ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ. ДЕСЯТЬ ЛЕТ СПУСТЯ

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ. ДЕСЯТЬ ЛЕТ СПУСТЯ

Блажен, кто понял голос строгий

Необходимости земной,

Кто в жизни шел большой дорогой

Большой дорогой столбовой, —

Кто цель имел и к ней стремился

Кто знал зачем он в свет явился

И Богу душу передал,

Как откупщик иль генерал.

А.С. Пушкин. «Евгений Онегин». Ранняя редакция

Студенческие годы пролетели, как один миг. Наступило время работы над дипломным проектом. К этому времени будучи женатым над дипломом работал в доме своей жены.

На нашем курсе было к тому времени более ста человек. В начале повествования указывалась численность 220 человек. Наш факультет был разделен на 2 и, часть студентов оказалась на другом факультете.

Закончив работу над дипломным проектом первым, защищал его также самым первым 9 февраля 1955 года. Получил отлично.

В советское время существовала система распределения выпускников ВУЗов. Предприятия присылали заявки на молодых специалистов. Каждый выпускник, направленный по распределению, должен был отработать там не менее трех лет. По истечении этого срока специалист становился вольной птицей и имел право сменить место работы.

Список заявок был вывешен на стене в той аудитории, в которой заседала комиссия по распределению молодых специалистов.

На нашем курсе обучался сын крупного украинского руководителя, Дима Проценко.. Когда на наш выпуск пришло распределение, то для него было выделено особое место на одной киевской электростанции. Отец постарался.

Каждый имел право выбрать из списка заявок то, что ему нравится. Был установлен порядок, по которому отличники свой выбор делали первыми. Мне, как отличнику, было предоставлено право первым выбрать место своей будущей работы. У меня была предварительная договоренность с кадровиком одного московского академического института. И в списке заявок на специалистов было наименование этого института, который и был мною выбран

Выхожу из аудитории, в которой шло распределение специалистов, ко мне подбегает этот Дима и тревожным голосом спрашивает меня, не выбрал ли эту киевскую электростанцию и, очень обрадовался, услышав мой отрицательный ответ.

О судьбе этого сокурсника остановлюсь более подробно. Учился он посредственно в результате чего в списке на выбор места работы был ближе к концу.его,. но тем не менее ему досталась эта киевская электростанция

Продвигался по служебной лестнице он семимильными шагами и уже через пять лет был директором крупнейшей электростанции страны. Директор работа нервная, ответственная и в скором времени Дима оказался на работе в ЦК КПСС. Такое наименование получила ВКП(б)..Он там был инструктором, Его папа опять постарался.

Молодые читатели могут и не знать, что означает аббревиатура ЦК КПСС Разъясняю: Центральный Комитет Коммунистической партии Советского Союза — руководящий орган, которому беспрекословно подчинялись все органы государственной власти и управления страны. Генеральный секретарь этого ЦК был властителем страны с неограниченными правами.

Все, что происходило в стране, средства массовой информации объясняли «заботой родной коммунистической партии» На эту тему в народе ходили издевательские короткие стишки. Например.

Прошла зима, настало лето

Спасибо партии за это!

Когда праздники и выходные следовали одно за другим, то появлялся указ об объявлении выходного дня — рабочим. Обычно этот указ начинался словами: — «Идя навстречу пожеланиям трудящихся…» Так однажды, когда рядом с праздничными днями 1 и 2 мая оказалось воскресенье. Его объявили рабочим днем. Остряки тут же сочинили.

Спасибо партии родной

За доброту и ласку

У нас отняли выходной,

Но сохранили пасху…

Власть генсека была существенно выше власти Российских императоров. Приведу примеры. Ни один император не передавал части территории страны другим государствам. А генсеки делали это многократно и не только необоснованно, но и с нарушением законов, существовавших в то время. Так автономная республика Крым, входивший в состав РСФСР, был передан Украине «В связи с трехсотлетием воссоединения России и Украины». Кстати, такая передача могла состояться только по решению Президиума Верховного Совета России, но его никто не собирал. Предполагаю, что читателям незнакома аббревиатура: РСФСР. Это расшифровывается так: Российская Советская Федеративная Социалистическая Республика.

Часть территории Тувы была передана Монголии, так как там родился тогдашний руководитель этого государства. Не буду перечислять многие головотяпские действия тогдашних генсеков. Это не является целью повествования..

Итак, меня по распределению направили в московский научно — исследовательский институт на должность младшего научного сотрудника. Как показывает само название должности оклад тоже был более, чем скромным.

На новом месте мне удалось довольно быстро вписаться в жизнь коллектива и обзавестись друзьями. Некоторые из них имели ученую степень кандидат наук.

Не нужно иметь семь пядей во лбу, чтобы понять, что быть специалистом хорошо, но быть кандидатом наук лучше. Во всех отношениях. Как у Гоголя в «Ревизоре» была «приятная дама» и «дама приятная во всех отношениях»

Ученая степень «кандидат наук» давала возможность занять должность старшего научного сотрудника. Оклад в этом случае повышался в три раза. Да и статус становился существенно более высоким.

Естественно, карьеристские замашки мне были не чужды. Сразу же удалось узнать, как получить эту ученую степень. Для этого нужно было проделать две операции. Первое: надо сдать четыре экзамена кандидатского минимума: философию, иностранный язык, базовую дисциплину по специальности и дисциплину по узкой специализации, в которой работает соискатель ученой степени. Эти экзамены надо сдать в течение трех лет. Если соискатель не уложится в этот срок, то ему экзамены придется сдавать заново.

Вторая операция была более сложной: надо написать и защитить кандидатскую диссертацию.

Не стал откладывать эти две операции в долгий ящик и с сентября 1955 года включился в изучение философии в группе аспирантов. Весной следующего года успешно сдал экзамен кандидатского минимум по философии.

С изучением английского языка возникли трудности. Аспирантские группы по изучению языка состояли из трех человек. В такую группу принимали только лиц, поступивших в аспирантуру очную или заочную. По этой причине меня отказались включить в такую группу Но выход нашелся. Увидев, что в одной группе только два человека, пришел на занятия и на вопрос. являюсь ли я аспирантом ответил утвердительно. Через какое — то время обман открылся, но в группе остался.

Руководителем нашей учебной группы была весьма пожилая женщина Мои сослуживцы, узнав, кто руководит группой, сообщили мне, что если к концу обучения смогу стоять на ногах, то сдам экзамен на отлично. Только не всем это удается.

Эта преподавательница задавала на дом невероятно объемистые задания. Требовалось сделать перевод 100 — 150 страниц. Занятия проводились 2 раза в неделю. Это означает, что за неделю нужно перевести 200-300 страниц текста. Выполнения домашних заданий строго контролировалось. Чтобы выполнить эту работу приходилось трудиться над текстами днем и ночью. Один из обучавшихся в группе, как говорится, сошел с дистанции и, признался, что не в силах справиться с такой нагрузкой

Весной мы, двое оставшиеся в живых, сдали экзамен на отлично. На экзамене нужно было в течение 60 минут письменно перевести текст из 1000 знаков. Словарем пользоваться можно , но, если открывать его более двух раз, то наверняка не уложишься в отведенное для перевода время. Мне удалось выполнить работу за 50 минут и сделать перевод без единой ошибки. Естественно моя оценка была отлично.

Одновременно велись научные работы. В конце каждого года требовалось сдавать отчет по работе. О результатах работы делался доклад на семинаре лаборатории.

Научно — исследовательские работы, которые мне приходилось выполнять по плану, потом были включены в мою диссертацию.

Во время работы в НИИ меня избрали заместителем секретаря партийной организации лаборатории. В это время произошло событие, которое отразилось на жизни многих людей.

Расскажу подробнее.

В институт прибыла комиссия ЦК КПСС во главе с заведующим одного из секторов отдела промышленности. В партийном бюро собрали секретарей парторганизаций лабораторий, среди которых был и автор этих строк, так как наш секретарь был в отпуске.

Зав сектором ЦК КПСС попросил секретарей партийных организаций высказаться по вопросу о состоянии дел в институте. Все выступавшие говорили общие фразы и, обсуждение шло, как говорится, ни валко, ни шатко.

Когда очередь дошла до меня, как будто с цепи сорвался. Рассказал, что на заседания Ученого Совета мы ходим, как на посещение зверинца. Лаются между собой академики спасу нет.

Но это бы еще ничего. Рассказал о настроениях рабочих. Вот мой рассказ. Помню его дословно, но привожу с некоторыми сокращениями..

— Прихожу в мастерскую, а рабочие митингуют. Увидев меня, замолчали. Говорю, что, если мешаю, то могу уйти. Один из рабочих сказал: — «Продолжай, Жора, этот свой не выдаст!» Сажусь на какой то чурбачок. Слушаю, о чем митингуют рабочие. Обсуждался жилищный вопрос. Не задолго до этого секретарь партийной организации института, доктор наук, только что получил квартиру. Митингующий рабочий сказал, что секретарь — начальник и поэтому получил квартиру. Он же рабочий родился в подвале, всю жизнь живет в подвале, и, видимо, умрет в этом подвале. «Потому, что я рабочий!» После этих слов рабочего у меня с ним состоялся такой разговор:

— В котором часу Вы ложитесь спать? — спрашиваю рабочего.

— А это какая передача по телевизору! Если интересная, то сидим до конца, а, если какая нибудь мура, то часов в 10 на боковую, — ответил мне рабочий.

— А вот секретарь парторганизации в 10 вечера только выходит с работы!

— Так он за это получает!

— Ничего не получает, а даже лишается некоторых заработков, которые получил бы, не будь секретарем. Он доктор наук, а ученых такого высокого ранга все время просят оппонировать, рецензировать, редактировать и прочее, разумеется, за плату. Будучи занятым партийной работой, он отказывается от этих заработков..

Вижу, что председатель комиссии лихорадочно записывает мои слова. Мне было ясно, что эта информация будет доведена до самых верхов и последует незамедлительная реакция. Мое выступление перед комиссией, было более красочным и эмоциональным..

В том, что последует реакция со стороны руководства страны, не ошибся, так как сразу же развернулось интенсивное жилищное строительство.

Еще один вопрос я поставил перед руководством. Дело в том, что крупные ученые ( академики и члены — корреспонденты Академии наук СССР) занимали должности сразу в нескольких НИИ или ВУЗах. Это приводило к тому, что они фактически не работали нигде.

Заведующий нашей лабораторией состоял в штате сразу шести организаций. Это мое высказывание тоже было записано председателем комиссии и в скором времени было принято правительственное постановление о том, что ученый может, кроме основной работы, работать на полставки в другой организации и обязательно только в одной.

Позднее появилось сообщение, что тогдашний Ученый Секретарь Академии Наук состоял в штате 114 организаций, причем в тридцати он получал зарплату.

Когда зашла речь о директоре нашего института и, председатель попросил меня высказаться по этому вопросу, назвал фамилию одного члена — корреспондента, работавшего в нашем институте. В скором времени он был назначен нашим директором.

Читатель, наверное, подумает, что автор этих строк переоценивает свою роль в событиях, происходивших в то время, Не буду спорить, но последовательность событий изложена совершенно точно. Вполне возможно, что руководители страны при принятии перечисленных решений, ориентировались и на другие сигналы с мест.

Не могу обойти молчанием еще одно событие, происшедшее в то время, по двум причинам. Автор этих строк был участником этого события, а изложение вопроса покажет читателю обстановку, царившую в стране в то время.

В 1955 году началось освобождение политических заключенных 1937 года. В те годы действовала такая установка: —"Или десять лет, или на тот свет!" Десять лет — это был максимальный срок заключения. Если преступление было более тяжким, то следовал расстрел.

В соответствии с этим порядком лица, арестованные в 1937 году, должны были получить свободу в 1947. Но их продержали в заключении 18 лет. Вероятно, правители боялись освободить их по истечении 10 летнего срока. Такое попрание существовавших законов было самым обычным явлением, так как называлось «революционной необходимостью.»

Люди, после восемнадцатилетней отсидки, преодолевшие невероятные лишения и издевательства тюремщиков, искали и, в ряде случаев, находили виновных в своих злоключениях Это не обошло место моей работы. Читатель догадывается, что называть фамилии фигурантов этих событий нельзя.

В нашу партийную организацию поступило заявление от освободившихся жителей одной закавказской республики, Оказалось, что сотрудник нашего института, назовем его ММ, имел непосредственное отношение к их осуждению.

Для расследования этого дела секретарь нашей партийной организации выехал в служебную командировку в эту закавказскую республику. После его возвращения было проведено закрытое партийное собрание по этому вопросу. Для тех, кто не знает, что такое «закрытое» партийное собрание поясняю. На закрытом собрании могли присутствовать только коммунисты, в отличие от открытых собраний, на которые допускались и беспартийные Правда случаев, чтобы беспартийные ходили на собрания не припоминаю..

На собрании секретарь парторганизации рассказал, что был допущен к самым секретным материалам по сути вопроса. Из его доклада следовало, что ММ виноват в вынесении сурового приговора руководителям строительства.

В 1937 проклятом году, ММ работал на этом строительстве.. Все руководство строительством арестовали. Была создана экспертная комиссия, которой поручили дать заключение о деятельности руководства. Возглавил комиссию ММ. Эта комиссия сделала заключение, что все руководители были врагами народа.

Самое невероятное, на мой взгляд было то , что и на собрании спустя 18 лет, он продолжал утверждать, что осужденные враги народа..

Для этого ММ привел два эпизода.

Был неправильно выбран створ гидроэлектростанции. Платина ее опирается на скалы, одна из которых имела трещину. Пришлось на барже подойти к этой скале и цементным раствором заделать трещину.

Подстанция была расположена на скале над плотиной, что привело к перерасходу цветного металла на токоведущие шины.

Эти обвинения были легко опровергнуты приехавшими на собрания пострадавшими. Руководители не выбирали створ плотины. Это сделали три известных в то время ученых. Расположить подстанцию внизу вблизи плотины было экономически невыгодно Так как там было болотистая местность и пришлось бы сооружать большой и дорогостоящий фундамент.

Но самое главное комиссия НЕ ИМЕЛА ПРАВА квалифицировать действия руководства. Она должна дать заключение только по технической стороне вопроса. Комиссия превысила свои права.

. Его спрашивали, что может быть, на комиссию давили, заставили сделать такой вывод? Если бы он согласился с такой постановкой вопроса, то собрание не осудило бы его. Но нет! Он и на собрании утверждал, что все руководство строительством — враги народа.

Заключение той комиссии привело к тяжелым результатам: одного руководителя расстреляли, а остальных приговорили к длительным срокам заключения. Все они отсидели в сталинских лагерях по 18 лет. Ну, а как же комиссия? Они заняли освободившиеся должности, а один даже занял его квартиру вместе с женой.

В результате этих головотяпских действий строительство было завалено, так как занявшие руководящие должности люди не имели опыта работы.

Обстановка на собрании при обсуждении вопроса была очень тяжелой. Некоторые женщины плакали. Из закавказской республики приехали люди, по вине ММ, отсидевшие 18 лет. Они, с южным темпераментом, говорили, что у ММ: «сердце черный, черный».

Кроме исключения из партии, было внесено предложение передать вопрос в прокуратуру. Но оно не собрало необходимое число голосов.

Через несколько дней, ММ был уволен с работы.

Продолжим наше повествование..

Прошло пять лет, а мой оклад оставался таким же крохотным, как и в начале работы. И вдруг появилась возможность, увеличить его на 50%. РК КПСС предложил перейти на работу в Министерство внешней торговли, чтобы. заниматься импортом в Советский Союз машин, нужных народному хозяйству страны. (РК — районный комитет).

Конечно, работать в НИИ Академии Наук престижно, интересно, но не денежно. А потребности семьи все время возрастали. Это заставило меня принять предложение о переходе на постоянную работу в систему Министерства внешней торговли

Мой научный руководитель — доктор технических наук, в ультимативной форме объявил, что, в случае моего ухода с работы, мне никогда не быть кандидатом наук. К этому ультиматуму отнесся серьезно, так как знал, что в научной среде благородство отступает на второй план перед мстительностью. Для сведения счетов применяются самые бесчестные приемы. Однако, материальный стимул был настолько велик, что пренебрег этой угрозой. Это потом имело для меня тяжелые последствия.

К этому времени в своем НИИ руководил группой сотрудников численностью 5 человек. Наша лаборатория в составе 30 человек должна была к концу года выпустить 6 научных отчетов, из которых на долю моей группы приходилось 5. Чтобы не сорвать выполнение плана научных работ, я время от времени приходил на работу в свою группу и руководил своими бывшими подчиненными без всякой оплаты.. Все работы были выполнены в срок!

То, что мною будет изложено ниже, читателю (особенно молодому) покажется странным и непонятным. Однако, все было так, как написано далее.

В Министерстве внешней торговли сотрудники работали ради загранкомандировок. В то время в Советском Союзе в дефиците было ВСЁ! Служебная командировка за рубеж позволяла привезти дефицитные вещи, продажа которых давала хороший доход. Отправляясь в загранкомандировку, люди брали с собой продукты питания и электрокипятильник с тем, чтобы не расходовать валюту.

Известны случаи, когда артисты знаменитого Большого театра, поселившиеся в одной гостинице, для приготовления пищи одновременно включали эти электрокипятильники и освещение в этой гостинице отключалось из — за перегрузки.

Достаточно отвлекаться от воспоминаний!

Работа в системе Министерства внешней торговли мне не понравилась. Чиновничья работа! Ни уму, ни сердцу, как говорят в народе! В скором времени оттуда ушел и вернулся в свой институт.

Естественно, мой оклад был сохранен. Но моему бывшему руководителю это не понравилось и меня, в нарушение всех законов того времени, перевели на прежний мизерный оклад.

Передо мной было два пути: — судиться или уйти с работы. Судиться мне никак не хотелось и, мною был выбран второй путь — увольнение по собственному желанию.

Однако работа над диссертацией продолжалась, а когда она была закончена, то возникли трудности с ее защитой. Мой бывший научный руководитель делал все возможное, чтобы не допустить меня до защиты.

Мои многочисленные обращения в самые различные институты с просьбой о защите диссертации были отвергнуты. Для защиты диссертации полагалось найти двух оппонентов, один из которых должен быть доктором наук. На мою просьбу об оппонировании всегда следовал один и тот же ответ: — «Мне позвонили и просили, чтобы я отказался от оппонирования!»

В этот период моя сестра и мама начали хлопотать о пересмотре дела отца. Как стало известно, пересмотр дела не был формальным. На бывшее место нашего жительства приходил следователь, который опрашивал соседей, знавших отца. Отец был осужден «за индивидуальную антисоветскую пропаганду». Соседям задавали вопросы не вел ли такой — то каких — либо разговоров на антисоветскую тематику. Все отвечали, что он никогда ни с кем не беседовал. Эти показания и явились основой для отмены приговора в 1937 году.

Через некоторое время мы получили справку. Вот ее содержание.

СПРАВКА

Дело по обвинению гражданина Беляева Ивана Ильича, 1881 года рождения, работавшего счетоводом кассиром в конторе No 10 участка «Волгостройпути» пересмотрено Президиумом Верховного Суда БАССР 2 июня 1958 года.

Постановление от 4 декабря 1937 года в отношении Беляева Ивана Ильича отменено и дело производством прекращено за отсутствием состава преступления.

ПРЕДСЕДАТЕЛЬ ВЕРХОВНОГО СУДА

………………………………………………. ПОДПИСЬ

Гербовая печать

Вот такие события произошли в моей жизни через десять лет после окончания войны.