Ужин с Линчем

Я предложил Линчу поужинать. Он признался, что последний раз ел вчера и сейчас очень голоден.

Мы спустились в кают-компанию. За ужином Линч рассказал, что всю жизнь прожил на Гавайях. «Нину Роуз» он купил 25 лет назад и почти всю жизнь ловил на ней рыбу. Потом Линч спросил, видел ли я по «Дискавери» документальный фильм про краболовов? Я ответил, что видел. В этом фильме рыбаки в очень экстремальных условиях работают в северных морях.

Линч сказал, что это кино про них. Каждый сезон они ловили крабов в Баренцевом море на «Нине Роуз», точно как в этом фильме.

А сегодня утром, когда они проснулись, то обнаружили, что машинное отделение залито водой. Корпус прогнил возле пропеллера. Они полдня пытались починить, но ничего не получилось. Хорошо, что сейчас лето и вода теплая.

Еще он рассказал, что молодой парень, похожий на японского студента, – не моряк. Он из рыбнадзора. На каждом американском рыболовном судне есть такой бездельник, который ничего не делает, а только сидит в своей каюте, читает книги и играет в компьютерные игры. Линч должен ему платить за это 200$ в день. Таковы правила.

Как только Линч получит страховку за «Нину Роуз» – немного добавит и купит рыболовное судно новее и снова будет ловить рыбу.

– Шо, опять? – чуть не вырвалась у меня фраза из «Жил был пес».

«Какую рыбу? – думаю я про себя. – Кто вообще выпустил вас в море на таком старом корыте? Почему инспекторы портконтроля нас на новых судах выворачивают наизнанку, а рыбаков не трогают?» За ним самолет летал 1000 км туда и 1000 обратно. А теперь огромный контейнеровоз катает его по океану. Только за эти деньги уже можно было купить новое рыболовное судно.

Но, с другой стороны, молодец мужик. Плавает по океану на такой маленькой посудине. Ведь это не я настоящий моряк, а он! У нас огромные каюты, спортзалы, бассейны на судне. А у них что? Страшно представить. Вот и сейчас он не испугался, не сломался. Спокойная старость – это не для него. А пробоина могла у каждого случиться. Даже на новом судне мог лопнуть или прогнить сварной шов, или еще что-то подобное. Для того и существуют страховые компании, чтобы это компенсировать. В общем, чувства у меня были противоречивые. Какое из них правильное? Не знаю. Наверное, оба.

После ужина мы пошли на палубу проверить их плот. Мои матросы его уже подкачали, оставив камеры крыши полуспущенными, чтобы рыбаки опять могли разместиться прямо на крыше. Громозека и другие рыбаки возились возле плота со своими вещами. Они опять всё паковали в плотные мусорные пакеты и обматывали их скотчем.

Солнце уже клонилось к горизонту. Вечерело. До «Пасифика» оставался час ходу, и я поднялся на мостик.

Сейчас мы шли прямо на заходящее солнце. Картина хоть и красивая, но тревожная. Солнце светит прямо в лицо. От солнцезащитных штор толку мало. Зрачки сузились, и на поверхности моря почти ничего не видно. Погода ухудшалась прямо на глазах, ветер усиливался. В двенадцати милях от нас на радаре появилась четкая цель.

Начинаю вызывать их по УКВ:

– «Пасифик», «Пасифик», это контейнеровоз. Прием…

– Контейнеровоз, это «Пасифик». Прием.

– Добрый вечер. Через полчаса остановлюсь возле вас. Через час будьте готовы принять 6 пассажиров. Прием.

– Контейнеровоз, это «Пасифик». Через час будет темно. Погода ухудшается. Мы не можем принимать людей в таких условиях. Это небезопасно. Прием.

«Не понял, как не можете?» – подумал я. И что мне с ними делать? Линч как раз тоже поднялся на мостик и слушал наш разговор. Он понимал, что я не буду ждать до утра. У Линча опять появились все шансы уехать с нами в Китай.

Линч попросил у меня трубку УКВ.

– Кто у аппарата? – спросил Линч.

– Это Джерри Смитт.

– Привет, Джерри, это Линч.

– Привет, Линч. Я слышал, что «Нина Роуз» утонула. Очень жаль. Все целы? Что у вас там случилось?

– Прогнила дейдвудная труба, набрали воду в машину и утонули. Мы все в порядке. Джерри, если ты нас сейчас не заберешь, то нам придется уехать на контейнеровозе в Китай. Так что не валяй дурака. Погода не такая уж плохая. Подойдешь с подветренной стороны и подберешь наш плот.

Тут я подумал, что Линч прав. Для ребят, которые в Баренцевом море зимой ловят крабов, эта высадка вообще должна быть плевым делом. Потому что то, что показывали по «Дискавери» – это просто ад.

Тем временем до «Пасифика» оставалось миль пять. Главный двигатель уже был в режиме средний вперед. Солнце только что скрылось за горизонтом. Похоже, рыбаки действительно будут высаживаться ночью. В этих широтах темнеет не так как у нас. Тут солнце садится за горизонт не по наклонной линии, а прямо сверху вниз. Как только оно опустится на 7 градусов ниже горизонта, настанет ночь.

– Ладно, Линч. Сделаем, как ты говоришь. Но смотрите, будьте осторожны. Погода портится.

– Спасибо, Джерри. Скоро увидимся. Конец связи.

– Конец связи.

До «Пасифика» уже рукой подать. Я остановил двигатель, но «Веллингтон» по инерции всё еще движется вперед со скоростью 10 узлов. Телеграф на «малый назад». Пуск двигателя, набираем обороты назад. Наш винт начал толкать тонны воды под корпус, выбрасывая в стороны огромные буруны и останавливая наше судно. Средний назад. Появилась вибрация. Скорость 6 узлов, 5 узлов.

Старпом докладывает снизу, что все готово. Плот готов к спуску с левого борта. Наш экипаж стоит по местам. 5 рыбаков с вещами возле него. Нет только капитана.

Я сказал Линчу, что ему пора. Он поблагодарил меня и экипаж за их спасение. Мы пожали друг другу руки, и он ушел с мостика вниз.

Скорость 1 узел. Самый малый назад. Скорость 0 узлов – стоп машина. Мы остановились прямо напротив «Пасифика». Ветер дул справа. «Пасифик» дрейфовал слева в двух кабельтовых от нас. Это был рыболов совершенно другого класса: большой, новый, красивый, с огромным количеством прожекторов. На надстройке огромным шрифтом была нанесена надпись WCZ2349. На его палубе стояли несколько человек и смотрели на нас. А мы на них.

– «Пасифик», я контейнеровоз. Начинаем высадку. Прием.

– Принято. Начинайте. Мы готовы.

Я включил все палубное освещение, перевел управление двигателем и рулем на левое крыло мостика. С крыла я мог видеть всю картину, как с вертолета. Теперь «Пасифик» стоял параллельно к нам всего в двухстах метрах. Плот уже был на воде. Веревка натянута от плота в нос и наш матрос этой веревкой удерживает плот прямо под трапом. Значит, как обычно, течение будет сносить плот в корму. Главное, чтобы они, когда отвяжутся, начали сразу грести веслами от нас. Иначе, их затянет под подзор кормы.

Вот рыбаки по одному спускаются в плот. Закидывают вещи. Я наблюдаю прямо сверху и не могу видеть, как их качает вверх-вниз на волнах. Но могу себе представить, потому что сейчас зыбь сильней, чем утром. И еще потому, что теперь наша корма регулярно шлепается об воду, выбрасывая тонны брызг во все стороны. Сила удара настолько сильная, что наше судно после каждого удара трясется как вагон поезда, когда проезжает через стрелки на рельсах.

В то же время я вижу, что «Пасифик» тоже к нам приблизился. Расстояние уже метров 70. Вот хорошо, думаю, сейчас рыбаки отцепятся и быстро подгребут к «Пасифику», пока я их закрываю от ветра. Если нас и дальше будет сдувать к «Пасифику», то мне придется уйти вперед, или назад. Всё зависит от ситуации. Таков был мой план. Но в реальности всё пошло совсем по-другому.