Часть 1 

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

 Часть 1 

История

    В последнее время все больше и больше шума вокруг нашей многострадальной армии стало подниматься, то там кто-то застрелился, то тут кто-то удавился, то служивый пол-караулки перестрелял, а сам в бега ударился, нашумевший в последнее время случай с солдатиком, которому впоследствии ноги отняли и еще кое-какие органы, много чего нехорошего пишут в газетах и по ящику показывают. И те, кто утверждает, что армия — это практически смерть для любого, кто туда попадет, и те, кто уверяет в обратном, одинаково неправы, на мой взгляд. Как говаривал один мой знакомый, писАть, как и пИсать, имеет смысл, если совсем уж невмоготу. Похоже, такой момент у меня наступил.

      Не знаю, будут ли кому-нибудь интересны мои «мемуары», но на всякий случай, пользуясь свободным временем, постараюсь описать свои воспоминания об этом событии.

      Мне повезло проходить службу в рядах Красной армии еще в те годы, когда она действительно была Красной. Случилось это в июне 1989 года, точнее — 16 числа.

      С малолетства был я человеком исключительной лености и являлся обладателем мерзопакостного характера, основной чертой которого являлось стойкое чувство противоречия. Именно поэтому после окончания 10 класса средней общеобразовательной школы я не подал заявления в ВУЗ, ибо учеба меня настолько задолбала, что хотелось отдохнуть от всего этого. Родители пугали меня скорым призывом, ужасами дедовщины, а тут как раз в журнале «Юность» вышло эпическое произведение, называющееся «Стройбат», автора, к сожалению, не упомню уже, где суровые будни советских военнослужащих были описаны так, что кровь в жилах стыла.

      Но мой скверный характер и привычка все делать по-своему сыграла свою роковую роль, посему после окончания школы я подал документы в профтехучилище, где всего за год из меня обещали сделать радиомонтажника. И пока мои сверстники усиленно готовились ко вступительным экзаменам в ВУЗ, я отлично проводил время в яхт-клубе. Вдобавок ко всему, после окончания школы я здорово поссорился с отцом, который все еще видел во мне ребенка, пытался меня воспитывать, я, соответственно, сопротивлялся как мог, короче, мне хотелось самостоятельной жизни. С моими оценками в аттестате я был без разговоров зачислен в группу 18–19 СПТУ N13 по результатам устного собеседования. Надо сказать, что подростком я был довольно стеснительным, например, в те времена отлить в мужском туалете было для меня весьма сложной задачей, если там находился кто-нибудь еще. Народ в нашу «академию» (далее — хабзайка) подобрался разный, в основной массе — не гуманитарии, скорее наоборот, поэтому я по первому времени чувствовал себя инородным телом в этой массе откровенных лоботрясов, неизвестно по какой причине попавших в стены этого заведения. Поскольку физическим здоровьем я не блистал, был невысок ростом, не употреблял спиртного, физически не мог ругаться матом в присутствии посторонних, за серьезного «пацана» меня не считали, всячески пытались подкалывать, особенно всех раздражали мои отметки по предметам, сущности которых некоторые юные дарования не могли постичь — физика, электротехника. Приходилось искусственно занижать отметки, дабы не сильно выделятся из толпы. Как это ни странно, хабзайка оказала на меня положительное воздействие: уже к концу обучения я спокойно посылал в известные места недоброжелателей, стал более контактен, менее стеснительным, мог при случае зарядить в глаз даже более сильному противнику, во мне перестали видеть белую ворону, хотя пить, курить и хулиганить я так и не научился.

      Процесс обучения описывать не стану, могу сказать лишь, что свой диплом я написал за три дня, 15 июня 1989 года я за 15 минут защитил его, получив отличную оценку, и покинул стены этого заведения, имея на руках повестку на 16 число.