20

20

Шпагин, получив премию за свое первое изобретение, снял небольшую квартирку и привез из деревни семью.

Ему только что исполнилось двадцать пять лет, а он уже снискал себе уважение и авторитет на заводе. Федоров, отметив в специальном приказе успехи Шпагина, назвал его слесарем-конструктором. И как-то само собой все стали называть его не Егором, а Георгием Семеновичем. Даже отец, который с детства звал его Егоркой, теперь, приезжая на побывку, важно именовал: Егорий!

Однако ранний успех не повлиял на Шпагина плохо, как это иногда бывает. Он остался таким же скромным, простым, приветливым парнем. Мечта стать изобретателем все сильнее и сильнее овладевала им, и, когда Федоров поручил ему сделать для шаровой установки гнездное устройство (крепление для двух спаренных автоматов), Шпагин горячо взялся за эту работу.

Искать, мастерить, создавать что-то новое сделалось для него постоянной потребностью. Он весь отдавался работе, забывая об отдыхе и сне, мог сутками не выходить из мастерской. При неудачах не унывал: работал упорно, со злостью. Эта черта в его характере нравилась Дегтяреву. «Шпагин не остановится на полпути», – думал он и поощрял творческие способности молодого изобретателя.

– Трудное дело легко не дается, Георгий Семенович. Нынче не вышло – завтра выйдет. Главное – не теряй надежды, старайся – и своего добьешься.

Шпагин старался. И хотя гнездное устройство давалось с трудом – выходило то громоздким, то слишком тяжелым, – он не успокоился до тех пор, пока не нашел простую и надежную конструкцию.

Федоров, осматривая новую работу Шпагина, сравнил ее с первоначальными приспособлениями:

– Смотрите, Георгий Семенович, ведь ничего похожего на первый макет…

– Старался, чтобы как можно лучше…

– Это замечательное качество. Никогда не удовлетворяйтесь легкой победой. Настоящее изобретение рождается в упорном труде, а упорство в вас есть и способности тоже. Вы можете стать хорошим конструктором.

После этого разговора, обрадованный новым успехом. Шпагин шел домой в приподнятом настроении. И вдруг кто-то закричал ему через улицу:

– Егорша, Егорша! Да остановись же, черт!

С крыльца магазина сбежал небольшой человеке кожанке, со связкой баранок.

– Антип? Откуда ты? Здорово, дружище!

Они обнялись.

– Вот еду на побывку домой… А ты что, в городе теперь?

– Да, работаю на заводе, в опытной мастерской.

– Значит, не погнушался моим советом?

– Нет. Спасибо, Антип Савельич.

Шпагин завел дорогого гостя домой, угостил, рассказал о своих успехах.

– Рад, Егор, за тебя, молодчина! А помнишь, как тебя мордовали в рекрутах?

– Припоминаю.

– А я ведь, чай, слышал, после нашей встречи попал на фронт, громил беляков.

– Как же, рассказывали…

– А после демобилизации взяли работать в ЧК – воюю с контрой.

– А мы вот для армии новое оружие создаем.

– Хорошее дело! Я и раньше верил в тебя, Егор. Парень ты башковитый и упрямый. Вали, действуй! Может, изобретателем будешь, новое оружие придумаешь. Чай, помнишь империалистическую? Немец нас из пулеметов, а мы в него из винтовок одиночными выстрелами. Я из-за этого чуть на тот свет не ушел. Эх, братец, как необходимо сейчас хорошее оружие для Красной Армии! Неровен час – опять на нас Антанта навалится… Так что ты, Егор, шевели мозгами, даром времени не теряй.