Д. Е. Максимову

3 января 1963. Москва.

Милый Дмитрий Евгеньевич,

когда я прочла Ваше письмо, мне показалось, что мне не 73 года, а 37 или даже все 17.

Побойтесь Бога!

Из всех Ваших любезных пожеланий принимаю только одно: побольше стихов и поменьше переводов. Я окончательно убедилась, что для поэта переводы – дело гибельное. Творческая энергия утекает и образуется то удушье, с которым совершенно нельзя бороться.

Благодарю Вас за то, что Вы помните меня или делаете вид, что помните. Ленинград совершенно забыл меня,

Привет Вашему дому.

Ахматова