Луи и Полина Виардо – Тургеневу

Луи и Полина Виардо – Тургеневу

7(19) января 1848. Берлин.

Раз уж вы, мой дорогой друг, в столь хорошем рабочем настроении и намереваетесь завершить цикл рассказов о нравах русского народа, деревенских жителей, мне надобно предложить вам одну идею, которая могла бы послужить еще одной темой для нашей совместной работы.

C тем немногим, что я знаю о положении крепостных в России, с тем, что я видел, читал или слышал, я тоже подумывал о том, чтобы написать новеллу па русскую тему, и решил взять за основу, в качестве сюжета, один случай, слышанный мною от кого-то, может быть, от вас самого. Вот, в двух словах, о чем идет речь.

Некий крестьянин, глава семьи, старик (назовем его Иваном), выбран старостой своей деревни или старшиной кантона, вступив в соперничество с тем, кого назовем Дмитрием. У старика есть единственная дочь, в которой он души не чает и которую хочет выдать замуж за молодого человека из этих мест. Выборы и обручение. Приезжает помещик – он забирает девушку к себе. Разъяренный жених поднимает крестьян и подстрекает их спалить помещика в его имении за этот и другие недостойные поступки. Приготовления. Иван собирает их и, несмотря на отцовское горе, увещевает, взывая о милосердии по отношению к виновному или хотя бы об отсрочке. Затем он увещевает помещика, показывая ему низость и опасность его поведения. Последний насмехается над ним и, чтобы проучить своих крестьян, забирает другую девушку, предназначенную Дмитрию. Тогда Иван, побуждаемый, разумеется, не только желанием личной мести, но и общественного блага, идет и своей рукой убивает помещика и, освободив от него всю округу, сдается властям.

Вы с первого взгляда можете заметить, сколько местного колорита, описания нравов, обычаев, законов, системы управления, истории, обрядов и т. п. может вместить этот небольшой сюжет, словом, дать понятие о положении и жизни русских крестьян. Сюжет, как я полагаю, не подходит для России; но его следовало бы разработать и опубликовать на французском языке. Вы могли бы вставить в него все детали, которые рассыпаны уже в написанных вами рассказах, и сочинить настоящий и полноценный роман нравов. Я предлагаю вам участие не только при переводе, если вы напишете его по-русски, или при редактировании, если вы напишете его сразу по-французски, что вы можете сделать превосходно, но и в качестве ответственного издателя и официального автора, пока вам не станет удобным обнародовать свое авторство. Сейчас я держу в руках новую книгу (на немецком и французском языках) некоего барона Августа Гартхаузена, которая посвящена внутреннему устройству России, я могу сказать, что почерпнул исторические материалы для романа из нее, а также из Шницлера и других источников, да и своих воспоминаний. Я уже опубликовал в «Revue Independante» большую статью о крепостных в России. Так что я сниму с вас все подозрения.

Что вы на это скажете? Подумайте. Если сюжет вас устраивает, а я думаю, что он хорош при условии, что вы измените его по своему усмотрению, и если вы находите смысл в том, чтобы вставить в него все интересные детали из уже законченных вами рассказов, то скорее manos а la labor. C конца марта до конца апреля у нас будет месяц, чтобы поработать вместе, а потом у меня будет возможность выполнить уже собственно мою задачу за четыре месяца английского сплина.

Более ничего нового сообщить вам не могу, даже об охоте, что меня огорчает. Прощайте и до свидания.

Сердечно ваш Луи В.

Зачем же оставлять так много пустого места? Почему не заполнить его хотя бы только и простым приветствием для того, чтобы отплатить вам тем же за вашу маленькую приписку в письме матушки. Браво, Don Juan (по-испански), браво! вы работаете как одержимый, как пишет мне матушка. Это хорошо, это очень хорошо, раз ваши способности вам это позволяют. Воспользуйтесь благодатным дуновением, которое вам посылает Аполлон. У вас появился вкус к работе. Это лучшее, чем стоит заниматься в любой стране, в любом положении, особенно в вашем – положении богатого сынка, и особенно в Париже, где, по общему мнению, работать надо не покладая рук и т. д. и т. д. Трудитесь на поприще искусства, вы в этом никогда не раскаетесь и всегда останетесь молодым и открытым для всех радостей жизни и стойким ко всяческим невзгодам. Я тоже тружусь и, признаюсь, это является моим единственным развлечением, единственной радостью. Если это не цель моей жизни, то, по крайней мере, способ существования. Пишите. Прощайте.

Полина Виардо.

Куртавнель.

Понедельник, 29 апреля 1850.

Полдень

Добрый день, милостивая государыня. Guten Tag, theuerstcs Wesen[24].

Как вы себя чувствуете сейчас – в эту минуту? Вы только что встали (в Берлине одиннадцать часов) – слегка утомленная, но и, надеемся, очень довольная своим вчерашним триумфом.

Мы с Гуно[25] следовали вчера вечером за вами шаг за шагом. Мы говорили: «Сейчас она поет дуэттино»; «ах! теперь начинается «Ах, мой сын», и т. д. и т. д. По окончании оперы мы аплодировали и бросали цветы (это была ветка белой сирени). Надеюсь, что мы были не одиноки. C нетерпением ждем в четверг письма: в этот день Леже покажется нам прекрасней Аптиноя. Теперь, по крайней мере, никто не будет вас больше мучить, и Мейербер перестанет пить вашу кровь каплю за каплей. Итак, вам надлежит быть здоровой, очень счастливой, очень спокойной и очень веселой.

Вот уже три дня, как мы обосновались в Куртавнеле. Здесь – надо признаться – очень холодно – и если в Берлине ветер колюч, то на возвышенной равнине Бри он пронзителен. Однако мы довольны, что находимся здесь – и самый дом стряхивает с себя зимнее оцепенение, постепенно оживая. Пока никто из нас так и не взялся за дело. Третьего дня и вчера вечером Гуно немного поиграл нам – вот и все; но это еще впереди. Лодка спущена на воду, но пока отчаянно протекает – что делает ее мало пригодной для прогулок: надо подождать, пока дерево набухнет.

Портрет певицы Полины Виардо. Художник Петр Соколов. 1930 г.

Передайте Виардо, что я совершил большую экскурсию по окрестностям: отправился в Жарриель, оттуда в Водуа – из Водуа в Фонтен-Бернар и возвратился через Песи; дул такой ветер, что мог бы вырвать с корнем и дубы, а это очень неблагоприятно для охоты – и все же моя собака нашла 7 пар куропаток (так, как будто, называется их чета) – и 3-х перепелок; Султан обнаружил перепелку. Сиду давно пора уже возвратиться из Англии, потому что Султан определенно становится пожилым господином; это ветеран, который вскоре будет инвалидом. Прогулку эту третьего дня я совершил в одиночестве; вчера я отправился вместе с Гуно, и мы видели только двух куропаток и одного зайца – возле маленького виноградника.

Итак, я снова в гостеприимных стенах Куртавнеля, перед большим камином из серого мрамора. Я снова вижу бюст Тамбурини, так восхищавший Жана, и маленького, хромого и безухого вепря, а рядом большого коричневого пса с хвостом, свернутым колечком, – и ваш такой непохожий портрет работы Сантьеса, парный к портрету вашей матери… B каком я, 1850 или же 1849 году? Увы – в 1849 я и не помышлял еще о возвращении в Россию! (Только что мы, м-ль Берта, Гуно и я, показывали друг другу, сколько на каждом из нас одежек; таким образом, мы добрались до самой кожи, и м-ль Берта тоже – разумеется – на груди: каждый из нас даже предупреждал остальных о том, что дело дошло до кожи, дабы они успели пошире раскрыть глаза). Вероника готовит нам превосходные обеды, которые мы с жадностью поглощаем, а за утренним завтраком яростно спорим: парадоксальность моих доктрин вызывает негодование женской части нашего общества. По поводу доктрин; я читаю сейчас очень любопытное сочинение Вашингтона Ирвинга о Магомете: в характере этого необыкновенного человека весьма любопытно наблюдать смесь подлинного энтузиазма и хитрости, веры и ловкости. Ho я тоже скоро примусь за дело. Однако я замечаю, что мое письмо уподобляется плащу арлекина; поэтому предпочитаю продолжить его завтра. Сегодня же довольствуюсь тем, что как можно крепче жму вашу руку, желаю вам всего, что есть самого лучшего и прекрасного на свете – и уверяю вас в том, что ваши друзья верны вам – hasta la muerte[26] – как говорит Гойя.

Ваш И. T

N.B. Жан, прозванный Дианой де Пуатье или Прекрасной Джокондой, стал, наконец, Пьером или Перрико, Квазимодо из Бри. Какая удача! Ах! ну и грязно же в парке!!!

N.B. Посылаем вам сирени – как обещали.

N.B. Я уже подрался с маленьким петухом; Флора стала чем-то вроде белого, очень мохнатого, медведя. Кирасир потеет до седьмого неба (стиль Магомета). Говорят, что из-за него свертываются все сыры в окрестности: Бри становится Рокфором.

P.S. 2 часа – Гуно только что получил еще одно письмо от вас. Он очень рад. Мы с м-ль Кокотт благодарим вас за добрую память.

Среда, 21 июня 1850. Париж

Добрый день, моя дорогая и добрая госпожа Виардо. Да благословит вас Бог и да охранит каждое мгновение вашей жизни. Увы, да – я уезжаю во вторник. Двадцать четыре часа размышлений только укрепили меня в моем решении. Я обещал вам, что сегодня напишу более подробное письмо, но зачем? Вам достаточно будет знать, что отложить мой отъезд невозможно; как вы хорошо понимаете, я никогда не принял бы такого решения без очень веских причин. Я уезжаю – но с какой печалью в душе, с какой тяжестью на сердце!

Ну, не надо больше об этом думать, – и, однако, я не могу говорить ни о чем ином. Этим я смогу заняться и вернувшись в Россию, но здесь, сейчас, это для меня невозможно… Сегодня я написал доброму Гуно и всем обитателям Куртавнеля, того дорогого Куртавнеля, который кажется мне теперь прекраснейшим местом на земле и память о котором я сохраню, пока буду жив. Когда я вновь его увижу? Когда я вновь увижу вас? Надо надеяться – не слишком поздно.

Когда-то вы показывали мне арию, сочиненную в ранней молодости вашей сестрой на слова Метастазио: «Ессо il uni’iero istan te»[27]. Помню, что она поразила меня, словно печальное предчувствие. Вот уже несколько дней, как эти слова не выходят у меня из головы. Addio, addio[28]. И вот это слово addio пробуждает во мне другое воспоминание: во время карнавала 1840 года я находился в Риме. Я шел по маленькой, уединенной улице, как вдруг на пороге одного из домов увидел красивую девушку в одежде крестьянки из Альбано, которая держала за руку мужчину, закутанного в коричневый плащ, и, заливаясь слезами, говорила ему: «Addio, addio». Она произносила это таким проникновенным, таким чистым и в то же время таким грустным голосом, что звук его остался в моих ушах, и мне кажется, что я слышу его и сейчас. He знаю, зачем я все это вам рассказываю. Addio!

У нас с Гуно теперь по два ваших дагерротипа. Ha моем глаза смотрят, как живые. Я очень доволен, что он у меня есть…

A доброго Виардо целую в обе щеки. Диана не увидится с Сидом![29] Бедняжка, в России ей будет очень холодно, – так же, как и ее хозяину.

Вы ведь на меня не сердитесь, что я пишу вам такие короткие письма? Видите ли – я не желаю вас огорчать, а русская пословица гласит, что больше всего говорят о том, что болит. Завтра мы получим известия о вчерашнем представлении. Надеюсь, они будут превосходными. Я весь вечер думал о вас. Ho когда же я о вас не думаю?

Ах! дайте мне ваши руки, мои добрые друзья. Чтобы я мог пожать их крепко, очень крепко! Буду писать вам каждый день до самого отъезда и потом тоже…

Прощайте. Да хранит вас денно и нощно бог. Будьте счастливы, благословенны, веселы, довольны и здоровы. Я же остаюсь навсегда ваш

И. Тургенев.

P.S. Будьте счастливы – вот моя постоянная молитва.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.



Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Полина Виардо

Из книги Тургенев автора Лебедев Юрий Владимирович

Полина Виардо Когда в 1843 году Тургенев поступил на государственную службу, Варвара Петровна успокоилась за судьбу сына. Втайне она уж и невесту подыскала. Да и к поэтическим опытам Ивана стала относиться благосклонно. Впрочем, мать всегда достаточно ревниво следила за


I. Полина Виардо

Из книги Три женщины, три судьбы автора Чайковская Ирина Исааковна

I. Полина Виардо 1. Хронологическая канва Полина Гарсиа Виардо родилась 18 июля 1821 года в Париже в семье оперных певцов, покинувших Испанию. Ее отец Мануэль Гарсиа был прославленным тенором и преподавателем вокала, мать — Хоакина Ситчес обладала оперым сопрано, старшая


Луи и Полина Виардо – Тургеневу

Из книги Тургенев и Виардо. Я все еще люблю… автора Первушина Елена Владимировна

Луи и Полина Виардо – Тургеневу 7(19) января 1848. Берлин.Раз уж вы, мой дорогой друг, в столь хорошем рабочем настроении и намереваетесь завершить цикл рассказов о нравах русского народа, деревенских жителей, мне надобно предложить вам одну идею, которая могла бы послужить


Полина и Луи Виардо – Тургеневу

Из книги автора

Полина и Луи Виардо – Тургеневу Между 2(15) и 8 (20) июня 1850. Лондон.Дорогой добрый Тургенев!Я хотела сегодня много написать вам, но ваше письмо подкосило меня. Вы уезжаете? Это столь удручающее меня печальное известие, тем не менее, не совсем неожиданно. У нас с Луи закрались


Полина и Луи Виардо – Тургеневу

Из книги автора

Полина и Луи Виардо – Тургеневу 17, 19, 20, 21 июня (29 июня, 1, 2, 3 июля) 1850. ЛондонЛондон, 29 июня.Сегодня вы должны сесть на пароход, возлюбленный друг, и я молю Бога и всех ангелов быть к вам благосклонными. Раз уж решено, что они должны унести вас далеко от нас, пусть это произойдет


Полина и Луи Виардо – Тургеневу

Из книги автора

Полина и Луи Виардо – Тургеневу Куртавнель, вторник, 10 сентября.Большая гостиная, 11 ч.Здравствуйте, мой дорогой Тургенев. Как вы задерживаетесь с письмом! мы каждый день ждем прихода почтальона, и каждый день он оставляет нас алчущими и жаждущими. Может быть, сегодня? Небо


Полина Виардо – Тургеневу

Из книги автора

Полина Виардо – Тургеневу Воскресенье, 27 апреляПослушайте, мой добрый Тургенев, не моя вина в том, что я не написала вам раньше, а тех, кто беспрестанно пожирал все мое время с тех пор, как пошла «Сафо». Мы сыграли ее три раза кряду со все возрастающим успехом. B пятницу я


Полина Виардо – Тургеневу

Из книги автора

Полина Виардо – Тургеневу Начало августа 1862. Баден-Баден.Дорогой Тургенев, мы были очень счастливы, получив, наконец, весточку от вас. Каким образом она могла так долго находиться в пути? Две недели! Да ведь это ужасно! Утром 29-го числа Жюльена получила письмо от княгини


Полина Виардо – Тургеневу

Из книги автора

Полина Виардо – Тургеневу 17(29) марта 1868. Баден-Баден.Баден-Баден, 29 мартаМой дорогой Тургенев, пишу вам сегодня утром только затем, чтобы завтра, по вашем возвращении в Париж, вы смогли по-лучить известия о нас. Луи по-прежнему примерно в том же состоянии, день – сносно,


Полина Виардо – Тургеневу

Из книги автора

Полина Виардо – Тургеневу Эрбпринц, Веймар. 14 февраля 1869, 10 час. вечераНаконец-то я улучила свободную минуту, чтобы написать вам, мой дорогой Тургенев – я веду весьма напряженный образ жизни, уверяю вас. He буду пересказывать вам вчерашний день, уверена, что вам читали мое


Полина Виардо – Тургеневу

Из книги автора

Полина Виардо – Тургеневу 4(16) февраля 1869. Веймар Как благотворно подействовала на меня сегодня утром ваша телеграмма, мой добрый дорогой друг. Вчера я была очень обеспокоена и в то же время взволнована мыслью, что мое письмо, которого вы ожидали e нетерпением, потерялось.


Полина Виардо – Тургеневу

Из книги автора

Полина Виардо – Тургеневу Лондон, 29 марта 30, Девонширская площадьО, дорогой друг, спешите возвратиться! He оставайтесь ни часа дольше, чем будет совершенно необходимо. Умоляю вас, если у вас есть хоть малейшее чувство к нам! He надо ехать через Петербург или, по крайне мере,


Полина Виардо – Тургеневу

Из книги автора

Полина Виардо – Тургеневу 13(25) марта 1879. ПарижМой дорогой добрый Турглин, я только что получила ваше письмо с фотографией. Благодарю вас. Отвечаю на него, будучи уверенной, что оно еще застанет вас покойно расположившимся в Петербурге, где вы собираетесь пустить корни


Полина Виардо – Тургеневу

Из книги автора

Полина Виардо – Тургеневу Веймар, 1 мая, 3 часа«Marzo loco у abril lluvioso Sacan а mayo helado у nievoso»[117].Еще немного и мы увидим волков, небрежно прогуливающихся по улицам Веймара! Ho все это ничего не значит и не мешает мне считать, что я правильно сделала, приехав сюда с Луизой, и не мешает мне


Полина Виардо – Тургеневу

Из книги автора

Полина Виардо – Тургеневу 27 апреля (9 мая) 1881. ПарижБррр-ррр-ррр – еще несколько оборотов колеса, и вы прибудете в первый пункт вашего путешествия, самый приятный. Старый друг ждет вас на вокзале, вы по обычаю троекратно расцелуетесь и проведете весь день за беседой на лоне


Полина Виардо – Тургеневу

Из книги автора

Полина Виардо – Тургеневу 20 июля (1 августа) 1881. Буживаль.Понедельник, 1 августаВчера Луи отметил в 81 раз свое 31-е июля!Я только что закончила переписывать для вас «Вот зеркало мое», которое посылаю с этим письмом. Ах, если бы дама, предлагающая свое зеркало Венере, была так