ЛЕВ ИВАНОВИЧ ЯШИН (1929—1990)

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

ЛЕВ ИВАНОВИЧ ЯШИН

(1929—1990)

Выдающийся футболист бразилец Пеле как-то сказал: «Я глубоко ценю искусство этого великолепного мастера, которого считаю одним из лучших голкиперов нашего времени. Яшин вошел в историю мирового футбола не только как великолепный исполнитель, но и как неутомимый творец, как человек, создавший много нового в сложном вратарском искусстве».

Яшин был не просто великим вратарем. Сколько раз в зарубежных поездках можно было стать свидетелем стремления различных людей просто подойти, посмотреть на нашего вратаря. И глядя на то, как тянется к Льву Ивановичу худенькая ручонка маленького негритенка с листочком бумаги, обалдевшего от счастья и шепчущего: «Яхин, Яхин», «Ячин, Ячин», – нетрудно было понять, какую пользу для взаимопонимания народов всего мира приносят дружеские контакты и встречи советских футболистов во главе с Яшиным.

Лев Иванович Яшин родился 22 октября 1929 года в рабочей семье.

Как и многие мальчишки, Лева начал играть в футбол в раннем возрасте. В суровом военном 1943 году он поступил работать на один из подмосковных заводов в Тушино. Здесь Лева выучился, стал хорошим слесарем.

После смены с ватагой ребят Яшин спешил на стадион. Он хотел играть центральным нападающим, но первый его тренер – Н. Лариончиков был неумолим: «Будешь вратарем!» Но, в общем-то, тогда он особенного вратарского дарования не проявил.

Однажды, уже после службы в армии, Яшина заприметил тренер Аркадий Иванович Чернышев, тогда тренировавший и хоккеистов, и футболистов «Динамо». Когда в марте 1950 года команда мастеров «Динамо» отправилась на учебно-тренировочный сбор в Гагру, в ее состав был включен в качестве третьего вратаря, дублера Алексея Хомича и Вальтера Саная, и Яшин.

Дебютировал Яшин своеобразно. В товарищеском матче динамовского дубля со сталинградским «Трактором» он пропустил гол от чужого вратаря, столкнувшись с одним из своих защитников.

Не был триумфальным и первый матч на первенство страны со «Спартаком». Заменив Хомича на последних минутах, Яшин пропустил несложный мяч. Его упрятали в дубль всерьез и надолго. Спасал Яшина хоккей. Вот что он говорил:

«По настоянию Аркадия Ивановича и с его помощью я играл в хоккей до 1953 года. Да и заметные достижения пришли здесь ко мне куда раньше, чем в футболе. Я и мастером спорта сначала стал в хоккее, и медали мои за призовые места в чемпионатах страны – серебряная и бронзовая – хоккейные, и первый раз в жизни Кубок СССР выиграл в составе хоккейной, а не футбольной команды.

В 1954 году нашим мастерам шайбы предстояло впервые выступать в чемпионате мира. Началась тщательная подготовка к этому событию. Всесоюзная федерация обнародовала список кандидатов в главную команду страны. В нем значилась и моя фамилия. Не знаю, как сложилась бы моя хоккейная судьба дальше, но весной в Гагре после серии контрольных матчей начальник и старший тренер футбольной команды Михаил Васильевич Семичастный сказал:

– Ну, Лева, ты мне теперь нравишься. Будешь выступать за основной.

Надо было делать решительный выбор. Раз и навсегда. Я выбрал футбол».

За шесть лет, с 1954 по 1959 год, столичное «Динамо» четырежды становилось первой командой страны. В пяти чемпионатах вратарь московского «Динамо» Яшин (иногда его замещал Владимир Беляев) пропустил наименьшее количество мячей.

Всего Лев Яшин сыграл за свою клубную команду 326 матчей в чемпионатах СССР. В его наградной коллекции пять золотых медалей чемпионата страны, столько же раз он становился серебряным призером, один раз – бронзовым. Трижды делал круг почета с Кубком Советского Союза. Тринадцать раз Федерация футбола страны включала Яшина в списки 33 лучших футболистов по итогам сезонов.

В том же году Яшин впервые сыграл в главной команде страны. На этот раз дебют удался на славу. 8 октября 1954 года в Москве на динамовском стадионе была разгромлена сборная Швеции – 7:0.

Так Яшин прочно занял пост номер один на долгие тринадцать лет.

На Олимпийских играх 1956 года советские футболисты провели несколько матчей. И каждый из них был не из легких. И везде хорошо играл наш вратарь. Но в финале с югославами Яшин превзошел себя.

Погода основательно постаралась, чтобы усложнить и без того сложное положение советского вратаря – скользкое поле и скользкий мяч никогда не были союзниками голкипера. Но Яшин сыграл безупречно. Он достал несколько «неберущихся» мячей, но самое большое разочарование соперникам принесли его спокойствие, четкие выходы на перехваты мяча по всей штрафной площадке, умение оказаться всегда в нужном месте. Нападающие и полузащитники сборной Югославии не один раз в отчаянии хватались за голову, когда на их пути в очередной раз оказывался наш чудо-вратарь.

После триумфа на Олимпийских играх в Мельбурне советскую сборную ждали отборочные игры чемпионата мира. Успешно пройдя их, наши спортсмены отправились на первый свой мировой чемпионат. И здесь Яшин вновь заявил о себе как о вратаре высочайшего международного класса. В который раз он словно гипнотизировал сильнейших английских нападающих, отразил пенальти, выполненный лидером атак австрийской сборной Хансом Буцеком, и даже в проигранном матче с командой Бразилии он заслужил лестную оценку Пеле:

«Нужно сказать, что защитники советской команды несколько растерялись, действуя против таких "неуловимых", как Гарринча, Диди, Загало. В линии обороны то там, то здесь появлялись бреши. Но их в буквальном смысле этого слова закрывал своим телом ваш вратарь. Он все время был в движении, выскакивая на перехваты идущих то слева, то справа, то поверху, то понизу мячей. Он взмывал за ними в небо и доставал своими длинными, цепкими руками. Он, случалось, нырял за ними в густой частокол ног. Иными словами, от угла к углу штрафной площадки, от ограничивающей ее линии до лицевой и обратно, действовал своеобразный "чистильщик", срывающий все наши попытки создать напряженность в зоне ворот…»

В составе главной команды страны Лев Яшин принимал участие в двух розыгрышах Кубка Европы, который позже был преобразован в чемпионат континента.

В июле 1960 года советская сборная сначала в Марселе со счетом 3:0 обыграла сильную чехословацкую команду, а затем в Париже в финальном поединке в дополнительное время буквально вырвала победу у сборной Югославии.

Лондонский журнал «Уоркер спорт» писал: «Победа русской команды, значительная сама по себе, во многом определена выдающимся искусством и железной стойкостью ее вратаря».

После первого турне нашей сборной по странам Южной Америки в конце 1961 года одна из аргентинских газет дала свою оценку мастерству наших футболистов «М. Месхи – пятьдесят миллионов песо. С. Метревели – пятьдесят миллионов песо. Л. Яшин – без цены».

Через год, после чемпионата мира в Чили, когда некомпетентными людьми Яшин был объявлен едва ли не единственным виновником поражения на чемпионате, вратарь, которому предстояло блистать еще девять лет, едва не простился с футболом.

Максималист по своей натуре, Яшин спустя год после инспирированного вотума недоверия вышел на газон лондонского стадиона «Уэмбли» в составе сборной мира, да не просто вышел, чтобы присутствовать среди звезд мирового футбола в очередном «банкетном» матче, а показал игру, покорившую публику и специалистов.

После этой встречи журналисты, прорвавшиеся в перерыве в раздевалку англичан, писали о том, как обычно сдержанный и самоуверенный центрфорвард Джимми Гривс сбросил с себя футбольные доспехи, плюнул и в сердцах сказал тренеру: «Это наваждение, это какой-то дьявол в воротах, ему невозможно забить мяч!»

Яшин проводит блестящий сезон в составе московского «Динамо» в 1963 году – в 27 играх он пропустил всего шесть мячей! В тот год его «Динамо» вновь стало чемпионом.

Завершил счастливый 1963 год «Золотой мяч», ежегодно вручаемый лучшему футболисту Европы французским журналом «Франс футбол». Его главный редактор М. Юрбини писал: «Много я перевидел вратарей на своем веку, и Свифта, и Рамальетса, и Земана, и Грошича, и Жильмара, и Коста Перейру, и даже нашего Бернара. Но Лев Яшин превзошел всех их и продолжает их превосходить. Из этого вовсе не следует, будто я сжигаю то, чему поклонялся, ибо Яшин – это одновременно и Шейригес (которым еще восхищался мой дедушка), и Комби (фаворит моего отца), и Заморра, Планичка, Хиден, Дарьи, Виньал и многие, многие другие. Яшин – сверхвратарь, появившийся на свет, чтобы сыграть в нем исключительную роль как страж ворот. Яшин – это легендарная фигура. Это волшебная рука, одетая в перчатку. Это четвертый защитник. Это стратег во всех измерениях. Яшин – это, наконец, человек, чье присутствие обескураживает врагов и вдохновляет друзей».

Когда Яшину перевели слова французского журналиста, он засмеялся и сказал с иронией: «Не пойму, почему у меня только одна "волшебная рука", а где же вторая?.. – и вдруг замолчал, а после некоторого раздумья заметил: – Какое уж тут волшебство! Я просто стремлюсь хорошо делать свое дело…»

В 1964 году советская сборная стала второй на Кубке Европы. Еще через два года Яшин блистал на чемпионате мира в Англии. В Сандерленде, Ливерпуле и Лондоне (на знаменитом «Уэмбли») Яшин пропустил пять мячей. И ни в одном из них не был виноват. На чемпионате в Англии не определяли лучшего вратаря. Но на турнире присутствовали представители следующего, мексиканского, первенства. Они-то и установили приз лучшему голкиперу. Награда по праву досталась нашему соотечественнику.

Всего Лев Иванович защищал ворота главной команды страны в играх против национальных сборных 75 раз.

Вратарские приемы Яшина изучают по сей день. Он был настоящим новатором. Вначале «вышел из ворот», потом «покинул» вратарскую площадку, затем тесной для него стала площадка штрафная. Он стал руководить линией обороны, словно «либеро» – задний центральный защитник. Пожалуй, одним из первых Яшин начал вводить мяч на поле рукой. Высокая надежность Яшина объясняется полным отсутствием характерной для вратарей рисовки, стремлением отбить мяч или же поймать его максимально простым способом.

27 мая 1972 года в Лужниках состоялся прощальный матч Яшина в составе московского «Динамо» против сборной мира. И даже в этот день, когда Льву Ивановичу могли простить любую ошибку, он остался Яшиным, не позволив себе послаблений. И как ни старался лучший бомбардир мексиканского чемпионата Г. Мюллер поразить ворота «Динамо», ничего у него не вышло. «Неужели Лев Яшин расстается с футболом? Нет, это невозможно, мне не верится, он просто великолепен!» – сказал после матча западногерманский форвард.

Яшин из футбола не ушел. Работал начальником родного «Динамо», в спорткомитете. 27 июля 1985 года президент Международного Олимпийского комитета Х.А. Самаранч вручил Льву Яшину награду МОК – серебряный знак Олимпийского ордена.

До последних дней Яшин стремился вести активный образ жизни. Как говорит его жена, он был обычным человеком, веселым и общительным, любил посидеть в мужской компании, восхищался красивыми женщинами, но всегда оставался верен семье.

Была у Льва Ивановича еще и другая страсть, кроме футбола, – рыбалка. В его комнате на стене висела целая коллекция снастей.

Однако после инсульта о рыбалке пришлось забыть, стало ухудшаться зрение, что мешало больше всего. Из-за начинавшегося склероза и развившейся гангрены Яшину осенью 1984 года ампутировали ногу. Но даже болезни не могли сломить его дух. Он хотел знать все, что происходит в жизни, особенно в спорте, и при любой возможности выступал перед зрителями. Умер Лев Иванович Яшин 20 марта 1990 года.