Опять в городе П.32

Опять в городе П.32

(от 19 лет до 21 года, 1876–1878 гг.)

Вел с отцом переписку, был счастлив своими мечтами и никогда не жаловался. Все же отец видел, что такая жизнь в Москве должна изнурить меня и привести к гибели. Пригласили меня, под благовидным предлогом, в П.

Дома обрадовались, только изумились моей черноте. Очень просто — я съел весь свой жир.

В либеральной части общества отец пользовался уважением и имел много знакомых. Благодаря этому я получил частный урок. Я имел успех, и меня скоро засыпали этими уроками. Гимназисты распространяли про меня славу, будто я понятно объясняю алгебру. Никогда не торговался и не считал часов. Брал, что давали — от четвертака до рубля за час. Вспоминаю один урок по физике. За него платили щедро — по рублю. Ученик был очень способный. Когда в геометрии дошли до правильных многогранников, я великолепно склеил их все из картона, навязал на одну нитку и с этим крупным ожерельем отправился по городу на урок.

Когда мы в физике дошли до аэростатов, то я склеил из папиросной бумаги аршинный шар и пошел с ним к ученику. Летающий монгольфьер очаровал мальчика.

Только в П. я случайно узнал, что я близорук. Сидели мы с младшим братом на берегу реки и смотрели на пароход. Какой пароход — я прочесть не мог, брат же в очках прочел. Взял его очки и тоже прочел. С этих пор я носил очки с вогнутыми стеклами и до сих пор ношу, но читаю всегда и даже сейчас без очков, хотя книгу приходится теперь удалять. Редко прибегаю к большому двояковыпуклому стеклу или к лупе.

Д. И. Иванов. Александр Циолковский, средний сын К. Э. Циолковского. Гравюра. 1998 г. Из собрания ГМИК

Случилось, что оглобли очков оказались длинны. Я перевернул очки вверх ногами и так носил их. Все смеялись, но я пренебрегал насмешками. Вот черты моего позитивизма, независимости и пренебрежения к общественному мнению.

Раньше была некоторая хлыщеватость, и чем больше назад, тем ее было больше. Там, в Москве, я ходил зимой в пальто старшего брата, перешитом из теткиного бурнуса. Оно было мне велико, и я, чтобы скрыть это, носил его внакидку, несмотря на адский иногда холод. Пальто было из очень прочного драпа, хотя без подкладки и воротника. Но и его я скоро лишился: проходил однажды близ Апраксина рынка. Выскакивают молодцы и почти насильно ведут меня в магазин. Соблазнили: дали предрянное пальто, а мое взяли. Прибавил я еще рублей 10.

Также неудачна была моя покупка сапог на Сухаревке. Лишился старых и пришел домой в новых без подметок.

И в городе П. я было принялся за станки особого устройства и разные машины. Даже нанял особую для мастерской квартиру.

Между прочим, устроил нечто вроде водяных лыж, с высоким помостом, сложного устройства веслами и центробежным насосом. Переплыл благополучно речку. Думал получить большую скорость, но сделал грубую ошибку: у лыж была тупая корма, и потому большой скорости не получилось.

Простудился и захворал мой брат, на год моложе меня, с которым я был особенно близок с самого детства Зимы в П. холодные. У брата пропал аппетит, образовались язвы в кишках, и он помер33.

Товарищи-гимназисты его провожали. Я же отказался, говоря, что мертвому ничего не нужно. Этот поступок не был результатом холодности: я очень горевал. Потом я уже понял, что провожают мертвых ради родных и друзей.

Из публичной библиотеки таскал научные книги и журналы. Помню механику Вейсбаха34 и Брашмана35 ньютоновские «Принципы»36 и другие. Из журналов за все годы перечитал: «Современник», «Дело», «Отечественные записки». Влияние этих журналов на меня имело громадное. Так, читая статьи против табаку, всю жизнь не курил. К латинской кухне также возникло сомнение. Всю жизнь я болел, но не помню, чтобы лечился. Уже позже я понял великое будущее медицины. Гигиенические статьи производили глубокое впечатление. Отвращение к орфографии всех стран возникло тоже от чтения. Тогда же я был (из книг) очень напуган половыми болезнями, что очень способствовало моему целомудрию. Все же трудно было бы удержаться от соблазна, если бы не мое увлечение науками и планами великих достижений. Так, знакомый однажды повел меня в одно злачное место. Но было холодно, я прозяб в моем пальтишке на рыбьем меху и вернулся домой. Уроками я зарабатывал много, и не в деньгах было препятствие: как-то и судьба мне помогала, а может быть, и глухота.

Но все же я был страстен и постоянно влюблялся. В П. был один случай сверхплатонического чувства. Я полюбил семилетнюю дочку наших знакомых. Я мечтал о ней, мечтал даже о доме, где она жила, и с радостью проходил мимо этого дома. Более чистой любви трудно себе что-нибудь представить.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Глава тридцать пятая. Опять Бутырки. Опять трибунал

Из книги Хранить вечно автора Копелев Лев Зиновьевич

Глава тридцать пятая. Опять Бутырки. Опять трибунал После бани меня повели в новый спецкорпус. Бело-синие стены, синие металлические лестницы, синие «палубные» галереи с железными перилами и синие железные сетки между этажами. В большой каптерке выдали не только матрац и


В ГОРОДЕ

Из книги Морозные узоры: Стихотворения и письма автора Садовской Борис Александрович

В ГОРОДЕ В УЕЗДНОМ ГОРОДЕ Заборы, груды кирпича, Кривые улицы, домишки. И за собором каланча С уснувшим сторожем на вышке. Здесь сорок лет – что год один. Не знают люди перемены, Как рамки выцветших картин, Смиренно кроющие стены. А в поле, там где млеет ширь И рожь


В городе

Из книги Последняя осень [Стихотворения, письма, воспоминания современников] автора Рубцов Николай Михайлович

В городе Как часто, часто, словно птица, Душа тоскует по лесам! Но и не может с тем не слиться, Что человек воздвигнул сам! Холмы, покрытые асфальтом И яркой россыпью огней, Порой так шумно славят альты, Как будто нету их родней! * * * «Вредная, неверная, наверно…» Вредная,  


Глава IV. Первые реактивные… Как увеличить скорость самолета? Су-9 соткан из новшеств. Начало содружества. Странное явление. Опять «новоселье». Зачем самолету стреловидные крылья? Перед штурмом звукового барьера. «Без авиации не могу представить свою жизнь». КБ закрыто. Опять с Туполевым…

Из книги Генеральный конструктор Павел Сухой: (Страницы жизни) автора Кузьмина Лидия Михайловна

Глава IV. Первые реактивные… Как увеличить скорость самолета? Су-9 соткан из новшеств. Начало содружества. Странное явление. Опять «новоселье». Зачем самолету стреловидные крылья? Перед штурмом звукового барьера. «Без авиации не могу представить свою жизнь». КБ закрыто.


В освобожденном городе

Из книги Истребители танков автора Зюськин Владимир Константинович

В освобожденном городе Боевые товарищи Нежурина уже видели из окопов улицы Белгорода, а Василий трудился на кухне. Таков порядок. Прибывший из санчасти должен пройти своеобразный карантин.Вместе с белгородским парнем Семерниным он ходил за водой к колодцу и терял в нем


В городе

Из книги Айни автора Акобиров Юсуф

В городе Как и по всей Средней Азии, здания бухарских медресе были обычно двухэтажные или одноэтажные. Таковы медресе Бухары, Самарканда, Ташкента и многих других городов.«Вокруг этих зданий тянулись каменные площадки, дворы их мостились жженым кирпичом, поставленным на


В СОН-ГОРОДЕ

Из книги Жизнь такая, как надо: Повесть об Аркадии Гайдаре автора Малюгин Владимир Николаевич

В СОН-ГОРОДЕ Стояло лето 1912 года.После шумной нижегородской жизни Арзамас показался Голиковым особенно тихим. Пыль, жара, сонная истома.Правда, тишину время от времени нарушал колокольный звон. Колокола гудели и словно зазывали: «К н?ам, к н?ам?м, сиротам…» Много повидали


Первый бой в городе

Из книги В Сталинграде автора Павлов Яков Федотович

Первый бой в городе Начало Великой Отечественной войны застало меня недалеко от г. Ковеля, где стояла наша часть. О первых неравных боях с фашистскими захватчиками, о тяжелых днях отступления на Восток рассказывать долго. Начну с тех дней, когда я после реорганизации


В городе

Из книги Избранные произведения. Том 1 автора Иванов Всеволод Вячеславович

В городе XНа широких, плетенных из гаоляна цыновках лежали кучи камбалы, угрей, похожих на мокрые веревки, толстые пласты сазана и зубатки. В чешуе рыб отражалось небо. Плавники хранили еще нежные цвета моря — сапфирно-золотистые, яркожелтые и густооранжевые.Китайцы


В Ленинграде-городе…

Из книги Космонавт № 34. От лучины до пришельцев автора Гречко Георгий Михайлович

В Ленинграде-городе… Я из Ленинграда. Иногда спрашивают: а почему не Питер? Почему не Петербург? Просто была такая интеллектуальная столица, называлась Ленинград. А потом мы все чаще слышали про «бандитский Петербург». Так что я уж лучше останусь ленинградцем, каким и


Из дневника («Опять зима… Опять снега…»)

Из книги Нежнее неба. Собрание стихотворений автора Минаев Николай Николаевич

Из дневника («Опять зима… Опять снега…») Опять зима… Опять снега Укрыли землю белой шалью, Опять душа больна печалью И ночь томительно-долга. Трещит пылающий камин И сидя перед ним уныло, Я вспоминаю все, что было И почему теперь один. Вчера, еще до темноты, Ты собралась


54. «Опять тоска, опять сомненье…»

Из книги Упрямый классик. Собрание стихотворений(1889–1934) автора Шестаков Дмитрий Петрович

54. «Опять тоска, опять сомненье…» Опять тоска, опять сомненье: Да надо ль было столько слез, Чтоб над могилой упоенья Один лишь горький терн возрос. Чтоб из всего, что так манило И обещало столько нег, Один лишь стон погасшей силы Душе запомнился навек. 13 сентября


54. «Опять тоска, опять сомненье…»

Из книги Записки советского интеллектуала автора Рабинович Михаил Григорьевич

54. «Опять тоска, опять сомненье…» Опять тоска, опять сомненье: Да надо ль было столько слез, Чтоб над могилой упоенья Один лишь горький терн возрос. Чтоб из всего, что так манило И обещало столько нег, Один лишь стон погасшей силы Душе запомнился навек. 13 сентября


В «Старом городе»

Из книги Это Америка автора Голяховский Владимир

В «Старом городе» Началось с обычного. Ученый секретарь института сказал, что нужно ехать на совещание в комитет. Название комитета мало знакомо.— Да вы знаете этот дом. Он недалеко оттуда, где был наш институт, только не на Фрунзе, а на Калинина.И почему-то перед глазами


47. В городе теней

Из книги автора

47. В городе теней Рабочая жизнь в американских госпиталях начинается очень рано. Лиля вставала в 4:00 утра, наспех пила кофе и ехала в Бруклин. Дороги ранним утром еще пустынные, и она с удовольствием проезжала роскошный деловой район Манхэттена. Светились тысячи окон