СЕНТЯБРЬ-95

СЕНТЯБРЬ-95

Вашингтон: «Осло-2». — Рабин в Москве

Гвоздевое событие сентября — подписание соглашения о промежуточном урегулировании («Осло-2»). Соглашение было подписано в Табе 24 сентября и «освящено» в Вашингтоне 28 сентября.

Между, «Осло-1» и «Осло-2» прошел год. Переговоры были вязкими, порой мучительными. Арафат несколько раз хлопал дверью. Палестинцы выжимали из автономии государство. Израильтяне же сжимали государство до автономии. Наконец, в первый день нового, 5756 по еврейскому календарю года, договорились.

Период промежуточного урегулирования продлится до мая 1999 года. Переговоры о постоянном урегулировании должны начаться не позднее мая 1996 года.

28-го наблюдал по телевизору торжественную процедуру в Вашингтоне. «Российский коспонсор» в лице Козырева имел место, но нас как-то не было заметно. Козырев не тянул против Клинтона. Вот, думал я, если бы Ельцин прилетел, Россия была бы в центре внимания. Не хватило политической фантазии…

6 октября Кнессет утвердил соглашение со счетом 61: 59. Эти цифры отразили раскол израильского общества. Почти половина населения была против того, чтобы отдавать землю в обмен на бумагу, на обещания, которым трудно было верить.

Соглашение вызвало столкновение противоположных оценок, мнений, эмоций. Скептики с обеих сторон видели в «Осло-2» троянского коня, который доставлен на территорию противника, чтобы коварством, обманом добиться победы. Для одних это означало сбросить-таки евреев в море, а для других — заставить палестинцев отказаться от мечты о своем государстве. И как это ни странно, именно оптимисты с обеих сторон снабжали скептиков аргументами. Начиналась новая полоса урегулирования, которая пройдет через труп Рабина и затеряется в лабиринтах политики Нетаньяху.

14 сентября в Москву прилетел Рабин. Первой была встреча с Козыревым. Обычный набор тем. Из этого перечня несколько выбивался вопрос о 45 БТРах, которые Ельцин обещал Арафату. Рабин деликатно беспокоился.[50] Затем — разговор с Черномырдиным. Наш премьер добросовестно подготовился. Говорил конкретно, по делу: электростанция на сланцах, алмазы, опреснение, недвижимость. В общем, разговор оказался менее формальным, чем можно было ожидать. Но практических последствий не имел. Еще Рабин успел заехать к Грачеву. Там я не был.

Воспользовался случаем, походил по МИДу. Посувалюк был бодр и весел.