ПЕГГИ

ПЕГГИ

Пегги поступила в Радклиффский колледж осенью 1965 года, и ее студенческие годы совпали с наиболее интенсивным периодом студенческих протестов и подъема контркультуры. Хотя она быстро попала под чары Эбби и стала активной сторонницей ряда антивоенных организаций, свойственное самой Пегги мощное чувство социальной справедливости ставило перед ней вопросы о справедливости системы, которая наделила ее огромным богатством и возможностями, обрекая миллионы других на все ужасы нищеты.

Горячие проповеди Эбби повлияли на мышление Пегги по многим вопросам, однако она открыла для себя природу бедности, работая в Бразилии в середине 1960-х годов. Наши друзья Израиль и Лина Клабин пригласили Пегги посетить их в Рио-де-Жанейро летом, перед ее поступлением в колледж. Пегги приняла их приглашение, но только на условии, что во время своей поездки она займется «чем-то стоящим». Вскоре после приезда Пегги присоединилась к группе антропологов, которая изучала фавелы, или трущобные поселения в Рио-де-Жанейро. Найдя эту работу интересной, возвращалась туда в течение еще двух летних сезонов. Она стала бегло говорить по-португальски, и во время последнего визита в Бразилию поселилась в семье, живущей в фавеле. Случилось так, что в то лето я проезжал через Рио в связи с деловой поездкой «Чейз бэнк», и Пегги пригласила меня на трапезу с ней и с «ее семьей» в фавеле. У Пегги установились теплые отношения с семьей, в которой она жила и которая считала ее одной из собственных дочерей.

Пегги была ошеломлена той бедностью, которую увидела, и находилась в ярости из-за политических и экономических препятствий, которые не давали возможности для разумных перемен. Она считала, что капиталистическая система, которую я представлял, в значительной мере была причастна к этой проблеме. После окончания Радклиффского колледжа в 1969 году она поступила в Гарвардскую аспирантскую школу образования и получила степень бакалавра, а затем докторскую степень. Большую часть этого времени она также работала в качестве содиректора программы СТЭП для неимущих и входящих в группу риска детей в Арлингтонской средней школе в штате Массачусетс.

Пегги была страстной в своих усилиях реформировать мир и оказалась не в состоянии отделить свою семью и меня от того, что, как она считала, было неверным. В течение нескольких лет она держалась от нас на дистанции, и ее приезды домой, чтобы повидать нас, стали более редкими. К счастью, по мере того как шло время, между Пегги и мной вновь установились хорошие отношения. Мы работали вместе по многочисленным проектам в Нью-Йорке и много путешествовали вместе по всему миру.