МАМОНТ

МАМОНТ

Амакинцы любили шутку. И ни одно 1 апреля не проходило без розыгрышей. Они были самыми разнообразными: от примитивных («тебя вызывает начальник» или «в магазине водку продают») до весьма изощренных и остроумных. Один такой розыгрыш имел место в 1982 году и благодаря поэтическому его оформлению сохранился в памяти амакинцев.

Владимир Феодосеевич Симоненко, начальник Эбеляхской партии, прислал в Нюрбу радиограмму, в которой уведомил руководство Амакинки, что в одном из разведочных шурфов найден замерзший мамонт. Начальник экспедиции Валентин Филиппович Кривонос отдал РД главному геологу экспедиции Валерию Макаровичу Подчасову с припиской, что вряд ли это вероятно для изучаемых современных отложений. Тот, не посмотрев на дату отправки радиограммы и не вникнув в ее суть, тотчас позвонил в Якутское геологоуправление (что называется, не заглянув в святцы, да бух в колокол). Там тоже не придали значения числу месяца, и эту радостную весть сообщили в ЯФАН. Естественно, ученые всполошились и обрадовались. Да это и понятно: не каждый день в мерзлоте находят останки мамонтов. Тут же снарядили двух «мамонтоведов» проверять заявку.

Дальше история несколько запутанна. То ли «мамонтоведы» прилетали в Нюрбу, то ли не успели прилететь, поскольку амакинцы дали отбой, сообразив, что весть о мамонте — первоапрельская шутка, осталось невыясненным. Но билеты на самолет они брали, это точно. Вероятно, потом ученые попеняли геологам за обман, а может, и не попеняли, но тем самим было неловко (естественно, так дешево купиться!), но продолжение истории было такое. Симоненко наказали: то ли вынесли административное взыскание, то ли лишили премии за то, что «засоряет пустяками эфир» (классическое выражение бывшего заместителя начальника экспедиции П. Д. Мартыненко). Словом, первоапрельская шутка вышла ему боком. Впоследствии он точно не попал в африканскую командировку.

А поскольку общественный резонанс был очень широк и продолжителен, то через какое-то время шутку обыграли в стихах (автор Г. Г. Камышева):

Однажды Симоненко

Владимир Федосеич,

А может быть, Зарецкий

Михалыч Леонид

Отправил с Эбеляха

в Нюрбу радиограмму,

А может, не отправил,

а лично доложил?

В ней срочно сообщалось,

что где-то в неогене

Шурфом раскопан мамонт,

а может, овцебык.

Чтоб в этом разобраться,

чтоб не было двух мнений,

Пришлите кандидатов

каких-нибудь наук.

Ученые собрались,

на крыльях прилетели!

А мамонт вдруг встряхнулся

и рысью припустил...

Товарищ Симоненко

Владимир Федосеич

На первое апреля

немножко пошутил!

Пока в Нюрбу тот мамонт,

а может, и не мамонт,

А может, мамонтиха,

а может, овцебык

Бежал себе тихонько,

а может, и быстрее,

А может, и в снегу залег?

В Нюрбе раздался крик:

«Товарищ Симоненко, —

сказал ему Подчасов.

А может, не Подчасов,

— сам батька Кривонос? —

Что будет есть в дороге

проснувшийся тот мамонт?

Как думаете в целом

решать такой вопрос?»

Здесь надо отвлечься и заметить, что фраза «решать вопрос в целом» была одной из любимых и часто употребляемых В. Ф. Кривоносом. Наблюдательные амакинцы не преминули это подметить в стихе:

«Чтоб мамонт тот не помер,

дошел живой-здоровый,

Чтобы наука знала,

как он в пути живет,

С тринадцатой зарплатой

придется Вам расстаться,

Она пойдет на корм тому,

кто к нам пешком идет!»

Вот время пролетело,

уехал Симоненко,

В Чернигове с семьею

спокойно он живет.

Но помнит Амакинка,

что Эбеляхский мамонт,

А может, мамонтиха

тайгою все бредет.

«Мы рады сообщить Вам,

Владимир Федосеич,

Что мамонт ваш живучий

и даже дал приплод!

С восторгом сообщаем,

что первого апреля

От этого животного

родился бегемот!!!»