Глава XII. РАЗМЫШЛЕНИЕ О «КРЕМАТОРИИ 91 – 94»

Глава XII. РАЗМЫШЛЕНИЕ О «КРЕМАТОРИИ 91 – 94»

Пришла пора отвлечься от хронологической последовательности деяний группы и поразмышлять о «Крематории» образца 1991 – 93 годов, то есть о составе: Григорян (вокал, акустическая гитара) – Троегубов (вокал, акустическая гитара) – Мурашов (лидер-гитара) – Россовский (скрипка) -Третьяков (бас-гитара) – Сараев (ударные). (Последовательность фамилий взята из наиболее известной студийной работы этого периода – «Двойного альбома».)

Я уже говорил о том, что на этапе перехода из квартир на сцену, от акустики – к электрическому звуку «Крематорий» заложил одну плохую традицию: довольно низкое качество исполнения. Конечно, это произошло не случайно. В те годы мы ценили скорее уровень мышления, чем уровень исполнения. У нас не было репетиционной базы, где мы могли бы оттачивать свое мастерство на звуке, как это делали музыканты, скажем, «Арии». Да и не все наши западные музыкальные кумиры утруждали себя отработкой техники. Скажем, тех же «Роллингов» британская музыкальная критика просто распинала за знание «всего трех аккордов», а они и в ус не дули, преспокойно выпуская альбом за альбомом. Поверьте, я не оправдываюсь, а пытаюсь понять причину и признаю, что лажали мы достаточно заметно. Сочиняя красивые и мелодичные песни, мы часто портили их собственным неуклюжим исполнением и «недоруленными» аранжировками. Тем не менее, публика нас всегда любила – ведь большинство слушателей не замечает мелких недочетов, слышных уху профессионала. Естественно, что эрудированного в музыкальном отношении, «слышащего» потребителя – а тем более коллег по музыкальному цеху – мы тем самым отталкивали. Постепенно такая традиция крепла. Я не хочу сказать ничего плохого о людях, игравших в составе группы в 1987 – 91 годах, но музыкантами – по духу и качеству исполнения – из них были единицы. После моего возвращения (не правда ли, скромно!), а особенно после того как я притащил в группу своего гитариста Андрея Мурашова, сложился состав, способный преодолеть порочную тенденцию и сделать шаг на следующую ступень.

Ритм-секция в лице Сараева и Третьякова не хватала звезд с небес, но могла работать ровно и стабильно – а это уже немало! Вообще, Андрей Сараев в плане музыкального самосовершенствования, по-моему, занимал в группе первое место. У него практически не проскакивало технического брака на концертах, и весь арсенал его приемов был отработан до автоматизма. К тому же он отслушивал новую музыку во всех жанрах, стараясь быть в курсе современного уровня не только игры на ударных, но и звучания группы в целом.

Мишка Россовский всегда обладал отличной музыкальной фантазией и своеобразной техникой, но при отсутствии нормального гитариста игра его становилась излишне назойливой – приходилось всовывать скрипичные «соляки» не только в нужные места, но и во все прочие пустоты. С появлением второго солирующего инструмента – мурашовской гитары – Мишка и Андрей смогли не только подружиться, но и найти очень точный баланс своих инструментов. Кроме того, их увлекли гитарно-скрипичные двухголосия, и на этом пути они достигли серьезных высот. Кстати, те, кто слышал мой первый сольный альбом «Для умного достаточно» (1989), знают, что именно там Андрей Мурашов научился такому четкому взаимодействию со скрипкой. Но вернемся в «Крематорий», а точнее к дуэту его солистов. Песня «Твари», в которой они применили свои находки в этой области, просто заблистала новыми гранями. В сравнении с концертной версией 1992 года студийный вариант этой песни с альбома «Зомби» (1991) откровенно слабоват. А ведь обычно студийный вариант всегда бывает более изощренным из-за технических возможностей многоканальной записи. И это не единственный пример… Но у Мурашова были еще два очень полезных для группы качества. Во-первых, он никогда не увлекался сольной игрой, предпочитая выполнять большой объем внешне незаметной «черновой» работы, дающей общему звучанию группы глубину и мощь. А во-вторых, Мурашов – отличный аранжировщик. «Крематорию» всегда не хватало подобного умельца, и, пожалуй, аранжированным до прихода Мурашова можно считать лишь альбом «Зомби», где роль координатора на приличном уровне выполнил гитарист Виктор Осипов…

В первой части этой книги я уже размышлял об идеальном сочетании наших с Арменом голосов. Добавлю лишь, что мой более высокий голос хорошо дополнял тембр Григоряна не только в двухголосии. Часто мы пели первый куплет в унисон, и лишь потом я переходил на второй голос, равноправный с основным. Да-да, именно равноправный, потому что лишь в этом случае ловился кайф сочетания голосов. Как только один из голосов начинал выходить из баланса на первый план, получался стандартный вариант: главный голос + второй голос. Волшебство кончалось. В это непросто поверить, но тем, кто побывал на крематорских концертах в 1991 – 93 годах, объяснять ничего не нужно. Они слышали это собственными ушами. Что касается студийных записей, на мой взгляд, ни одна из них не смогла зафиксировать нужного сочетания. Ближе всего мы подошли к нужному сочетанию на «Двойном альбоме», а точнее – лишь в семи его песнях (из 24-х!): «Сексуальная кошка», «Таня», «Посвящение бывшей подруге», блюз «Наше время», «Гончие псы», «Клаустрофобия» и «Америка». Может быть, это вообще невозможно, но скорее всего – нам просто не везло со звукооператорами. Да и Армен всегда давил на режиссеров, чтобы они выдвинули его голос на первый план. Мудро ли выпячивать себя, теряя в общем результате? Но хватит о грустном. Главное, что выступления того периода и наличие понимающего штатного крематорского оператора в лице Сереги Овсянникова давали возможность хотя бы на концертах добиваться нужного вокального коктейля. А на создаваемом ребятами мощном и слаженном музыкальном фоне двухголосие обретало новое качество. Публика (вопреки сложившемуся мнению) – не дура, и ее реакция на наши выступления показывала верность скрупулезного подхода к концертному саунду. Да и мнения знакомых музыкантов, не ожидавших такого концертного качества от «Крематория», становились все более лестными. Не знаю, как остальным ребятам, а мне неоднократно говорили лестные для группы комплименты. Сотрудничавшая с группой Маргарита Пушкина, раньше приходившая на концерты «Крематория» «по неписаной обязанности», как-то призналась, что нас «стало интересно слушать на концерте». Так что, мнение, будто бы три года (1991 – 93) для группы были непродуктивными, так как она записала лишь альбом старых песен, в корне неверно. За эти годы группа достигла гораздо большего: она стала классной концертной командой. К тому же не надо забывать, что материал альбома «Танго на облаке», записанного в 1994 году, был досконально отработан за все тот же период времени, некоторые песни даже звучали в концертах.