у острова Гарднерс. А два дня спустя, вечером, рассказчик отправился на борт упомянутого шлюпа, дабы осведомиться, кто это прибыл, и когда он поднялся на борт, капитан Кидд (тогда еще не известный рассказчику) ответил ему, кем были он и его семейство, и сообщил ему, что он, указанный Кидд, направляется к милорду в Бостон, и пожелал, чтобы рассказчик переправил трех негров — двух мальчиков и девочку — на берег и присматривал за ними до тех пор, пока он, названный Кидд, или его доверенное лицо, не вернутся за ними, что рассказчик и исполнил. Примерно через два часа после того, как рассказчик забрал указанных негров на берег, капитан Кидд выслал к берегу свою шлюпку с двумя тюками вещей и мальчиком-негром, а на следующее утро названный Кидд пожелал, чтобы рассказчик немедленно прибыл на борт и привез с собой шесть овец для его… плавания в Бостон… Тогда же Кидд попросил его уступить ему бочку сидра, на что рассказчик с большой неохотой согласился, и отправил за ним двух своих людей, которые привезли сидр на борт указанного шлюпа; но пока люди ездили за сидром, капитан Кидд предложил рассказчику несколько отрезов испорченного муслина и бенгальского шелка в качестве подарка для его жены… И спустя примерно четверть часа названный Кидд взял два или три отреза испорченного муслина и дал рассказчику для его нужд. А когда люди рассказчика прибыли на борт с упомянутой бочкой сидра, названный Кидд дал им четыре куска арабского золота за их хлопоты, а также за доставленные ему дрова. Затем названный Кидд… сказал этому рассказчику, что готов заплатить ему за сидр, на что рассказчик ответил, что он и так доволен благодаря подарку, сделанному его жене. И сей рассказчик заметил, что некоторые из людей Кидда дали людям рассказчика кое-какие безделушки малой ценности… После этого рассказчик покинул названного Кидда и отправился на берег».

Позже Гарднер вспомнил, что «пока капитан Кидд стоял со своим шлюпом у острова Гарднерс, там находился шлюп из Нью-Йорка, шкипером коего был некто Костер (Карстен Лаэрсен. — Авт.), а его помощником — маленький черный мужчина, имя коего рассказчику неизвестно, который, как говорили, раньше был квартирмейстером у капитана Кидда (это был Хендрик ван дер Хёйл. — Авт.); и еще один шлюп, приписанный к Нью-Йорку, шкипером коего был Джейкоб Феник (Феникс. — Авт.). Оба шлюпа стояли возле шлюпа Кидда три дня, и, пока рассказчик находился на борту судна вместе с капитаном Киддом, несколько тюков с товарами и прочие вещи были выгружены с упомянутого шлюпа Кидда и погружены на борт двух вышеназванных шлюпов, после чего указанные два шлюпа ушли в сторону пролива (Лонг-Айленд. — Авт.). После этого Кидд отплыл со своим шлюпом в сторону острова Блок».

23 июня в пролив Лонг-Айленд прибыл шлюп шкипера Халина, на борту которого находился Дункан Кемпбелл. Весь день он тщетно искал шлюп Кидда и лишь на следующий день нашел его на рейде острова Блок. Получив дружеское послание Белломонта, Кидд решил, что можно привести «Сан-Антонио» в Бостон. Он тут же написал губернатору ответное письмо, в котором объявил о своем намерении, а заодно попросил у него прощения за излишнюю подозрительность, вызванную напугавшими его слухами. При этом Кидд вновь повторил суть своего алиби. Капитан просил графа отправить Кемпбелла в Англию с отчетом о случившемся и ходатайством о помиловании для него, Кидда, и прибывших с ним из Ост-Индии моряков. Помимо письма, капитан передал Кемпбеллу 100 пиастров для покрытия его расходов, а для жены Кемпбелла, Сусанны, золотую цепь и четыре отреза тканей из муслина и ситца. Также Кидд предусмотрел подарок для жены губернатора: посланник должен был передать леди Белломонт четыре золотые застежки, украшенные бриллиантами.

25 июня в жизни Кидда произошло волнующее событие: после почти трехлетней разлуки он вновь встретился с женой, которую доставил на остров Блок Томас Кларк. Сара, оставив дом под присмотром вдовствующей госпожи Дороти Ли, привезла с собой 260 пиастров наличными и все фамильное серебро: миску, кубок, кофейник, супницу и множество вилок и ложек. Подобная предусмотрительность жены капитана могла свидетельствовать о ее готовности последовать за угодившим в опалу мужем в иные края — например, в Вест-Индию. Но Кидд не собирался спасаться бегством.

Джеймс Келли, в отличие от Кидда, имел другие планы. По свидетельству Мэри Сэндс, он не скрывал своего намерения высадиться в Род-Айленде, где надеялся найти убежище у какого-нибудь старого приятеля. Утром 26 июня капитан позволил Келли покинуть борт «Сан-Антонио» и идти на шлюпке в гавань Ньюпорта. Вместе с ним судно покинул Кемпбелл. Он вез Белломонту письмо Кидда.

Спустя короткое время «Сан-Антонио» вновь появился у острова Гарднерс — на этот раз в компании со шлюпом Корнелиуса Куика из Нью-Йорка. На борту шлюпа Куика находились Томас Кларк и «некто Харрисон с Ямайки, отец мальчика, который плавал с капитаном Киддом». Кидд отправил на берег своего штурмана и Кларка. Последние пригласили владельца острова пожаловать на борт «Сан-Антонио». «И названный Кидд, — читаем в «Рассказе Джона Гарднера», — пожелал, чтобы сей рассказчик (Джон Гарднер. — Авт.) забрал с собой на берег и сберег для него, названного Кидда, или его доверенного лица сундук и ящик золота, связку стеганых одеял и четыре тюка вещей; указанный ящик золота, как сказал Кидд рассказчику, предназначался для милорда. Рассказчик согласился с просьбой названного Кидда и забрал на берег упомянутые сундук, ящик золота, стеганые одеяла и тюки с вещами.

А далее рассказчик сообщил, что двое членов команды Кидда, которые назвались Куком и Пэрротом (кок Абель Оуэнс и пушкарь Хью Пэррот. — Авт.), доставили ему, рассказчику, две сумы серебра, каковое, как они сказали рассказчику, весило тридцать фунтов… И что другие люди Кидда передали рассказчику небольшой узел с золотом и золотым песком весом около фунта, дабы он сберег его, а также подарили рассказчику шарф и пару шерстяных чулков. И перед самым отплытием шлюпа капитан Кидд подарил рассказчику мешок сахара…»

Гарднер также припомнил, что шлюп Корнелиуса Куика находился близ острова «от полудня до вечера того же дня и забрал на борт два сундука, доставленные с упомянутого шлюпа Кидда на глазах у рассказчика, а также, как он полагает, еще кое-какие вещи, а затем отплыл в направлении пролива (Лонг-Айленд. — Авт.). Кидд оставался здесь со своим шлюпом до следующего утра, после чего отплыл, намереваясь, по его словам, идти в Бостон».

Давая все эти показания, Гарднер поклялся, что ничего не слышал об объявлении Кидда пиратом. Впрочем, он тут же добавил, что «если бы и знал об этом, то все равно не посмел бы действовать иначе, не имея сил противиться им, а также потому, что ранее приватиры уже грозились убить его, если он будет с ними невежлив».

Итак, капитан Кидд отправился в Массачусетс. Миновав острова Блок, Мартас-Винъярд и Нантакет, он повстречал в море бостонский шлюп капитана Томаса Уэя, который возвращался домой из мексиканского залива Кампече. Оба капитана договорились идти вокруг полуострова Кейп-Код вместе. Очевидно, Кидд не до конца доверял графу Белломонту, так как упросил капитана Уэя взять на сохранение кое-какие ценности: три пистолета, ручные весы для взвешивания золота, турецкий ковер, навигационные часы с маятником, узел с вещами Сары Кидд и ее же сумку с 280 пиастрами. Данная услуга, естественно, была щедро оплачена.

В субботу 1 июля «Сан-Антонио» появился у входа в Бостонскую гавань.