XV Черная чума — 1

XV

Черная чума — 1

Когда право собственности на землю в поселке перешло к муниципалитету, индийцев выселили не сразу. Прежде чем изгнать жителей, необходимо было найти для них подходящее место, а так как муниципалитету сделать это было нелегко, индийцы вынуждены были по-прежнему оставаться в том же «грязном» поселке, с той лишь разницей, что положение их стало еще хуже. Перестав быть собственниками, они сделались арендаторами у муниципалитета, а квартал от этого стал еще грязнее. Когда они были собственниками, то все-таки поддерживалась какая-то чистота, хотя бы из страха перед законом. Муниципалитет же такого страха не испытывал. Число арендаторов возрастало, а вместе с ними росли запущенность и беспорядок.

В то время как индийцы мучились в таких условиях, вспыхнула эпидемия черной (или легочной) чумы, которая страшнее и губительнее бубонной.

Очагом эпидемии, по счастью, оказался не поселок, а один из золотых приисков в окрестностях Иоганнесбурга. Работали гам в основном негры, а за санитарные условия отвечали только их белые хозяева. По соседству с прииском работали индийцы. Двадцать три человека заболели сразу и к вечеру вернулись в свои жилища в поселке с острым приступом чумы. Случилось так, что адвокат Маданджит был как раз в это время в поселке, распространяя подписку на «Индиан опиньон». Он был на редкость бесстрашным человеком. При виде жертв этой ужасной болезни сердце его содрогнулось, и он послал мне записку следующего содержания: «Началась вспышка черной чумы. Немедленно приезжайте и примите срочные меры, в противном случае мы должны ожидать ужасных последствий. Пожалуйста, приезжайте немедля».

Маданджит смело сломал замок пустовавшего дома и разместил в нем всех больных. Я на велосипеде приехал в поселок и послал секретарю муниципального совета записку с сообщением об обстоятельствах, при которых мы завладели домом.

Д-р Уильям Годфри, имевший практику в Иоганнесбурге, прибежал на помощь, едва до него дошла весть о случившемся. Он стал для больных и сиделкой и врачом. Но больных было двадцать три, а нас только трое, и сил наших не хватало.

Я верю — и вера моя подтверждена опытом, — что, если сердце человека чисто, он всегда найдет нужных ему людей и нужные средства для борьбы с бедствием. В ту пору в моей конторе служило четверо индийцев: Кальяндас, Манеклал, Гунвантраи Десаи и еще один, имени которого я не помню. Кальяндаса препоручил мне его отец. Я редко встречал в Южной Африке человека, более готового к услугам и к беспрекословному повиновению, чем Кальяндас. К счастью, он был тогда еще не женат, и потому я не колеблясь возложил на него выполнение обязанностей, сопряженных с таким большим риском. Манеклал поступил ко мне на службу в Иоганнесбурге. Он также, насколько могу припомнить, не был тогда женат. Итак, я решил принести в жертву всех четырех — называйте их как хотите — служащих, товарищей по работе, сыновей. Мнение Кальяндаса не нужно было спрашивать. Остальные выразили согласие помогать, едва я к ним обратился. «Где вы, там будем и мы» — таков был их ответ.

У м-ра Ритча была большая семья. Он тоже хотел было присоединиться к нам, но я не разрешил ему. Совесть не позволила мне подвергнуть его такому риску. Поэтому он помогал нам, сам оставаясь вне опасной зоны.

То была страшная ночь, ночь непрерывного бдения и ухода за больными. Мне приходилось делать это и раньше, но никогда еще я не ухаживал за больными чумой. Д-р Годфри заразил нас своей отвагой. Уход за больными был необременителен. Давать им лекарства, заботиться об их нуждах, держать их и их койки в чистоте и порядке и ободрять их — вот все, что от нас требовалось.

Неутомимое усердие и бесстрашие, с которыми работали молодые люди, радовали меня чрезвычайно. Можно было понять смелость д-ра Годфри и такого много испытавшего в жизни человека, как Маданджит. Но какова была стойкость этих зеленых юнцов!

Помнится, в ту ночь ни один из больных не умер.

Это событие, хотя и весьма прискорбное, представляет собою захватывающий интерес, а для меня исполнено такой религиозной значимости, что я должен посвятить ему по меньшей мере еще две главы.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.



Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг:

Чума

Из книги автора

Чума Они жили теперь в красоте, как и мечтали. Зеленые и плодородные джунгли, голубое небо и чистая вода в источнике. Ручей приносил течением кроваво-красные цветы гибискуса, солнечные лучи, попадая на капли росы на ветках папоротника и листьях, превращали их в сверкающие


ЧУМА 23

Из книги автора

ЧУМА23 Сегодня с грустью обнаружил в Друри-Лейн два или три дома с красным крестом на дверях и надписью: «Боже, сжалься над нами», что явилось для меня зрелищем весьма печальным, ибо прежде я ничего подобного, если мне не изменяет память, не видывал. Тут же стал принюхиваться


XV Черная чума — 1

Из книги автора

XV Черная чума — 1 Когда право собственности на землю в поселке перешло к муниципалитету, индийцев выселили не сразу. Прежде чем изгнать жителей, необходимо было найти для них подходящее место, а так как муниципалитету сделать это было нелегко, индийцы вынуждены были


ЧУМА И ХОЛЕРА

Из книги автора

ЧУМА И ХОЛЕРА Борцы-шестидесятники, к самой негероической части которых я относил себя тогда, не только читали самиздатовские книжки и обсуждали на кухнях, доживет ли СССР до 1984 года, но и сильно выпивали. Причем часто — в изощренной форме. Химики и медики творили чудеса с


Холера («чума»)

Из книги автора

Холера («чума») Сентябрь 1830 года оказался волнительным не только в связи с поступлением Лермонтова в университет. «Чума» добралась и до Москвы. Сушкова пишет: «В конце сентября холера еще более свирепствовала в Москве; тут окончательно ее приняли за чуму или общее


Чума нашего века

Из книги автора

Чума нашего века Рак (злокачественная опухоль) — заболевание, характеризующееся появлением бесконтрольно делящихся клеток, способных к проникновению в прилежащие ткани и метастазированию в отдаленные органы. Злокачественные опухоли возникают в результате


Глава XIII Чума

Из книги автора

Глава XIII Чума «Я глубоко убежден, что только одно истинное знание в состоянии противодействовать панике, тому патологическому состоянию человеческого мозга, которое может повредить в некоторых случаях не меньше эпидемии». С. П. Боткин В станице Ветлянской Астраханской


4. «ПИР» И «ЧУМА»

Из книги автора

4. «ПИР» И «ЧУМА» То были годы, когда идеология и страх изменяли нормы и принципы человеческого поведения, когда единомыслие и единогласие представлялись высшими проявлениями свободы и совести, когда подлинная действительность воспринималась многими людьми в


Чума[31]

Из книги автора

Чума[31] Сегодня с грустью обнаружил в Друри-Лейн два или три дома с красным крестом на дверях и надписью: «Боже, сжалься над нами», что явилось для меня зрелищем весьма печальным, ибо прежде я ничего подобного, если мне не изменяет память, не видывал. Тут же стал


Глава 16 Любовь – чума

Из книги автора

Глава 16 Любовь – чума Оказавшись в Берлине после истории с отелем, я был вне себя от злости. Изадора осталась в Версале вместе с этой отвратительной лесбиянкой Дести! И хотя она говорила, что между ними ничего нет, я не мог в это поверить: я видел как в тот злополучный вечер


Чума 1770-1771 гг. в Москве

Из книги автора

Чума 1770-1771 гг. в Москве Одна из выдающихся заслуг Григория Орлова перед Отечеством и русской историей — избавление Москвы от чумы. Именно благодаря его мерам чума была остановлена и не допущена в столицу. Но сначала опишем события в Москве, приведшие к вмешательству князя


Крылатая чума

Из книги автора

Крылатая чума В Сан-Джеминиано при нас открыли палату при церкви, замурованную после одного из средневековых чумных бедствий. В прекрасно башенном городе ничто не напоминало больше о черной заразе. По вычислениям было известно, что чумная зараза уже иссякла и палату


КОРИЧНЕВАЯ ЧУМА В БЕРЛИНЕ

Из книги автора

КОРИЧНЕВАЯ ЧУМА В БЕРЛИНЕ И вот я снова в Берлине, в номере гостиницы «Центральная» у вокзала Фридрихштрассе. Здесь мне было позволено расположиться на три дня за счет министерства иностранных дел – так сказать, в качестве гостя господина фон Риббентропа. Прежде всего я


«КОРИЧНЕВАЯ ЧУМА»

Из книги автора

«КОРИЧНЕВАЯ ЧУМА» Поезд стремительно мчался из Мюнхена в Берлин. В этот зимний день было мало пассажиров. В вагонах просторно, уютно, тепло. В коридоре вагона третьего класса у окна стоял мужчина лет пятидесяти. Из кармана его пальто торчали газеты. Пассажир задумчиво