ИНКВИЗИТОР

ИНКВИЗИТОР

Я не знаю, зачем

Пьяным ветром окошко разбито?

Алый знак на плече —

Отпечаток ночного визита…

Не в двенадцать часов, —

Пред зорькой пришел посетитель.

Мало сказано слов,

Резко брошено слово: — пустите!

Я молчала в ответ,

Я закрылась плотней одеялом.

— Ах, скорей бы рассвет! —

Боязливо и глухо стонала…

Он не в двери вошел…

Пьяным ветром окошко разбито!

— Мне с тобой хорошо! —

Прошептал мой ночной инквизитор.

Клубом белого льна

Покатилась к порогу собака,

Испугалась она

Черных глаз, алых губ вурдалака.

Усмехнулся чуть-чуть,

И махнул безнадежно рукою:

— Не умею уснуть

И нигде не найду я покою.

А потом… а потом…

И грозил и молил черноглазый:

— Расскажи мне о том…

Я люблю твои слушать рассказы…

Не шептал, а кричал:

— Угадала ты, как я несчастен!

Для меня по ночам

Разрывай свое сердце на части!

Расскажи, расскажи

Мне о том, что от глаз моих скрыто.

Как сверкают ножи,

И убийца бывает убитым.

Ах, об этом молчат

Золоченные в небе созвездья…

Я ищу палача,

За грехи мои жажду возмездья!..

В покаянный свой час

Вурдалак содрогался и плакал…

Не сводя с него глаз,

Мелкой дрожью дрожала собака.

Горькой мыслью пойму,

Почему его сердце жестоко…

Расскажу я ему

Как мы ищем вождя и пророка.

Верю я — он идет,

Виден облик его сквозь туманы.

И начнется исход

Человечества в новые страны.

Загорится звезда,

Но не та, и не та, и не эта!

Все мы будем тогда

Музыканты, певцы и поэты…

Слушай, слушай меня

Кровопийца, упырь, инквизитор!

Ведь, до этого дня

Все убийцы будут убиты.

Сгинуть вам бы пришлось,

Никого бы из вас не осталось,

Чтобы легче жилось,

Чтобы легче на свете дышалось!

— Напряженно молчал

И рассказы внимательно слушал.

Сладко взмахом меча

Усмирять кровожадную душу!

Есть такая черта,

Уничтожить которую нечем…

Ах, в углах его рта

Неостывшая кровь человечья!

Знаю я, что потом,

Наклонившись, рванет одеяло!

Чтоб под пламенным ртом

Проклинала! Рвалась! И рыдала…

А, в ответ на мой стон,

Его губы все ярче алеют.

Да, такие, как он,

Никогда, никого не жалеют!..

Рвется голос, звеня:

— За великую жалость — расплата,

Выпьет жизнь из меня

Вурдалак, кровопийца проклятый! —

Пропоют петухи,

И уйдет он из этого мира,

Напишу я стихи

О кровавых объятьях вампира.

В наступающий день

Только другу я правду открою:

Он не дух и не тень,

И у многих слывет он героем…

……………………………. Я не знаю, зачем

И во имя чего это надо?

Алый знак на плече —

Огневой поцелуй Торквемады…

«Рубеж», 1929, № 17