В замке, но не в крепости Шлиссельбург

В замке, но не в крепости Шлиссельбург

Еще несколько слов о судьбе генерала Власова и его Первой дивизии. Мы помним, что Первая дивизия под командой генерал-майора Буняченко, вместе с чешскими повстанцами, приняла участие в Пражском восстании. Власов в это время находился в небольшом замке в деревне, в окрестностях Праги. Тем временем советские войска вступили в город, а Первая дивизия пыталась отступить на запад к американцам.

Первая встреча Власова с американцами имела место в Пильзене. В предположении, что дело идет о советском генерале, который со своей частью продвинулся слишком далеко на запад, американский генерал организовал для Власова торжественный прием. Правда, он был слегка удивлен увидеть советские войска в этом районе, который по договору был предоставлен американцам. Во время общего обеда трагическая неосведомленность американцев подтвердилась, и разговор шел только о скаковых лошадях и гончих собаках. И опять Власову пришлось услышать в последовавших потом переговорах, что за недостатком нужных полномочий никаких гарантий о невыдаче его частей Советам не может быть дано. Предпосылкой к сдаче в американский плен была капитуляция без всяких предварительных условий.

Власов поехал за своей дивизией, которая тем временем появилась вблизи Шлиссельбурга и 11 мая 1945 года сложила оружие, предполагая, что они интернированы американцами. Сам Власов и его штаб нашли убежище в замке Шлиссельбург. Поражающе действует это название, потому что недалеко от С.-Петербурга в России существовал тоже Шлиссельбург, крепость с казематами, в которых в царское время содержались под замком и засовом государственные преступники.

Власов все еще был окружен американцами. Американский комендант капитан Донахью не только открыто общался с ним, но был единственным американским офицером, о котором стало известно, что он готов был сделать все, чтобы спасти этих русских от их жестокой судьбы. Он с интересом слушал убедительные доводы Власова о мотивах его борьбы с большевизмом и обещал сделать все, что он был в силах, для Власова и его людей. Тот же Донахью распорядился передать по радио текст меморандума, который он через свое начальство отправил Высшему командованию. В этом меморандуме Власов ходатайствовал перед союзниками не выдавать их советчикам, что было равносильно смерти. Они, руководители русского Освободительного Движения, готовы отвечать перед интернациональным судом. Они — не наемники немцев, а члены собственной политической и военной организации. И этот последний призыв к разуму и пониманию остался неуслышанным.

Донахью сообщил Власову, что Высшее американское командование отказалось принять Первую дивизию в американский плен и перевести ее в будущую американскую зону. Он советовал распустить дивизию с тем, чтобы все в одиночку попытались перейти в занятый американцами район. После разговора с Власовым Буняченко в последний раз выступил перед дивизией и приказал: «Расходитесь!»

Так мы дошли до этого. Выдача бросала тени вперед. Освобожденные от присяги люди пытались каждый по-своему найти путь, чтобы избежать предназначенной им судьбы. Однако страх и отчаяние парализовали решимость. Многие застрелились в соседнем лесу, другие сдавались советчикам в надежде, что это не кончится так страшно. Для многих судьбой стали чехи. За нашу помощь в Праге они отплатили тем, что или убивали нас, или выдавали советчикам. Немногим удалось пробраться на запад через американские линии и местность, заполненную чешскими партизанами, и скрыться.

При этом происходили своеобразные случаи. Я знаю об одной группе солдат, которых должны были направить в лагерь военнопленных в соседний город и потом выдать. Американские солдаты-негры погрузили их в грузовик и с бешеной скоростью погнали по извилистым дорогам Богемского и Баварского лесов в направлении к этому городу. Они искали лагерь, но не нашли его и поехали назад. Остановились при въезде в город и приказали: «Все выходи!» Люди думали — сейчас они будут нас расстреливать. Но произошло нечто неожиданное. Негры вытащили коробки с сигаретами и раздали содержимое власовским солдатам. При этом они объяснили одному из пленных, который немного знал английский язык: «Теперь стойте здесь. Поднимайте руку, когда пройдет американская машина и говорите, что вы хотите, чтобы вас отвезли в лагерь военнопленных». После этого негры опять сели в грузовик и умчались в сознании, что они выполнили свой долг.

Эта группа, конечно, не стала ждать американской машины, а исчезла в направлении на запад. Такие люди, в конце концов, попадали в лагерь перемещенных лиц (ДиПи), где они после переодевания фигурировали как насильно вывезенные «остарбейтеры». Свою нашивку РОА они уже давно раньше сорвали. Но многие, которым даже удалось перейти в американскую зону, были потом выданы Советам.