СИБИРЬ

СИБИРЬ

Уходит за «поскотину»

Веселая гурьба.

У запевалы голос то,

Как в судный день труба!

Гармошка стонет, жалуясь,

Как человек, поет,

О том, что чья-то молодость

Напрасно пропадет.

Как всхлипнула гармоника.

Да как зашлась от слез…

От ветра чуть колышется

Пшеница и овес.

Привольно за «поскотиной»

Ватаге молодых, —

Просторы наши Русские

Раскинуты для них!

Дубравы в ночи праздников

Для молодой гульбы.

Под картузами новыми

Приспущены чубы.

Кисеты шиты бисером.

Цыгарок едкий дым.

Горят глаза лукавые

Задором молодым.

Сыграй, сыграй, гармоника,

Про молодость мою,

Про серый дом бревенчатый.

Стоявший на краю

Той самой тихой улицы,

Где милый проживал,

Где хаживал, поглядывал.

Да песней подзывал.

В бору грибы да ягоды,

В полях растут цветы,

В глазах у русской девушки

Всегда цветут мечты…

А где тот домик серенький,

«Крестовый» домик тот,

И кто теперь в том домике

Невесело живет?

Сидит ли кто мечтательно

Ночами у окна,

Когда село окутают

И мрак и тишина?

И так же ли гармоника

Рыдает и грустит?

А может быть, молчит она,

И… гармонист убит?

Прокуковала вещая

Кукушка мне о том,

Что через год покину я

Отцовский край и дом.

Цыганка нагадала мне:

«С иконкой на груди

На чужедальнюю сторону

Украдкой уходи»…

Кукушке не поверила,

Цыганку прогнала.

Куда пойду из милого

Веселого села?

Гаданье-то цыганское

Все через год сбылось:

Бездомною кукушкою

На свете жить пришлось.

Сыграй, сыграй, гармоника,

Про молодость мою.

Сама я песен ласковых,

Как прежде, не пою.

Пусть гармонист расстрелянный

Не снится мне весной;

Пусть не шумит черемуха

Чужбиной надо мной!..

24 мая 1935 г.