1989

1989

Январь

Выдвижение А. Д. Сахарова кандидатом в народные депутаты примерно 60 научными институтами Академии наук.

18 января

Расширенное заседание Президиума АН СССР («Пленум») не утвердило все пользующиеся известностью кандидатуры, в том числе и А. Д. Сахарова.

20 января

Предвыборное собрание в ФИАНе; выдвижение А. Д. Сахарова кандидатом в депутаты от Октябрьского района г. Москвы. Эта встреча была событием для многотысячного коллектива ФИАНа. После программного выступления Андрею Дмитриевичу было задано множество вопросов, в том числе и такой: «Верите ли вы в Бога?».

А. Д. Сахаров: «Это вопрос очень интимный и личный, но я все-таки на него постараюсь ответить. Я не являюсь формально верующим какой-либо религии. Это для меня чуждо и неприемлемо. Я глубоко уважаю верующих, право людей верить, так же как и право быть атеистом. Это внутреннее дело людей, и люди находят моральные и душевные силы и в религии, а также и не будучи верующими. Что касается меня, то мне трудно охарактеризовать вполне однозначно мою позицию. Я все-таки считаю, что какой-то внутренний смысл во всем бытии, во всем, что существует, есть. Полная неосмысленность, отсутствие какой-то духовной теплоты в мире для меня также неприемлема. То есть в какой-то мере это, наверное, религиозное чувство, но оно не выливается ни в какую религиозную систему, ни в веру в какие-либо догматы. Вот такая у меня довольно сложная и неопределенная позиция».

В последующие дни А. Д. Сахаров был выдвинут кандидатом в народные депутаты в Московском национально-территориальном округе, во многих территориальных округах.

А. Д. Сахаров: «…Кроме работников аппарата и выбранных им «послушных» кандидатов почти всюду были выдвинуты альтернативные кандидаты, обладающие собственной программой, яркой и независимой позицией. Завязалась, впервые за долгие годы в нашей стране, острая политическая предвыборная борьба. И тут выявилось то, на что даже мы, ведшие одинокую и внешне безнадежную борьбу с очень ограниченными целями в предшествующую эпоху, не решались, не смели надеяться. Многократно обманутый, живущий в условиях всеобщего лицемерия и развращающей коррупции, беззакония, блата и прозябания народ оказался живым. Свет возможных перемен только забрезжил, но в душах людей появилась надежда, появилась воля к политической активности. Именно эта активность народа сделала возможным избрание тех новых, смелых и независимых людей, которых мы увидели на Съезде. Не дай Бог обмануть эти надежды. Исторически никогда не бывает последнего шанса. Но психологически для нашего поколения обман надежд, вспыхнувших так ярко, может оказаться непоправимой катастрофой…»

[5. С. 147—148]

29—30 января

Открывает учредительную конференцию общества «Мемориал», неоднократно выступает на ней.

2 февраля

«Состоялся беспрецедентный митинг сотрудников научных учреждений Академии наук…»

[5. С. 150]

Февраль

А. Д. Сахаров отзывает свое согласие баллотироваться по всем территориальным и национально-территориальным округам, где он выдвинут. (Заявление «В Академии или нигде» — Московские новости. 1989. 19 февр.)

Март-апрель

Около 200 институтов выдвигают А. Д. Сахарова кандидатом в народные депутаты от АН СССР, и он побеждает на повторных выборах 12—13 апреля.

Предвыборная программа А. Д. Сахарова была опубликована в феврале в «Ведомостях Мемориала» и 7 апреля в «Книжном обозрении» (см. также 3).

Из интервью «Книжному обозрению» (беседу ведут И. Филатова и А. Щуплов):

«…Я согласен, что подъем общества возможен только на нравственной основе. В нашем народе произошли тяжкие изменения в результате террора, в результате многих лет жизни в обстановке обмана и лицемерия. Но я верю, что в народе всегда сохраняются нравственные силы. В особенности я верю в то, что молодежь, которая в каждом поколении начинает жить как бы заново, способна занять высокую нравственную позицию. Речь идет не столько о возрождении, сколько о том, что должна получить развитие находящаяся в каждом поколении и способная вновь и вновь разрастаться нравственная сила.

— То есть вы считаете, что общество должно делать все возможное для наиболее полного и богатого духовного развития каждой личности?

— Да, общество должно это делать.

— Читателей «КО» интересует круг вашего чтения. Кто из писателей наиболее близок и интересен вам?

— К сожалению, я не очень много читаю художественную литературу. Но некоторые современные писатели произвели на меня глубокое впечатление. Мне очень близок В. Быков. С большим интересом прочел я его повесть «Карьер». В проблематике этого произведения я нашел для себя что-то глубоко личное, я не мог читать эту книгу без большого волнения. Не во всем близок мне, а иногда вызывает даже внутреннее противодействие В. Астафьев. Но тем не менее мне кажется, что это очень талантливый, искренний писатель. Недавно я прочел повесть С. Каледина «Смиренное кладбище». По-моему, это замечательное произведение, которое представляет какую-то новую грань советской литературы.

— И последний, традиционный вопрос «КО»: какой бы вопрос физик и академик, лауреат Нобелевской премии А. Д. Сахаров задал самому себе и как бы академик А. Д. Сахаров на него ответил?

— Вопрос, наверное, надо задать такой: что является внутренним стимулом моей общественной деятельности? Я думаю, что я не родился для общественной деятельности. Но судьба моя оказалась необычной: она поставила меня в условия, когда я почувствовал свою большую ответственность перед обществом — это участие в работе над ядерным оружием, в создании термоядерного оружия. Затем я почувствовал себя ответственным за более широкий круг общественных проблем, в частности гуманитарных. Большую роль в гуманизации моей общественной деятельности сыграла моя жена — человек очень конкретный. Ее влияние способствовало тому, что я стал больше думать о конкретных человеческих судьбах. Ну, а когда я вступил на этот путь, наверное, уже главным внутренним стимулом было стремление оставаться верным самому себе, своему положению, которое возникло в результате часто внешних обстоятельств. Но необходимо было быть достойным сложившегося положения».

9 апреля

Избиение войсками демонстрантов в Тбилиси.

3—7 мая

Поездка вместе с Е. Г. Боннэр в Тбилиси для выяснения обстоятельств трагедии 9 апреля.

19 мая

Поездка в Сыктывкар.

А. Д. Сахаров: «19 мая я слетал на один день в Сыктывкар (главный город Коми АССР), где я хотел поддержать кандидатуру Револьта Пименова, того самого человека, с дела которого (вместе с Б. Вайлем) началось 19 лет назад мое знакомство с диссидентскими судами. В связи с этим делом я встретился впервые с Люсей».

[5. С. 168]

Статья «Конвергенция» в сборнике «50 на 50».

25 мая — 9 июня

Участие в работе I Съезда народных депутатов.

25, 27 мая

Выступления на Съезде: о задачах Съезда, порядке его работы; о законах о митингах и демонстрациях, полномочиях внутренних войск, об Указе Президиума Верховного Совета СССР от 8 апреля.

Из выступлений А. Д. Сахарова на I Съезде народных депутатов СССР

25 мая

«Мы исходим из того, что данный Съезд является историческим в биографии нашей страны. Избиратели, народ избрали нас и послали на этот Съезд для того, чтобы мы приняли на себя ответственность за судьбу страны… Поэтому наш Съезд не может начинать с выборов. Это превратит его в съезд выборщиков. Наш Съезд не может отдать законодательную власть одной пятой своего состава…

Я предлагаю принять в качестве одного из первых пунктов повестки дня Съезда Декрет Съезда народных депутатов СССР… Исключительным правом Съезда народных депутатов СССР является назначение высших должностных лиц СССР, в том числе Председателя Совета Министров СССР, Председателя Комитета народного контроля СССР, Председателя Верховного суда СССР, Генерального прокурора СССР, Главного государственного арбитра СССР. <…>

Второй принципиальный вопрос, который стоит перед нами, — это вопрос о том… имеем ли мы право избирать Председателя Верховного Совета СССР до обсуждения, до дискуссии по всему тому кругу политических вопросов, определяющих судьбу нашей страны… Мы опозорим себя перед всем нашим народом… если поступим иначе… Кандидаты должны представить свою политическую платформу… Михаил Сергеевич Горбачев… должен сказать о том, что произошло в нашей стране за эти четыре года. Он должен сказать и о достижениях, и об ошибках, сказать обо всем самокритично. Самое главное, он должен сказать о том, что собираются делать в ближайшем будущем он и другие кандидаты. <...>

Моя поддержка лично Горбачева на сегодняшних выборах носит условный характер… Я считаю, что этот вопрос имеет глубоко принципиальный характер. Мы не можем допустить того, чтобы выборы шли формально. В этих условиях я не считаю возможным принимать участие в этих выборах».

26 мая

«Я присоединяюсь к предложению депутата Заславского — на время Съезда отменить действие антидемократических законов о митингах и демонстрациях…»

27 мая

«В течение последнего года в нашей стране был принят ряд законов и указов, которые вызывают большую озабоченность общественности. Мы не вполне знаем механизм выработки этих законов… Многие юристы даже писали, что они не знают, на каком этапе, в каких местах формулируется окончательный вид законов. Но законодательные акты, о которых идет речь, действительно вызвали очень большую озабоченность общественности. Это указы о митингах и демонстрациях, об обязанностях и правах внутренних войск и охране общественного порядка, которые были приняты в октябре прошлого года… Они отражают страх перед волей народа, страх перед свободной демократической активностью народа. Второй вопрос. Указ Президиума Верховного Совета, принятый 8 апреля… Принцип (Всеобщей декларации прав человека. — Сост.)… заключается в том, что никакие действия, связанные с убеждениями, если они не сопряжены с насилием и с призывом к насилию, не могут служить предметом уголовного преследования. Это ключевой принцип, лежащий в основе демократической правовой системы. И этого ключевого слова «насилие» в Указе от 8 апреля нет».

[Первый Съезд народных депутатов СССР. Стенографический отчет. М., 1989. Т. 1. С. 9—11, 66—67, 116, 311—312]

2 июня

Из выступления в ответ на обвинения в связи с интервью газете «Оттава ситизен» в феврале 1989 г.:

«…Но когда речь идет об афганской войне, то я опять же не оскорбляю того солдата, который проливал кровь и героически выполнял приказ. Не об этом идет речь. Речь идет о том, что сама война в Афганистане была преступной авантюрой…»

[Там же. Т. 2. С. 346]

9 июня

А. Д. Сахаров (по поводу избрания членом Конституционной комиссии):

«Я подозреваю, что по всем принципиальным вопросам, которые возникнут при выработке текста Конституции, я буду в меньшинстве. Это ставит меня в трудное положение, если не будет заранее оговорено, что комиссия предлагает два альтернативных проекта, которые будут рассматриваться на равной основе».

[Там же. Т. 3. С. 298]

9 июня

Выступление А. Д. Сахарова на заключительном заседании I Съезда народных депутатов (текст стенограммы исправлен и дополнен А. Д. Сахаровым):

«Уважаемые народные депутаты!

Я должен объяснить, почему я голосовал против утверждения итогового документа Съезда. В этом документе содержится много правильных и очень важных положений, много принципиально новых и прогрессивных идей. Но я считаю, что Съезд не решил стоящей перед ним ключевой политической задачи, воплощенной в лозунге: «Вся власть Советам!». Съезд отказался от обсуждения «Декрета о власти».

До того как будет решена эта политическая задача, фактически невозможно реальное решение всего комплекса неотложных экономических, социальных, национальных и экологических проблем.

Съезд народных депутатов СССР избрал Председателя Верховного Совета СССР в первый же день без широкой политической дискуссии и хотя бы символической альтернативности. По моему мнению, Съезд совершил серьезную ошибку, уменьшив в значительной степени свои возможности влиять на формирование политики страны, оказав тем самым плохую услугу и избранному Председателю.

По действующей конституции Председатель Верховного Совета СССР обладает абсолютной, практически ничем не ограниченной личной властью. Сосредоточение такой власти в руках одного человека крайне опасно, даже если этот человек — инициатор перестройки. В частности, возможно закулисное давление. А если когда-нибудь это будет кто-то другой?

Постройка государственного дома началась с крыши, что явно не лучший способ действий. То же самое повторилось при выборах Верховного Совета. По большинству делегаций происходило просто назначение, а затем формальное утверждение Съездом людей, из которых многие не готовы к законодательной деятельности. Члены Верховного Совета должны оставить свою прежнюю работу «как правило» — нарочито расплывчатая формулировка, при которой в Верховном Совете оказываются «свадебные генералы». Такой Верховный Совет будет — как можно опасаться — просто ширмой для реальной власти Председателя Верховного Совета и партийно-государственного аппарата.

В стране в условиях надвигающейся экономической катастрофы и трагического обострения межнациональных отношений происходят мощные и опасные процессы, одним из проявлений которых является всеобщий кризис доверия народа к руководству страны. Если мы будем плыть по течению, убаюкивая себя надеждой постепенных перемен к лучшему в далеком будущем, нарастающее напряжение может взорвать наше общество с самыми трагическими последствиями.

Товарищи депутаты, на нас сейчас — именно сейчас! — ложится огромная историческая ответственность. Необходимы политические решения, без которых невозможно укрепление власти советских органов на местах и решение экономических, социальных, экологических, национальных проблем. Если Съезд народных депутатов СССР не может взять власть в свои руки здесь, то нет ни малейшей надежды, что ее смогут взять Советы в республиках, областях, районах, селах. Но без сильных Советов на местах невозможна земельная реформа и вообще какая-либо эффективная аграрная политика, отличающаяся от бессмысленных реанимационных вливаний нерентабельным колхозам. Без сильного Съезда и сильных, независимых Советов невозможны преодоление диктата ведомств, выработка и осуществление законов о предприятии, борьба с экологическим безумием. Съезд призван защитить демократические принципы народовластия и тем самым — необратимость перестройки и гармоническое развитие страны. Я вновь обращаюсь к Съезду с призывом принять «Декрет о власти».

Декрет о власти[41]

Исходя из принципов народовластия, Съезд народных депутатов заявляет:

<...> Статья 6 Конституции СССР отменяется. <...>

Функции КГБ ограничиваются задачами защиты международной безопасности СССР. <...>

В будущем необходимо предусмотреть прямые общенародные выборы Председателя Верховного Совета СССР и его заместителя на альтернативной основе.

<...> Съезд не может сразу накормить страну. Не может сразу разрешить национальные проблемы. Не может сразу ликвидировать бюджетный дефицит. Не может сразу вернуть нам чистый воздух, воду и леса. Но создание политических гарантий решения этих проблем — это то, что он обязан сделать. Именно этого от нас ждет страна! Вся власть Советам!

Сегодня внимание всего мира обращено к Китаю».[42] Мы должны занять политическую и нравственную позицию, соответствующую принципам интернационализма и демократии. В принятой Съездом резолюции нет такой четкой позиции. Участники мирного демократического движения и те, кто осуществляет над ними кровавую расправу, ставятся в один ряд. Группа депутатов составила и подписала Обращение, призывающее правительство Китая прекратить кровопролитие.

Присутствие в Пекине посла СССР сейчас может рассматриваться как неявная поддержка действий правительства Китая правительством и народом СССР. В этих условиях необходим отзыв посла СССР из Китая! Я требую отзыва посла СССР из Китая!»

[3. С. 260]

Интервью «Съезд не может сделать все сразу» [Литературная газета. 1989. 21 июня, см. также 3. С. 279].

Интервью «Степень свободы» [Огонек. 1989. № 31 (июль), см. также 3. С. 290]

Июнь — август

Поездка в Европу (Голландия, Великобритания, Норвегия, Швейцария, Италия) и США.

28 июня

Осло. Торжественный прием, устроенный норвежским Нобелевским комитетом в честь А. Д. Сахарова — через 14 лет после присуждения ему Нобелевской премии Мира.

Июль

А. Д. Сахаров (заочно) избран одним из сопредседателей Межрегиональной группы депутатов.

Выступление на 39-й Пагуошской конференции в США с призывом осудить репрессии в Китае.

«Франс Пресс:

Два китайских делегата — участники 39-й Пагуошской конференции, открывшейся в понедельник в Кембридже (штат Массачусетс, США), покинули зал заседаний после того, как советский физик Андрей Сахаров призвал собравшихся осудить репрессии против демократического движения в КНР. Китайские ученые находились вне пределов собрания в течение 45 минут, пока советский ученый не закончил выступление. Затем профессор Пекинского университета Ши Шуньбэнь, отвечая Сахарову, обвинил его в полном непонимании китайских проблем и предложил поэтому избирать соответствующие рамки для критики. «Мир можно строить на основе международного сотрудничества, а не на вмешательстве во внутренние дела других стран», — заявил профессор».

[Правда (рубрика «Сообщают зарубежные агентства»). 1989. 26 июля. С. 5]

Находясь в США А. Д. Сахаров работает над проектом Конституции и заканчивает вторую книгу воспоминаний.

А. Д. Сахаров: «Конечно, окончание работы над книгой создает ощущение рубежа, итога. «Что ж непонятная грусть тайно тревожит меня?» (А. С. Пушкин). И в то же время — ощущение мощного потока жизни, который начался до нас и будет продолжаться после нас. Это чудо науки. Хотя я не верю в возможность скорого создания (или создания вообще?) всеобъемлющей теории, но я вижу гигантские, фантастические достижения на протяжении даже только моей жизни и жду, что этот поток не иссякнет, а, наоборот, будет шириться и ветвиться. Судьба страны. Съезд переключил мотор перемен на более высокую скорость. Забастовка шахтеров — это уже нечто новое, и ясно, что это только первая реакция на «ножницы» между стремительно растущим общественным сознанием и топчущейся на месте политической, экономической, социальной и национальной реальностью. Только радикализация перестройки может преодолеть кризис без катастрофического откатывания назад. Съезд наметил в выступлениях «левых» контуры этой радикализации, но главное все же еще нам предстоит коллективно создать. Глобальные проблемы. Я убежден, что их решение требует конвергенции — уже начавшегося процесса плюралистического изменения капиталистического и социалистического общества (у нас это — перестройка). Непосредственная цель — создать систему эффективную (что означает рынок и конкуренцию) и социально справедливую, экологически ответственную.

Семья, дети, внуки. Многое я упустил — по лености характера, по невозможности чисто физической, из-за сопротивления дочерей и сына, которое я не мог преодолеть. Но я не перестаю об этом думать. Люся, моя жена. На самом деле это единственный человек, с которым я внутренне общаюсь. Люся подсказывает мне многое, что я иначе по своей человеческой холодности не понял бы и не сделал. Она также большой организатор, тут она мой мозговой центр. Мы вместе. Это дает жизни смысл.

Ньютон — Вествуд.

Июль — август 1989 г.»

[5. С. 220]

Сентябрь — октябрь

Поездка в Свердловск и Челябинск.

Поездка в Японию на Форум Нобелевских лауреатов.

Продолжение работы над собственным проектом Конституции.

Участие в работе II сессии Верховного Совета СССР.

Из газетных сообщений

Известия. 16 октября 1989 г. «Депутат А. Д. Сахаров настаивал: нельзя изменять Закон о кооперации — первое, как он выразился, детище перестройки. По мнению депутата, надо поставить в равные условия кооперативы и государственные предприятия, действовать экономическими, а не запретительными мерами».

Там же. 18 октября 1989 г. «Депутат А. Д. Сахаров настаивал на публикации разных вариантов спорных статей законопроекта (о собственности. — Сост.)».

Там же. 19 октября 1989 г. «По мнению депутата А. Д. Сахарова, внесенный на обсуждение законопроект (Об общих началах местного самоуправления и местного хозяйства в СССР. — Сост.) не реален без решения проблемы соотношения советской и партийной власти, чему мешает, на его взгляд, 6-я статья Конституции СССР».

Красная звезда. 19 октября 1989 г. «Академик А. Д. Сахаров, поддерживая мысль, высказанную в докладе и некоторыми выступающими, что Закон о самоуправлении необходимо принимать вместе с рядом законов, имеющих основополагающее значение для общества, — о собственности, о земле, о единой налоговой системе и др., предложил включить в этот пакет Закон о национальной конституционной реформе.

Мы не можем уклониться от обсуждения соотношения власти партийной и советской, продолжил он. На местах двоевластие. Это анахронизм. Поэтому 6-я статья Конституции СССР, считает он, должна быть отменена. „Мы стоим на пороге многопартийной системы, — сказал академик. — Коммунистическая партия имеет право на существование, как и любая другая партия, как и любая церковь”».

Известия. 29 октября 1989 г. «Обострил спор народный депутат А. Д. Сахаров, который сказал, что хотя сам он и избран от общественной организации, но решительно поддерживает противников такой практики. И даже готов пройти новый тур выборов, если Съезд поставит под сомнение его полномочия».

Ноябрь

Из интервью на Всесоюзном студенческом форуме (опубл.: Комсомольская правда. 1989. 16 дек.):

Вопрос: «Могут ли нынешние забастовки привести к введению военного или чрезвычайного положения на всей территории страны?»

А. Д. Сахаров: «Опасность чрезвычайного положения существует. Но и консервативный аппарат должен понимать, что это для него самоубийственная идея. Он не сможет защитить себя такими методами. Чрезвычайное положение перехлестнет через голову консервативного аппарата и создаст еще более консервативные структуры, которые его же и уничтожат».

29 ноября

Участвует в общем собрании Совета АН СССР по космомикрофизике.

Декабрь

Участвует в выработке текста резолюции Межрегиональной группы «О национально-конституционной реформе».

Завершает работу над проектом Конституции «Союза советских республик Европы и Азии» (см.: Новое время. 1989. № 52; 3. С. 266).

1 декабря

Выступает в Межрегиональной группе, призывая ко всеобщей политической забастовке 11 декабря с требованием отмены 6-й статьи Конституции.

Обращение группы народных депутатов СССР:

«Дорогие соотечественники!

Перестройка в нашей стране встречает организованное сопротивление.

Откладывается принятие основных экономических законов о собственности, о предприятиях и важнейшего Закона о земле, который дал бы наконец крестьянину возможность быть хозяином. Верховный Совет не включил в повестку дня Съезда обсуждение статьи 6 Конституции СССР.

Если не будет принят Закон о земле, пропадет еще один сельскохозяйственный год. Если не будут приняты законы о собственности и предприятии, по-прежнему министерства и ведомства будут командовать и разорять страну. Если статья 6 не будет изъята из Конституции, кризис доверия к руководству государства и партии будет нарастать.

Мы призываем всех трудящихся страны — рабочих, крестьян, интеллигенцию, учащихся — выразить свою волю и провести 11 декабря 1989 года с 10 до 12 часов по московскому времени ВСЕОБЩУЮ ПОЛИТИЧЕСКУЮ ПРЕДУПРЕДИТЕЛЬНУЮ ЗАБАСТОВКУ с требованием включить в повестку дня II Съезда народных депутатов СССР обсуждение законов о земле, собственности, предприятии и 6-й статьи Конституции.

Создавайте на предприятиях и в учреждениях, колхозах и совхозах, учебных заведениях комитеты по проведению этой забастовки!

     СОБСТВЕННОСТЬ — НАРОДУ!

     ЗЕМЛЯ — КРЕСТЬЯНАМ! 

     ЗАВОДЫ — РАБОЧИМ!

     ВСЯ ВЛАСТЬ — СОВЕТАМ!

Москва, 1 декабря 1989 года

Подписали народные депутаты СССР:

Сахаров А. Д.

Тихонов В. А.

Попов Г. Х.

Мурашев А. Н.

Афанасьев Ю. Н.»

5 декабря

Скончалась Софья Васильевна Каллистратова.

8 декабря

А. Д. Сахаров выступает на гражданской панихиде:

«У нас большое горе сейчас, мы осиротели, потому что мы чувствовали, что отношения наши с Софьей Васильевной — это не формальные отношения, а отношения старшего человека, умудренного жизнью и опытом и юридическими знаниями и человеческими, с более молодыми.

Я впервые услышал имя Софьи Васильевны Каллистратовой почти 20 лет тому назад в связи с ее защитой Петра Григорьевича Григоренко. Несколько дней назад я, как, наверное, и другие, имел возможность в «Московских новостях» вновь прочитать ее слова об этом замечательном человеке. Между этими датами — большой кусок жизни и Софьи Васильевны, и моей, и всех наших людей. За это время я знал ее как человека умного, волевого, доброго. У нас возникли личные, сердечные отношения. Я почувствовал ее теплоту по отношению к моим близким, причем теплоту, не индуцированную тем, что они — мои близкие, а исходящую прямо и непосредственно от взаимной симпатии, взаимных чувств.

Софья Васильевна на протяжении нескольких лет отвечала на письма, которые целыми горами приходили ко мне. Это были письма трагические, письма — просьбы о помощи, и Софья Васильевна отвечала, составляла советы. И житейский опыт, и юридические знания давали ей возможность это делать. Вообще Софья Васильевна умела находить правильные безошибочные ходы в том «законном беззаконии», в котором мы и вы должны были действовать и в котором она действовала.

Это были безошибочные ходы, правильные, но, конечно, они далеко не всегда приводили к результатам. Это уже зависело не от Софьи Васильевны. Все, что можно было сделать, она делала, и ее теплота, ее человеческий контакт — это, может быть, было самым главным.

Если попытаться в двух словах определить главное, доминантное в ее натуре, то, по-моему, это должны быть два слова: справедливость, стремление к справедливости, и доброта, стремление по-человечески помочь человеку, помочь ему, может быть, в самый трудный момент его жизни.

Конечно, это не все, что было в Софье Васильевне. Она была многосторонним человеком. У нее была своя личная судьба, свои проблемы. Все это в ней соединялось и делало ее полным, настоящим человеком. Но вот эти стремления, я думаю, что именно они: доброта и справедливость, чувство, стремление к справедливости, — сделали ее адвокатом, настоящим, как это уже сказано было, адвокатом по призванию.

И это уже потом свело ее с инакомыслящими, и Петром Григорьевичем и со многими другими, и сделало ее главным адвокатом этого мира. Причем на этом пути от Софьи Васильевны требовалось еще одно качество: удивительная смелость и качество борца. Качество — умение бороться за праведное дело и интеллектуально, и не жалея физических сил, которых у нее становилось с годами все меньше и меньше. Но она продолжала делать гораздо больше, чем на самом деле можно было, чем могла она делать по своим физическим силам, но она через «не могу» делала так, как велело ее сердце.

Мы сейчас прощаемся с ней.

Я хочу выразить свое соболезнование дочери, всем ее близким.

Спи спокойно, дорогая, любимая Софья Васильевна!»

[Магнитофонная запись]

11 декабря 10.00

Выступление в ФИАНе во время проведения двухчасовой предусмотрительной забастовки (см. Приложение 5 в сб.: А. Д. Сахаров в воспоминаниях коллег. М.: ФИАН, 1991).

11 декабря, 18.00

Выступление на заседании «Мемориала».

12 декабря

Выступление на втором Съезде народных депутатов СССР:

А. Д. Сахаров: «…Я предлагаю обсудить вопрос об исключении из Конституции СССР тех статей, которые препятствуют принятию в Верховном Совете законов о собственности и земле.

А что касается статьи 6, передаю телеграммы, которые я получил (прерывают)… А у меня их 60 тысяч…»

[Второй съезд народных депутатов СССР. Бюллетень № 1. М., 1989. С. 28]

В связи с принятием на II сессии Верховного Совета СССР закона о продлении срока предварительного следствия до 18 месяцев А. Д. Сахаров готовит выступление, которое не успевает произнести на съезде:

«28 ноября Верховный Совет СССР рассмотрел представленный Генеральным прокурором Союза ССР проект Закона «О внесении изменений и дополнений в статью 34 Основ уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик». При первом голосовании закон был принят в Совете Союза, но не прошел в Совете Национальностей. В таком случае должна быть создана согласительная комиссия (так и разъяснил Анатолий Иванович (Лукьянов. — Сост.) членам Верховного Совета), а переголосование проводится в обеих палатах. Однако председательствующий объявил, что Совет Союза больше голосовать не будет. После перерыва Совет Национальностей голосовал вторично. И Анатолий Иванович объявил, что закон принят. Это серьезное формальное нарушение. Мы должны быть внимательны в Верховном Совете и на Съезде, чтобы подобные инциденты не повторялись. Это первое. Второе: на том же заседании товарищ Оборин, отвечая на вопросы членов Верховного Совета о том, как этот вопрос решается в западных странах, ввел в заблуждение членов Верховного Совета (возможно, он сам был неверно информирован работниками аппарата, готовившими вопрос, но это не меняет сути дела). Я запросил Институт советского государственного строительства и законодательства и 6 декабря получил справку, которую передаю в Президиум. Кратко ее общие положения. Во-первых, во всех странах вопрос о порядке и сроках содержания под стражей находится под контролем судебных органов. Во-вторых, везде адвокат допускается с момента задержания, в связи с чем имеется институт дежурных адвокатов. В-третьих, нигде следствие не объединено с прокуратурой, призванной наблюдать за законностью ведения следствия. <...>

Хотя первая — формальная — причина вполне достаточна, чтобы отменить незаконно принятый закон, я считаю важным для его отмены и то, что члены Верховного Совета были неправильно информированы, хотя бы для того, чтобы лица, дающие им информацию, были достаточно ответственными. Должен обратить также ваше внимание на то, что проект закона был внесен на рассмотрение Верховного Совета Генеральным прокурором. То есть вместо того, чтобы следить за соблюдением законов, прокуратура в лице своего высшего руководителя стремится полностью развязать себе руки и вновь ввергнуть страну в пучину беззаконий времен культа личности, застоя и других достаточно мрачных времен.

Теперь по существу изменений статьи 34. <...> Реально в нашей жизни подозреваемый или обвиняемый находится в чрезвычайно тяжелых условиях давления следствия. У всех на памяти многочисленные случаи самооговоров, взятия вины на себя из-за пресс-камер, избиений, шантажа и угроз. У всех на памяти смертные приговоры невиновным, приведенные в исполнение не только в республиках, но и в Москве. Продление следствия, в котором нет никакой необходимости (девять месяцев, разрешенные сейчас, — достаточно большой срок), — это ужесточение и без того антигуманного нашего законодательства, в котором нет никакой необходимости. <...> Ведь мы столько говорили о гуманизации законодательства, а единственно, что родили, так этот беззаконный закон. <...>

Народный депутат

Сахаров А. Д., 14 декабря 1989»

[Лит. газета. 1989. № 52 (27 дек.)]

14 декабря. 15.00

Последнее выступление Андрея Дмитриевича Сахарова в Кремле на собрании Межрегиональной депутатской группы (напечатано: Московские новости. 1989. 17 дек.; 3. С. 277):

«Я хочу дать формулу оппозиции. Что такое оппозиция? Мы не можем принимать на себя всю ответственность за то, что делает сейчас руководство. Оно ведет страну к катастрофе, затягивая процесс перестройки на много лет. Оно оставляет страну на эти годы в таком состоянии, когда все будет разрушаться, интенсивно разрушаться. Все планы перевода на интенсивную, рыночную экономику окажутся несбыточными, и разочарование в стране уже нарастает. И это разочарование делает невозможным эволюционный путь развития в нашей стране. Единственный путь, единственная возможность эволюционного пути — это радикализация перестройки.

Мы одновременно, объявляя себя оппозицией, принимаем на себя ответственность за предлагаемые нами решения, это вторая часть термина. И это тоже чрезвычайно важно.

Сейчас мы живем в состоянии глубокого кризиса доверия к партии и к руководству, из которого можно выйти только решительными политическими шагами. Отмена статьи 6 Конституции и других статей Конституции, которые к ней примыкают, — это сегодня политический акт. Не чисто юридически-организационный. Это важнейший политический акт, который именно сейчас необходим стране, а не через год, когда будет завершена работа над новым текстом Конституции. Тогда это все будет уже поздно. Нам нужно уже сейчас возродить к делу перестроечные процессы.

И последнее, что нам необходимо, — это восстановить веру в нашу Межрегиональную группу. Межрегиональная группа — с ней связывало население страны огромные надежды. За эти месяцы мы стали терять доверие.

Последнее, о чем я хотел сказать, — то, что говорил Гольданский: был ли подарком правым силам призыв к политической двухчасовой забастовке и будет ли подарком правым силам объявление оппозиции. И с тем, и с другим я категорически не согласен. То, что произошло за эту неделю при обсуждении нашего призыва, — это важнейшая политизация страны, это дискуссии, охватившие всю страну. Совершенно неважно, много ли было забастовок. Их было достаточно много. В том числе были забастовки в Донбассе, были они в Воркуте, были во Львове, во многих местах. Но не это даже принципиально важно. Важно, что народ нашел наконец форму выразить свою волю, и он готов оказать нам политическую поддержку. Это мы поняли за эту неделю. И мы этой поддержки не должны лишиться. Единственным подарком правым силам будет наша критическая пассивность. Ничего другого им не нужно, как это».

Скончался 14 декабря 1990 г.