12. 1963-65 гг. Клапаны.

12. 1963-65 гг. Клапаны.

С той поездки в Америку я заболел клапанами. Основные врождённые пороки у детей старше шести лет мы уже оперировали, а с приобретёнными пороками сердца был полный провал. Когда в створках сплошной кальций, нужны искусственные клапаны. Что делать? Американских створок у меня нет и не будет, импорт закрыт для советских хирургов. Больные обречены на смерть в течение 2-5 лет. Это оправдывает риск операции.

Вот и рассудите: право на эксперимент на человеке.

Поверьте, очень нелегко решаться на новую непроверенную операцию. Для которой, ну, ничего нет! Кроме самоделок.

Много проще сказать: "На нет, и суда нет". Отойду в сторону. Пусть умирают, спасаем, кого можем. "Не стреляйте в пианиста, он играет, как умеет".

Мне такая позиция не нравилась. Считал возможным рискнуть одним- двумя обречёнными больными, такими, которые никому не нужны: родственников нет или не способны содержать больного прикованного к кровати. При том условии, если никто в Союзе таких операций не делает. И, конечно, с предупреждением больного и родных об опасности операции.

"Ты что, Амосов, Господь Бог? Решаешь кому жить, кому умирать?"

Позиция циничная, но без неё хирургия не двинется.

Так и ходил под этим всю хирургическую жизнь, и когда лёгкие осваивал и пищеводы и, тем более, сердце.

Эти проблемы снова встали, когда задумал клапаны.

Был у нас один врач-экспериментатор и изобретатель: Юра Кривчиков, имел дар. Ему я и выдал "социальный заказ" - создать протез клапана. Для створок предложил... нейлон из рубашки. Американцы из нейлона делают свои створки. Сначала начали штопать этой тканью отверстия в перегородках сердца у детишек. Получалось хорошо.

Тогда Юра вместе с нашим механиком создали конструкцию: каркас из нержавейки и на нём пришиты створки из нейлона. Клапан даже попробовали на собаках, но они не переносили саму операцию. Пришлось решаться.

Как всегда, больным предложили подписать расписку: "Предупреждён об опасности операции". Но куда им, бедным, деться, когда смерть рядом?

В течении полугода я вшил новые клапаны семи больным. Умерла после операции одна девушка. Ближайший эффект у остальных оценивали как хороший или отличный. Все были очень рады.

Но... преждевременно. Через полгода пришли первые две больные с рецидивами порока.

Тут я впервые усомнился в честности американских хирургов. Пластика створок клапанов сначала распространилась, многие хвалились в журналах десятками отличных случаев. И вдруг, как отрезало. Публикации прекратились. Спустя год-два появились робкие и очень скупые признания, клапаны негодны.

Но нам эти признания уже не помогли. В последующие два года только двоих удалось спасти вшиванием новых клапанов, совсем других.

За мою многолетнюю практику такие случаи - с иностранцами, повторялись неоднократно: нахвастают много, а отыгрывают оч-чень скупо.

История с клапанами на этом не кончилась. В 1963 году американец Старр опубликовали новую конструкцию, шаровой клапан, как в насосах. Шарик из селиконовой резины, седло - из стали, с обшивкой по ободку синтетической тканью, для фиксации к сердцу. Солидная такая штука - до 4 см. в диаметре.

На этот раз нам помогли инженеры. В городе Киров-Чепецк на Урале, есть завод, делает химию для обороны. На заводе был главный конструктор, многократный лауреат. И при том с пороком сердца. Он и взялся, сделал точную копию клапана Старра. Приезжал к нам знакомиться, привёз образцы. Заодно полечился. Но мы уже обожглись на своих и не спешили использовать. Начали в Москве, у Бакулева, но потом и мы попробовали - понравилось. Однако скоро обнаружился дефект: на границе, где "тряпка" прилегает к стали образуются тромбы, они отрываются и дают мозговые эмболии. Мы были пуганые и остановились, стали думать.

И придумали, обшивать всё седло, чтобы не было голого металла. В этом случае седло обрастает целиком и тромб не образуется. Второе, Юра Кривчиков вместо шара использовал полусферу, габариты сократились почти вдвое. Конструкцию отдали на завод, и они пустили в производство.

Два года мы очень осторожничали, вшивали только самым обречённым, пока не убедились в безопасности. Потом эти клапаны по всему Союзу применяли 20 лет. Через год после нас Старр тоже стал обшивать всё седло, как мы. Он сам придумал. А эмболии ? Нет, совсем не прекратились, но стали редки, если правильно применять лекарство тормозящее свертываемость.

Но вот драма: этот инженер от своего клапана и погиб. Его оперировали у Бакулева и он умёр в первый день - была ошибка хирурга.

Юра Кривчиков больше ничего толкового не изобрел, начал сильно пить, уехал, и прожил недолго.