Бог не в Космосе, а в душе

Бог не в Космосе, а в душе

В Космосе Бога видели только в анекдотах.

Анекдот на полях:

В Кремле Хрущев отвел в сторонку Гагарина и спросил: «Юра, а ты Бога видел?» – «Да, видел. Есть Бог».

– «Я так и знал. Только больше никому не говори», – сказал Хрущев. Потом Гагарин был на приеме у папы Римского. «Юрий Алексеевич, вы видели Бога?»

– «Не видел. Нет никакого Бога». – «Я так и знал, – ответил папа, – но только никому больше об этом не говори!»

Родители – убежденные атеисты – были категорически против моего крещения, и бабушка крестила меня тайно. Причем настолько тайно, что вторая моя бабушка даже не знала об этом. И тоже, в свою очередь, тайком от всех, окрестила меня. Так что я – дважды крещенный. Но, конечно, ни о каком религиозном воспитании в семье не могло быть и речи.

Мой небесный покровитель – Георгий Победоносец. Я так говорю: «Он святой Георгий Победоносец, а я – грешный Георгий Победоносец».

Во время войны я, еще маленьким мальчиком, попал в оккупацию. Это была жизнь в постоянной опасности – любой немец мог тебя убить без особых причин совершенно безнаказанно. Еще страшнее было, когда через наш город проходил фронт. Помню, как пули и осколки пролетали совсем рядом. Очень хотелось жить, но защиты и помощи искать было не у кого – мама осталась в блокадном Ленинграде, папа воевал, а рядом – старенькая бабушка. Надеяться можно было только на Бога. В войну все были верующими…

Но к концу войны, когда я уже вернулся к маме в Ленинград, когда мы стали получать письма с фронта от отца, мне в руки попалась книжка – «Библия для верующих и неверующих» Емельяна Ярославского – главного советского атеиста. Мне показалось, будто автор очень убедительно и логично доказывает, что Бога нет. После этой книги я многие годы считал себя атеистом.

Нравственным ориентиром стала литература, которую я всегда любил, – книги о приключениях, о путешествиях, об открытиях. Настоящие герои в хороших книгах – это люди высокой морали. И мне хотелось быть похожим на них. Поэтому, когда я, уже в возрасте, осознал себя верующим человеком, мне радостно было обнаружить, что я все-таки всю свою жизнь интуитивно старался жить по десяти заповедям.

В октябре 2000-го в районе Батумского аэропорта разбился Ил-18 с семьями российских военных – врезался в гору. Перед этим самолетом летел наш, и мы сели. Каким образом – я, как летчик, не понимаю. Шли при нулевой видимости, вынырнули из облаков и тут же коснулись колесами взлетной полосы. Летевший за нами Ил этот невероятный маневр повторить не смог.

В тайге я однажды заблудился, а был без спичек, в легкой курточке. Я ориентировался по слабым следам, а уже темнело. Если бы я поторопился – мог бы пропустить следы, если бы шел не спеша – в темноте потерял бы след. И я каким-то чудом нашел тропинку, по которой выбрался.

Вот так из опасных ситуаций всегда выходил живым. Почему? Почему не сработала теория вероятности, по которой в половине несчастных случаев я должен остаться невредимым, но в остальных пятидесяти процентах – изувечиться или погибнуть? Ответ такой: если этот закон не соблюдается, значит, ось, делящая судьбу ровно посередине, кем-то сдвинута.

Поскольку, кроме Бога, никто не мог ее сдвинуть, я верю, что был рожден, чтобы стать космонавтом. И в ангела-хранителя верю. В шутку говорю, что их у меня двое, потому что крестили-то меня дважды!

Когда ты летишь над Землей, а тем более выходишь в открытый космос, то ты гордишься Человеком и его достижениями. Уколи человека тоненькой иголочкой – он вскрикнет, охлади его на пару градусов, ему уже плохо. Это такое нежное, уязвимое существо. А он поднимается на высоту, где нет воздуха, летает в невесомости, выходит из станции в открытый космос, идет по Луне… Есть чем гордиться!

А поскольку ты сам к этому приобщался, сам в этом участвовал, то невольно начинаешь гордиться – не только всем человечеством, не только космонавтикой, но и самим собой. Но гордыня – один из смертных грехов!

Я – космонавт, ученый, доктор наук. Но это не противоречит моей вере в Бога. Я уверен: наука нейтральна по отношению к добру и злу. Ядерная энергия, лазерный луч, космическая техника – все это можно использовать и в мирных целях, и в военных. Но если человек верит в Бога, если соблюдает заповедь «не убий», он уже не станет изобретать орудие убийства. Наука, развиваясь, должна познавать мир, а религия – воспитывать сердце человека так, чтобы научное развитие не превратилось для людей в смертельную угрозу.

Я православный, но считаю, что любая традиционная религия лучше, чем безверие, которое сегодня вливается в душу молодежи. Ну, что это такое: «Бери от жизни все»? Ведь если моя свобода и удовольствие превыше всего, значит, другие для меня – никто, и я могу ради своей свободы делать все, что угодно. Но так нельзя жить – это тупик. Гомосексуалисты, например, требуют свободы регистрировать свои браки. Но ведь это же против Бога! Не зря Он сотворил Адама и Еву, а не двух Адамов!

Наша жизнь бывает жестокой и лживой. Посмотрите телевизор: чиновники разных рангов лгут, знают, что лгут, и понимают, что мы тоже знаем об их лжи, но, тем не менее, продолжают лгать. Замкнутый круг. А ведь если бы люди по-настоящему верили в Бога, не только на словах, но и в делах своих, жизнь стала бы совершенно другой.

Я всегда старался быть честным, меня так воспитывали родители. Но вера в Бога делает человека еще более строгим по отношению к себе. Хотелось бы жить праведно и умереть с чистой совестью. Естественно, назвать себя праведником я не могу. Но вспоминаю слова Господа о том, что более праведника ценен и любим раскаявшийся грешник. И это важно для меня, это дарит надежду. Мне больше восьмидесяти лет, и, конечно, жизнь стала намного сложнее, чем в молодости: не просто справляться с болезнями, работой, ответственностью. Но главное – не впадать в уныние.

С приходом к вере очень изменилось мое отношение к смерти. Мне довелось пережить два случая, когда я чувствовал себя на грани жизни и смерти. Первый произошел давно, в молодости, в космосе, когда один за другим в заданное время не раскрылись оба парашюта. Единственное, чем горжусь, – что преодолел тогда страх смерти, леденящий ужас. Я не матерился, не кричал ни «мама!», ни «прощай, Родина!», продолжал следить за параметрами систем корабля, чтобы сообщить на Землю обстоятельства аварии в последнюю минуту.

Второй случай был недавно, и опять вопрос стоял жестко: или на тот свет, или обратно. К счастью, я вернулся, но потом, проанализировав свои чувства, был очень удивлен. У меня не было ни капли страха, подобного тому, что я испытал в космосе. Я просто ждал, как будто это происходило с кем-то другим. Поэтому могу сказать: смерти я не боюсь, лишь бы без боли и мгновенно. Я прожил долгую и интересную жизнь, и благодарен Богу за каждый новый день, что Он дает мне.

У меня есть и своя доморощенная концепция первородного греха. Прародителям было запрещено вкушать плоды с древа познания. То есть был наложен запрет на знания. Питаться плодами с такого древа – значит набираться знаний. Господь говорил Адаму и Еве: у вас есть рай – вот и радуйтесь, кушайте разрешенные фрукты. Он знал, что, как только они сорвут с древа познания добра и зла таблицу умножения, они поймут, что дважды два – четыре. А потому поймут, что масса на ускорение есть сила. Потом придут к пониманию формулы Эйнштейна про энергию, заключенную в атоме. А потом их потомки создадут атомную бомбу и взорвут один город за другим. И, наконец, создадут какой-нибудь «коллайдер» и взорвут все человечество. Поэтому Господь и запретил первым людям приобретать знания. Ибо Он знал – начнут с дважды два, а закончат водородной бомбой. То есть такое знание приведет человечество к уничтожению. За это и выгнал прародителей из рая.

Для того чтобы наука работала на человека, а не против него, необходима мораль. Основа морали – 10 заповедей. Во времена социализма их заменили моральным кодексом строителей коммунизма. А ведь практически это были переформулированные те же христианские заповеди! И, скажем, мои родители – атеисты – были людьми строгой морали.

Науке необходимо стремиться к достижениям, но обязательно должна быть религия, которая заботится о морали. Чтобы научные открытия улучшали жизнь людей и экологию Земли, а не уничтожали человечество вместе с планетой. Я не согласен с теми, кто противопоставляет эти две области. Религия занимается душой человека, а наука – умом, телами. У всех свои задачи. Они дополняют друг друга, а не противостоят.

Бездушный, неверующий ученый может изобрести не только средство для повышения урожайности, но и химическое оружие, способное отравить все живое. Мораль, которую несет религия, призвана это предотвратить. Я считаю, что наука и религия важны в равной мере, но они должны не мешать друг другу, а помогать. Только их единство может спасти человечество. Взаимодействие религии и науки гораздо важнее, чем их противопоставление. Ты веришь, что человек произошел от обезьяны, – ну и бог с ней. Не веришь, что Бог сотворил человека, – Бог с тобой. Но десять заповедей выполняй. И лучше верить в Бога, чем ни во что не верить…

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

В КОСМОСЕ ИНЖЕНЕР — ИСПЫТАТЕЛЬ

Из книги О космолетах автора Феоктистов Константин Петрович

В КОСМОСЕ ИНЖЕНЕР — ИСПЫТАТЕЛЬ Нетрудно убедиться, что интерес к событиям технического прогресса всегда проходит через три этапа. Первый — это огромный, всеобщий, хотя и несколько поверхностный интерес к новому достижению, которое независимо от своего содержания и


Дуэт в космосе

Из книги Автопортрет: Роман моей жизни автора Войнович Владимир Николаевич

Дуэт в космосе Упоминавшийся мною выше полет космонавтов Николаева и Поповича с исполнением ими дуэтом «14 минут до старта» состоялся в августе 1962го. Что тут началось! Издательства, журналы и газеты наперебой предлагали мне издать сборник, подборку или отдельные


Катастрофа в космосе Владимир КОМАРОВ

Из книги Звездные трагедии автора Раззаков Федор

Катастрофа в космосе Владимир КОМАРОВ Первая серьезная катастрофа в космосе, связанная с советским космонавтом, случилась весной 1967 года. Тогда погиб Владимир Комаров.В марте того рокового 67-го Комарову исполнилось 40 лет. Эту дату он встретил в прекрасном расположении


«Песчинка» в космосе

Из книги С Антарктидой — только на "Вы": Записки летчика Полярной авиации автора Карпий Василий Михайлович

«Песчинка» в космосе А тут еще, как назло, закончилось моторное масло. Где брать? На корабле бочки с маслом есть, но он подойдет к «Молодежной» только к концу сезона. Выручил Михаил Михайлович Поляков, начальник базы «Союз» — он сообщил, что в «запасниках» базы «Эймери»,


Катастрофа в космосе

Из книги Разговоры с Раневской автора Скороходов Глеб Анатольевич

Катастрофа в космосе Погиб Комаров. Я позвонил Ф. Г. минут через пятнадцать после того, как об этом сообщило радио. Неожиданная смерть космонавта, трагическая смерть не может не потрясти. Почему-то самым ужасным показалось его предсмертное состояние: корабль затормозить


1.9 Трение в космосе

Из книги 100 рассказов о стыковке [Часть 1] автора Сыромятников Владимир Сергеевич

1.9 Трение в космосе Написав этот рассказ, я заглянул в «Энциклопедию космонавтики» — хорошее профессиональное издание, вышедшее в 1985 году. Прочитал статью «Трение в космосе» и удивился: казалось, она написана на заре космической эры, когда наши знания об этой особенности


3.14   Строительство на Земле и в космосе

Из книги 100 рассказов о стыковке [Часть 2] автора Сыромятников Владимир Сергеевич

3.14   Строительство на Земле и в космосе В конце 70–х и в начале 80–х годов я оказался вовлеченным в строительство на Земле. Так вышло, что сначала это было строительство нового корпуса, который мы спроектировали для нашего 6–ти степенного стенда «Конус», а несколько лет


И вновь я в космосе

Из книги Есть только миг автора Анофриев Олег

И вновь я в космосе И вновь я в космосе, как дома. Где тесновато от коллег, Где мой и близкий и знакомый Весь золотой двадцатый век. Куда ни глянь, одни созвездья! Как ослепительны лучи! И как прекрасно в поднебесье От звезд, сверкающих в ночи! Имена, имена,


25 часов в космосе

Из книги 700.000 километров в космосе (полная версия, с илл.) автора Титов Герман Степанович

25 часов в космосе Когда мне объявили, чтобы я готовился к следующему полёту в космос, я с огромным энтузиазмом взялся за дело. Это было самое высшее счастье, какое я мог ждать в жизни. Вскоре нас пригласили туда, где создавался космический корабль, более совершенный, чем


Дуэт в космосе

Из книги Автопортрет: Роман моей жизни автора Войнович Владимир Николаевич

Дуэт в космосе Упоминавшийся мною выше полет космонавтов Николаева и Поповича с исполнением ими дуэтом «14 минут до старта» состоялся в августе 1962-го. Что тут началось! Издательства, журналы и газеты наперебой предлагали мне издать сборник, подборку или отдельные


Самое трудное в Космосе

Из книги Космонавт № 34. От лучины до пришельцев автора Гречко Георгий Михайлович

Самое трудное в Космосе Что самое трудное? Невесомость? Оторванность от Земли, от семьи? Аварийные ситуации? Нет. Самое трудное, как и на Земле, – говорить правду!Я должен был в открытом космосе проверить состояние стыковочного узла. Был ли он испорчен после неудачных


НЛО в Космосе

Из книги Юрий Гагарин автора Надеждин Николай Яковлевич

НЛО в Космосе Началось с того, что я увидел «летающие тарелки» и испугался! Я выглянул в иллюминатор и увидел, что нас преследуют «тарелки» – целая эскадрилья. Причем они идут четким зловещим строем, и иногда на них заметны даже красные проблески. Они меняли форму как


41. Собака в космосе

Из книги Шахерезада. Тысяча и одно воспоминание автора Козловская Галина Лонгиновна

41. Собака в космосе 3 ноября 1957 года, когда Юрий и Валентина были заняты организацией свадьбы, мир облетело известие о запуске второго спутника Земли. Внутри этого тяжёлого 508-килограммового модуля находилась живая собака по кличке Лайка (к слову, её настоящая кличка


Мыши в космосе

Из книги С высоты птичьего полета автора Хабаров Станислав

Мыши в космосе Илону Маску исполнилось тридцать в июне 2001 года, и день рождения оказался для него серьезным ударом. «Я больше не вундеркинд», — сказал он Джастин серьезным тоном. В том же месяце Х. соm официально сменила название на PayPal — неприятное напоминание Маску о


В открытом космосе

Из книги автора

В открытом космосе И вот, наконец, наступил тот особенный день, когда всё, что касалось и было предтечей, оказалось позади: согласования позади, и испытания позади, и выпуск массы нужных бумаг – документов и чертежей, чей вес куда больше веса собственно конструкции, а