Первые бои на территории Франции

Первые бои на территории Франции

С остатками своих войск Наполеон ушел за Рейн. Союзники обложили его со всех сторон. Они угрожали ему из Испании, Италии, Голландии и Дании. Но судьба Франции на заключительном этапе войны должна была решиться на направлении наступления Богемской (Главной), Силезской и Северной армий.

Во главе Богемской армии, при которой находилась главная квартира союзных монархов, по-прежнему стоял князь Шварценберг. У него под ружьем было 230 508 человек, в том числе 53 408 русских.

Силезской армией командовал фельдмаршал Блюхер. Он имел 92 514 человек, в том числе 53 583 русских.

В Северной армии шведского принца Бернадота числилось 90 237 человек, из которых 35 237 были русскими.

Иррегулярные войска, приписанные к русским корпусам союзных армий, насчитывали 47 полков; 26 из них сражались в Богемской армии, 5 — в Силезской и 16 — в Северной.

Командующим всеми русскими войсками считался генерал Барклай де Толли, но фактически под его началом состоял лишь резерв Богемской армии.

Какие силы противопоставил союзным армиям Наполеон, в точности неизвестно. А. И. Михайловский-Данилевский полагал, что они не превышали 120 тысяч человек. В это число он не включал войска, расположенные в Северной Италии, на границе с Испанией, а также гарнизоны крепостей, опоясывавших Францию с востока.

Итак, 120 тысяч французов против более 400 тысяч союзников. Казалось, первые заведомо были обречены. Но ведь во главе их стоял Наполеон.

Накануне вторжения во Францию Александр I обратился к русским войскам с приказом:

«Воины! Мужество и храбрость ваши привели вас от Оки на Рейн. Они ведут вас далее: мы переходим за оный, вступаем в пределы той земли, с которою ведем кровопролитную, жестокую войну. Мы уже спасли, прославили Отечество свое, возвратили Европе свободу ее и независимость. Остается увенчать великий подвиг сей желанным миром…

Воины! Я несомненно уверен, что вы кротким поведением своим в земле неприятельской столько же победите ее великодушием, сколько оружием… Довершите многотрудные подвиги свои сохранением приобретенной уже вами славы мужественного и добронравного народа…»

Главная армия союзников должна была форсировать Рейн в районе Базеля и таким образом обойти Вогезские и Арденнские горы, несколько рек и тройной ряд крепостей, прикрывавших Францию с востока.

В то же время войска Блюхера, вступив во Францию между Мангеймом и Кобленцом, должны были прикрывать движение Главной армии, отвлекая внимание неприятеля решительным наступлением на Шампань.

Что касается Северной армии, то к середине декабря 1813 года к вторжению во Францию были готовы всего три корпуса, в том числе часть русского под командованием генерала Винценгероде. Остальные войска принца Бернадота находились в Дании, Голландии, Голштинии и осаждали Гамбург, защищаемый маршалом Даву.

20 декабря (в Европе, жившей по новому стилю, это был первый день нового 1814 года) войска союзников в разных местах начали переправу через Рейн.

Утром русский царь и прусский король прибыли в Богемскую армию, сосредоточенную между Базелем и Страсбургом. «При переходе моста через Рейн, — отметил в своем дневнике капитан Александр Петрович Маслов, — каждый полк кричал «ура!». В пять часов вечера войска вступили в пределы Франции».

Оборону границы от Базеля до Страсбурга Наполеон возложил на маршала Виктора. Французы отступали, оказывая вялое сопротивление отрядами арьергарда. Первое серьезное столкновение между противниками произошло у города Эпиналя на правом берегу Мозеля.

25 декабря 1813 года корпус графа Матвея Ивановича Платова (в сущности отряд) в составе одиннадцати полков и роты донской конной артиллерии под командованием Петра Федоровича Тацина выступил из Даннемарка и двинулся на Эпиналь, куда накануне ушел его авангард во главе с князем Александром Федоровичем Щербатовым. 27 декабря генерал-майор Щербатов вошел в Эпиналь и на другой день выступил по дороге к Нанси, но у Шарма путь ему преградили четыре колонны неприятельской пехоты и пять эскадронов кавалерии. Для трех неукомплектованных казачьих полков — слишком много, чтобы бросать их в атаку. Князь отступил, оставив занятый город.

В полдень 28 декабря Платов соединился со своим авангардом и решил атаковать французов, занимавших Эпиналь. Но оказалось, что все склоны гор на подходе к городу с востока заняты неприятелем, а дорога во многих местах перекрыта засеками и завалена камнями. Это исключало использование кавалерии и артиллерии. Поэтому атаман отказался от мысли побить противника силами только своего корпуса и стал ожидать прибытия колонны вюртембергской пехоты под командованием принца Павла, следовавшего за ним от Рейна.

На следующий день Матвей Иванович встретился с принцем Павлом Вюртембергским. Договорились атаковать французов соединенными силами, но прежде решили провести разведку — «достоверно открыть неприятеля в Эпинале и вблизи оного на биваках находящегося… в каком он числе пехоты, кавалерии и сколько у него пушек». Союзников интересовало также, ожидается ли прибытие в город подкреплений.

30 декабря 1813 года войска принца Вюртембергского и казаки Платова пошли в наступление: первые — по большой дороге на Эпиналь, выбивая французов «из дефилейных мест», расчищая засеки и завалы; вторые — в обход города по лесным проселкам для нанесения ударов с левого и правого флангов. Бригаду же Петра Матвеевича Грекова в составе двух полков атаман послал вперед, чтобы отрезать неприятелю путь отступления на Шарм.

Обойдя Эпиналь, казаки обрушились на французов с флангов, сбили их с позиций и, несмотря на жесточайший артиллерийский огонь, повторяли атаки до тех пор, пока вюртембергцы не заняли город. Неприятель обратился в бегство. В погоню за ним пустились донские полки генерал-майоров П. С. Кайсарова, О. В. Иловайского и А. Ф. Щербатова. Бригада же П. М. Грекова, заранее ушедшая вперед, ударила с фронта. Вот как описал развитие событий М. И. Платов в рапорте на имя М. Б. Барклая де Толли:

«Стремительными ударами казачьих полков в голову колонны, с обоих флангов и с тыла, равно и действием из орудий донской конной артиллерии, неприятель был жестоко поражаем и ретировался с большими потерями… за реку Мозель до самого Шарма».

Потери французов действительно оказались большими. По утверждению Платова, «вся неприятельская кавалерия, составленная из Молодой гвардии, была истреблена совершенно», путь отступления неприятеля завален убитыми, оружием, солдатскими ранцами, брошенными повозками; в плен взято не менее 500 рядовых, генерал Руссо и более 30 офицеров. Казаки потеряли значительно меньше — всего 25 человек убитыми и ранеными.

В преследовании французов по дороге к Шарму больше других отличились казаки из бригады П. М. Грекова, за что атаман изъявил генерал-майору благодарность. Усилив его еще одним полком, он приказал гнать их дальше за город, «не жалея даже на сей случай ни людей, ни лошадей своих», но не подходить слишком близко к Нанси, в котором стоял неприятель в больших силах.

Утром 31 декабря казаки П. М. Грекова вытеснили французов из Шарма, но русский Новый год встретили уже в Нанси. 2 января 1814 года они прошли через Мерикур, оставленный неприятелем, напуганным поражением своих под Эпиналем, через два дня заняли Невшато, из которого по повелению фельдмаршала К. Ф. Шварценберга последовали на город Жуэнвиль, расположенный на правом берегу Марны.

Свои впечатления от первых дней пребывания во Франции Платов выразил в рапорте Барклаю де Толли:

«Во всех местах жители от войск наших покойны и сопротивления никакого не оказывают, охотно на биваки, где мы ночлег имеем, привозят провиант и для лошадей фураж и на обогревание казаков дрова — словом сказать, обходятся по-приятельски; все жалуются на свое правительство, бранят Наполеона и желают мира».

6 января партия донских казаков числом в 500 человек под командованием полковника Матвея Матвеевича Платова выступила из Невшато. На следующий день в город пришла колонна принца Павла Вюртембергского, после чего атаман с остальными полками своего корпуса двинулся вслед за сыном на Жуэнвиль и далее на Барсюр-Об, чтобы действовать по дороге на Париж.

Пройдя проселочными дорогами через Барсюр-Об и Арсис, корпус Платова подступил к форштадту Санса и после продолжительного боя заставил французов искать спасения за каменными стенами крепости. 19 января противник предпринял попытку сделать вылазку, но, встреченный огнем донской артиллерии, вынужден был вернуться назад. Кавалерия, высланная на помощь осажденным, также получила отпор. Зато прорвалась к своим пехота числом до 2 тысяч человек. А еще жители «по доброхотству» своему сообщили, что ночью ожидается большое подкрепление со стороны Орлеана. Атаман понял, что ему не справиться с такой силой. Переправившись через Ионн у Вильнев-ле-Руа, он «расположился при самом городе в ожидании неприятеля, посланного из Фонтенбло атаковать казаков».

21 января французская пехота и кавалерия атаковали корпус Платова на берегу Ионна, но огнем донской артиллерии и стремительным ударом в дротики были отброшены к Сансу. При этом казаки взяли в плен четырех офицеров, в том числе подполковника, и 80 рядовых.

В тот же день партия казаков из корпуса Платова отбила у неприятеля 448 пленных испанцев, в основном офицеров, и истребила более 200 конвоиров.

Оставим пока казаков Платова и вернемся на берега Рейна, чтобы проследить за действиями других армий союзников.

***

В ночь под Новый год по европейскому календарю (с 19 на 20 декабря по старому стилю) Г. Л. Блюхер писал одному из своих корреспондентов:

«С рассветом перехожу я через Рейн, но прежде хочу с моими сослуживцами смыть в этой гордой реке рабство, чтобы свободными германцами вступить в пределы великой нации, теперь присмиревшей. Мы возвратимся победителями, а не побежденными; Отечество встретит нас с благодарностью…»

Ф. В. Остен-Сакен с русским корпусом переправился через Рейн под Мангеймом, А. Ф. Ланжерон и Г. Д. Йорк — при Каубе, Э. Ф. Сен-При — у Кобленца. Неприятель едва успел сделать несколько выстрелов. Союзные войска Силезской армии встретили утро уже на территории Франции.

Совершив переправу, Блюхер разделил армию на две части: одну из них — корпуса Сен-При и Капцевича — под командованием Ланжерона он оставил пока для блокады Майнца и Касселя, а другую — войска Остен-Сакена и Олсуфьева — повел сам, тесня французов с маршалом Мармоном во главе к Мецу.

В авангарде корпуса Ф. В. Остен-Сакена шли пять донских полков под началом генерал-майора А. А. Карпова.

Отбросив неприятеля за реку Сару, Г. Л. Блюхер отправил за отступающим маршалом О. Ф. Мармоном корпус генерала Г. Д. Йорка, приказав ему наблюдать за Мецом и Люксембургом, а сам с русскими войсками Ф. В. Остен-Сакена и 3. Д. Олсуфьева пошел к Нанси, в котором М. И. Платов почти две недели назад встретил Новый год и, уходя по дороге на Мерикур, оставил казачью бригаду князя А. Ф. Щербатова. Это отнюдь не смутило прусского полководца. Войдя в город, он написал императору Александру I:

«Почитаю себя счастливым, повергая к стопам Вашего Величества ключи от Нанси, первого из занятых союзными войсками добрых городов старой Франции, имевшего право посылать мэра на коронацию французских монархов».

«Очень рад, — отвечал государь полководцу, — что именно Вам предоставлена была слава занять первый добрый город старой Франции. Быстротою Ваших движений приобрели Вы новые права на признательность союзных монархов. Вам известно всегдашнее великое участие мое в Ваших успехах, и мне приятно повторить Вам ныне изъявление моих чувствований».

Вот так: пришел, без боя вступил в город, взял ключи у мэра, переслал их русскому царю и в его глазах приобрел славу освободителя Нанси. О казаках — ни слова.

Установив связь с Богемской армией Шварценберга, Блюхер с корпусами Остен-Сакена и Олсуфьева двинулся на Бриенн, куда и прибыл 14 января. В авангарде у него шли донские казаки князя Щербатова, оставленные Платовым в Нанси.

В авангарде Северной армии наследного шведского принца Ж. Б. Бернадота шел русский корпус Ф. Ф. Винценгероде, а впереди него отдельный казачий отряд под командованием генерал-майора А. И. Чернышева в составе 16 полков. Он начал переправу лишь 1 января 1814 года. Столь продолжительная задержка была вызвана ледоходом на Рейне.

А. И. Чернышев долго убеждал Ф. Ф. Винценгероде в том, что необходимо немедленно переправиться через Рейн и выйти на одну линию с войсками других армий. Наконец добился своего. Под прикрытием корпусной артиллерии он дважды перевез через реку по 700 казаков и егерей, занял прибрежное селение Нейсе и двинулся в тот же день на Ахен, куда вскоре подошли и остальные полки отряда.

Генерал Ф. Ф. Винценгероде еще несколько дней простоял в Дюссельдорфе, после чего переправился через Рейн и потянулся за Чернышевым, казаки которого успели уже занять Люттих на берегу Мааса.

Командующий французскими войсками в Нидерландах Мезон, узнав о наступлении Чернышева, отправил против него отряд численностью в 4 тысячи человек во главе с генералом Кастексом и приказал ему вытеснить русских из Люттиха и удержать переправу через Маас.

Полковник К. X. Бенкендорф, командовавший бригадой в составе донских полков Т. Д. Грекова, И. И. Жирова и В. А. Сысоева, встретил французов у самых стен Люттиха. Завязался упорный бой. Спешенные казаки в течение трех часов сдерживали натиск численно более сильного противника, пока на помощь им не пришел А. И. Чернышев с остальной частью своего отряда. Атакованный с фронта и флангов неприятель отступил к Сен-Трону. После этого переправа через реку Маас, открывавшая путь для дальнейшего следования на Париж, осталась за русскими.

Из Люттиха А. И. Чернышев двинулся по большой дороге к Намюру и 17 января занял этот город. Скоро туда же подтянулся корпус Ф. Ф. Винценгероде, насчитывавший до 8 тысяч пехоты и 5 тысяч кавалерии, включая казаков. Остальные его войска под командованием графов М. С. Воронцова и П. А. Строганова находились с Северной армией Ж. Б. Бернадота в Голштинии.

***

Таким образом, войска союзников продвигались вперед, охватывая дугой Париж с северо-востока, востока и юго-востока. Французские маршалы, выполняя повеление Наполеона, отходили, направляясь на Шалон, изредка вступая в арьергардные бои с авангардами своих преследователей. Основные силы сторон на этом этапе войны в боях пока не участвовали.

13 января Наполеон покинул охваченный тревогой Париж, куда ему не суждено уже было вернуться. На следующий день он прибыл в Шалон и, не задерживаясь, устремился во главе 40-тысячной армии к Сен-Дизье, где находился небольшой конный отряд генерал-майора Ланского, оставленный фельдмаршалом Блюхером перед выступлением из Нанси на Бриенн.

Отбросив Ланского от Сен-Дизье, Наполеон двинулся на Бриенн, предполагая атаковать Блюхера с тыла. Фельдмаршал спешно подтянул к городу войска Остен-Сакена и Олсуфьева, а навстречу французам послал отряды Палена и Щербатова, под прикрытием которых предполагал отойти к Барсюр-Обу на соединение с Главной армией Шварценберга.

16 января противники столкнулись в нескольких верстах от Бриенна. Атаманский и Черноморский казачьи полки из бригады Щербатова, отступая, навели неприятеля на войска Олсуфьева. В то же время Пален, собрав до 6 тысяч конницы, обрушился на правом фланге на корпус маршала Виктора. Бой прекратился лишь к трем часам ночи. Обе стороны понесли большие потери — до 3 тысяч человек каждая.

Ночью Блюхер стал отходить к Трану, где соединился с Богемской армией Шварценберга и где 20 января произошел очередной бой на высотах у Ла-Ротьера. У Наполеона было не более 50 тысяч человек, у союзников — не менее 90 тысяч.

Погода стояла скверная: дул сильный северный ветер, и, по свидетельству уже известного нам капитана Александра Петровича Маслова, «беспрестанный снег и дождь сделали дороги непроходимыми». И все-таки бой загремел по всей линии фронта. «Армия неприятельская под командой самого императора Наполеона была совершенно поражена и, потеряв 73 орудия и до 2 тысяч пленных, ретировалась к Труа».

Общие потери французов составили 6 тысяч человек. Союзники положили на высотах у Ла-Ротьера 4600 своих воинов, из них до 3 тысяч русских.

Наполеон отступил за реку Об и потянулся к Труа на Сене. 21 января в Бриеннском замке состоялся совет союзного командования, на котором было решено двинуть войска на Париж по двум направлениям: Богемскую армию — долиной Сены, Силезскую — долиной Марны. Связь между ними приказали поддерживать корпусу Витгенштейна и отряду Сеславина.