СОВЕТСКИЙ КРЫМ

СОВЕТСКИЙ КРЫМ

В Москве у Гавена опять резко обострилась болезнь, и ему пришлось лечь в госпиталь. Отсюда он продолжал поддерживать связь с крымскими подпольщиками, понесшими большие потери. В Николаеве был схвачен и расстрелян белогвардейцами Нисон (Миша) Сосновский. Позднее погибли Спер-Просмушкин и другие.

В феврале 1920 года, предвидя близкое освобождение Крыма, ЦК РКП(б) направил Юрия Гавена на Украину. Был образован Крымский ревком в составе Д. И. Ульянова, Ю. П. Гавена, М. К. Ветошкина, С. Меметова и С. Идрисова. ЦК партии тогда же утвердил членами бюро Крымского обкома Гавена (секретарем обкома), Ульянова и Ветошкина, с тем чтобы после освобождения Крыма доизбрать в обком местных партийных работников. В марте 1920 года Крымский ревком и бюро обкома переехали в Мелитополь, где совместно с политическим аппаратом 13-й армии приступили к формированию кадров будущих крымских партийных, советских, профсоюзных и других организаций.

Во время июньского наступления Врангеля образованный в феврале Крымский ревком и бюро обкома партии были ликвидированы. На последнем заседании бюро обкома утвердило Юрия Гавена уполномоченным по организации связи с крымским большевистским подпольем. Его помощником был утвержден Лев Павлович Немченко (Павлов). В конце мая в Харькове был организован Закордонный отдел ЦК КП(б)У (Закордот), к которому перешли все функции связи и организации подполья в Крыму. Но Гавен заболел, и его отправили в Славянск на лечение, где он пробыл до первых чисел сентября. Он был в курсе деятельности крымского отдела Закордота. Л. П. Немченко держал с ним непрерывную связь. По возвращении из госпиталя Гавен назначается руководителем крымского подотдела Закордота.

Гавен организовал новые опорные базы в Очакове и других Местах в помощь крымскому подполью. Отсюда направлялось подкрепление подполью людьми, опытными подрывниками. Еще летом 1920 года через Закордот был направлен в Крым для руководства партизанской борьбой близкий друг Гавена Алексей Васильевич Мокроусов. Позже были направлены в Крым И. Д. Папанин и другие товарищи, высадившиеся в тылу белых. Связь Гавена с борьбой подпольщиков не прерывалась ни на один день. Едва поправившись, он осенью 1920 года лично участвовал в организации разведывательных операций в тылу врангелевцев.

В конце лета 1920 года Гавена постигло большое горе. Погиб Ане, ставший командиром 10-й дивизии, находившейся в составе 16-й армии. Он одним из первых ворвался в Брест-Литовск и был убит осколком снаряда. Вскоре умер от эпидемии первенец Гавена — Май. Гибель брата и сына была жестоким ударом для Гавена и Арменуи.

К началу ноября Красная Армия загнала Врангеля в Крым. Готовился исторический штурм Перекопа. Был вновь создан Крымский ревком. ЦК РКП(б) утвердил его членами Р. С. Землячку, Бела Куна, Ю. П. Гавена, Д. И. Ульянова, А. Лиде, С. Меметова.

Юрий Гавен часто бывал в вагоне командующего фронтом Михаила Васильевича Фрунзе. Они встречались как политкаторжанин с политкаторжанином. В канун решающих боев за овладение полуостровом командующий фронтом устанавливал с Гавеном возможность встречных действий партизан в тылу белых. М. В. Фрунзе интересовался, как готовится восстановление и организация Советской власти в Крыму.

Чуждый всякой национальной ограниченности, Гавен гордился своими братьями — латышскими стрелками, сражавшимися на подступах к Крыму. Многие из них сложили головы в боях за освобождение советской земли. Они герои переправы через Сиваш и боев на Юшуньских позициях. Гавен знал Карла Стуцку, Яна Крумина, хорошо знал Роберта Эйдемана.

В дни III годовщины Октябрьской революции вслед за героями 30-й дивизии, штурмом овладевшими Чонгарским мостом, двинулся и Крымский ревком. Саперы 30-й уже восстанавливали взорванные врангелевцами пролеты, когда вагон Крымревкома подошел к мосту. Желание попасть скорее в Крым было настолько велико, что Гавен и работники ревкома и обкома партии решили идти пешком. Ночью, без фонарей, Гавен с Арменуи, Саша Урановский, И. Каменский, Б. Поляков и другие прошли по неоконченному брусчатому настилу и вступили на крымскую землю.

Народ восторженно встречал красных воинов. Крым ликовал!

17 ноября 1920 года в первом номере газеты «Красный Крым» сообщалось, что «Крымский областной комитет РКП(б) помещается на улице Менделеева в доме № 2 в особняке Крыжановского». В этом же особняке жил Юрий Гавен. Вместе с ним жили коммуной его близкие друзья.

После освобождения Крыма все органы власти возглавляли люди, вступившие на полуостров в рядах Красной Армии. На деятельности армейских товарищей сказывалось слабое знание хозяйственного положения, социальных и национальных отношений в крае. Гавен, считавшийся «старым» крымским работником, с большим тактом оказывал им необходимую помощь и поддержку. В конце ноября начались бои с махновской «повстанческой армией». Бои продолжались до начала декабря, когда остатки махновцев вырвались через Перекоп в Северную Таврию. Многие махновцы рассеялись по полуострову небольшими шайками. Но к концу года махновщина была разгромлена и бесчинства ликвидированы.

1 декабря 1920 года в извещении № 1 Крымревкома сообщалось об образовании Чрезвычайной комиссии по переселению рабочих в дома буржуазии. Правда, массовое переселение нуждающихся рабочих из лачуг в благоустроенные дома центра и района Нового города началось еще до официального сообщения.

В конце декабря Юрий Гавен выступил с большой речью на заседании широкой беспартийной рабочей конференции. Он говорил, что перед трудящимися Крыма расчищен путь возвращения к мирному труду. Делегаты конференции приветствовали декрет Советского правительства от 21 декабря 1920 года «Об использовании Крыма для лечения трудящихся».

К новому 1921 году, через шесть недель после освобождения Крыма, местные органы власти всюду овладели положением и наладили нормальную работу. Профсоюзы перестраивались по производственному принципу, из их правлений были изгнаны меньшевики и эсеры. В правлении кооперативов были введены коммунисты из армейского продовольственного аппарата.

Начался новый, очень трудный для Крыма 1921 год. Гавен много и плодотворно участвовал в разрешении самых неотложных задач, вел огромную работу в Крымревкоме. С января 1921 года ему были подчинены отделы труда и финансов. При этом за ним было оставлено и общее наблюдение за работой всех отделов Крымревкома.

Бежавшая со всех концов страны в Крым буржуазия и местные спекулянты, нажившиеся на войне, награбили массу ценностей, но вывезти их не успели.

В середине января в Крыму было произведено вскрытие сейфов частных владельцев в банках. При ревизии сейфов нашли спрятанное буржуазией огромное количество драгоценностей, серебра, платины, золотых ювелирных изделий, бриллиантов, жемчуга, валюты и ценных процентных бумаг. Это было неплохим началом финансовой деятельности Гавена.

В январе же Крымревком занялся учетом рабочей силы, мобилизацией специалистов, их трудоустройством и отправкой в промышленные центры Советской страны. В гражданскую войну бежала на юг, в Крым, вместе с буржуазией и белыми офицерами масса буржуазных специалистов: инженеры, экономисты, агрономы и прочие. Далеко не всех можно было использовать в хозяйстве Крыма. В то же время в них была большая нужда в промышленных районах страны. Мобилизация и трудоустройство многих тысяч «спецов» и планомерная «переброска» их на север явились плодотворным делом Комтруда, подчиненного Гавену.

Намечены были меры, которыми регулировались порядок и сроки предоставления отпусков трудящимся по болезни. Крымревком принял постановление об охране труда подростков и молодежи, об установлении института выборных молодежных инспекторов труда. Практически основные вопросы организации труда в Крыму решались при непосредственном участии Гавена.

Он руководил массовой кампанией трудовой мобилизации. Началась беспощадная борьба с труддезертирами, бездельниками, лодырями и тунеядцами. Был брошен лозунг: «Буржуазию-белоручек — на принудительные работы!» Само собой разумелось, что диктатура рабочего класса — это диктатура труда над бездельниками и дармоедами, война паразитам. В городах на всех перекрестках тянулись транспаранты с надписями: «Кто не работает, тот не ест!»

Гавену были подчинены учреждения народного суда и революционных трибуналов в Крыму. На полуострове еще остались банды, организованные белогвардейцами и иностранной агентурой. Не проходило дня без нападений бандитов на наши воинские части. Редкий день проходил без убийства советского или партийного работника. Не прекращались нападения на пассажиров и автотранспорт на магистральных дорогах. В глубинных районах банды терроризировали целые селения, убивали татар-коммунистов и советских активистов. Чекистам и особистам пришлось немало потрудиться в борьбе с контрреволюцией. Гавен был одним из руководителей этой борьбы.

В феврале состоялся первый крымский съезд представителей ревкомов. Открывая съезд, Гавен напомнил о значении Крыма как всероссийской здравницы и призвал местных работников оправдать надежды трудящихся на отдых и лечение в благодатном Крыму.

В середине марта 1921 года Гавен докладывал на крымском съезде профсоюзов «О задачах профсоюзов и восстанов лении хозяйства, разрушенного войной». Доклад был выслушан с огромным вниманием. В общепартийной дискуссии о роли профсоюзов Гавен защищал линию ЦК партии и твердо стоял на ленинских позициях. Он последовательно выступал против троцкистского тезиса огосударствления профсоюзов, низведения их на положение казенных канцелярий. Он боролсл также с «рабочей оппозицией», которая проповедовала анархо-синдикалистские начала в профсоюзных органах и сбивалась на отрыв профсоюзов от партийного руководства.

Во второй половине марта Гавена утвердили председателем комиссии по улучшению быта рабочих. Комиссия продолжила массовое переселение нуждающихся рабочих и инвалидов войны в квартиры буржуазии, занималась устройством быта престарелых рабочих, детскими домами и борьбой с безработицей.

Крымревком утвердил инструкцию и план устройства домов-коммун при фабриках и заводах для семейных и одиноких рабочих с общим питанием, общими кухнями и столовыми, читальнями, яслями и детскими садами. Гавен с семьей тоже поселился в доме-коммуне. В этом удивительно красивом по своей архитектуре здании утвердился дух интернациональной дружбы. Каждый, кто впервые попадал сюда, сразу замечал это. Кроме семьи Гавена, в этой коммуне жили личный секретарь Юрия Петровича — Шалва Эришвили, молодой студент-коммунист, душевный и жизнерадостный грузин; старый товарищ Арменуи по енисейской ссылке, скромная и молчаливая ткачиха Ксения Несвадьба, работавшая на местной фабрике «Труд»; старая большевичка — работница Люба Пындрик; Фаина Ставская — политкаторжанка, отбывавшая в Рижском централе часть своего срока каторги, а теперь работавшая культурницей в Крымпрофсоветё.

Жили в коммуне в разное время коммунисты — бывшие политкаторжане Захарий Прокофьев и Валентин Усенко, высококвалифицированные рабочие-металлисты Николай Соколов — старый большевик, московский филипповский булочник, активный участник Московского декабрьского восстания 1905 года, и Эрнст Маркау — бывший узник Рижского централа. Жил в этой коммуне и автор настоящей книги.

Каждый отдавал свою зарплату в общий котел. Мужчины-крымпрофсоветовцы ночевали в большой дубовой столовой, где стояло несколько широких турецких диванов, а женщины — в зимнем саду с гротом и аквариумом. Семья Гавена имела свою спальню и отдельный рабочий кабинет для Юрия Петровича. В особняке была еще просторная голубая гостиная, использовавшаяся довольно часто как комната для приезжих товарищей. Только заезжавшим к Гавену Н. А. Семашко и А. В. Луначарскому отводили отдельную комнату возле кухни или рабочий кабинет Гавена. Таких коммун, как у Гавена, было в Симферополе несколько: для политкаторжан, для работников обкома партии, обкома комсомола, для большой группы бывших красных партизан.

В коммуну Гавена были перенесены все самые лучшие традиции коммун политических ссыльных. Господствовали полное равенство и коллективизм. Коммунары приносили не только свою зарплату, но и свои лучшие личные качества: огромный заряд оптимизма, гуманность и жизнерадостность. Вечерами пели песни, играли на гитаре или на пианино, читали вслух стихи, спорили о книгах, писателях, поэтах, ссорились из-за Маяковского и пролеткультовцев, иногда ходили всей коммуной в театр.

В этом доме бывали застрявшие тогда в Крыму Леонид Витальевич Собинов и Антонина Васильевна Нежданова. И не раз коммунары наслаждались их замечательным пением. Собинов одно время даже заведовал музыкальным сектором Крымнаробраза.

Секретаря областного комитета партии Акулова и Гавена прикрепили к партячейке аэропланосборочного завода «Анатра». Рабочие этого завода с самого начала революции в Крыму сыграли авангардную роль в борьбе за установление Советской власти. Они участвовали в памятном январском восстании 1918 года. Здесь на этом заводе в начале октября 1917 года Гавен впервые на крымской земле выступил перед большим рабочим митингом. Тогда на этом оборонном предприятии еще работали сотни квалифицированных питерских рабочих, переброшенных сюда в годы первой мировой войны.

В апреле 1921 года Юрий Гавен работал в комиссии, подготавливавшей тезисы докладов и проекты постановлений к предстоявшей крымской областной партконференции. Особенно много внимания уделял он тезисам по земельному вопросу, правильное решение которого предопределяло успешное восстановление хозяйства края и укрепления молодой Советской власти на полуострове.

Арменуи Оввян работала секретарем и членом бюро армянской секции областного комитета КП(б) и членом редакционной коллегии издававшейся в Крыму армянской газеты «Колокол Коммуны». Армянская секция вела борьбу с дашнаковскими группами на полуострове. Пришла весть, что 18 февраля во время мятежа дашнаков погиб брат Арменуи Шаварш Оввян. Раненный в бою, Шаварш попал в руки дашнаков и был растерзан. Бывший чекист и подпольщик пал смертью храбрых. Арменуи тяжко переживала гибель брата. Другой ее брат-близнец, Ашот, тоже коммунист, член армейского солдатского комитета, погиб еще в 1918 году в бою против белогвардейцев. После гибели Анса смерть Шаварша была самым тяжелым ударом по семье Юрия Гавена.

К весне 1921 года на крымских промыслах накопились десятки миллионов пудов соли. Главным комиссаром по охране и вывозке соли из Крыма был назначен командующий войсками Украины и Крыма М. В. Фрунзе. Соль тогда являлась крайне дефицитным продуктом. Простая поваренная соль, миллионы ее пудов составили тогда основу всей казны наравне с золотом. Соль выменивалась нашими продовольственными органами на зерно и другие продукты, помогала им в хлебозаготовках.

Известно, какое значение В. И. Ленин придавал вопросу о соли. 18 мая 1921 года Владимир Ильич писал Фрунзе: «Урожай на Юге превосходный… Теперь главный вопрос всей Советской власти, вопрос жизни и смерти для нас, — собрать с Украины 200–300 миллионов пудов. Для этого главное — соль. Все забрать, обставить тройным кордоном войска все места добычи, ни фунта не пропускать, не давать раскрасть… Поставьте по-военному. Назначьте точно ответственных лиц за каждую операцию. Мне их список (все через Главсоль). Вы — Главком соли. Вы отвечаете за все»[16]. Несмотря на огромные трудности, директива В. И. Ленина о добыче, охране и вывозке соли была выполнена. Гавен был непосредственным участником соляной кампании. Он руководил мобилизацией рабочих и гужевого транспорта.

В мае и начале июня на полуостров приехал М. В. Фрунзе. Вместе с командующим войсками Крыма Ионой Эммануиловичем Якиром и Гавеном они обсуждали вопросы амнистии и борьбы с бандитизмом в Крыму. М. В. Фрунзе был председателем совещания по борьбе с бандитизмом на Украине. При КрымЧК была учреждена комиссия (особое постоянное совещание) по борьбе с бандитизмом. В нее включили представителей военного командования округа, ревкома и обкома партии. Председателем комиссии утвердили Гавена.

Крымревком продлил амнистию бывшим белогвардейцам.

В приказе говорилось: «Ревком Крыма обращается ко всем гражданам, находящимся в горах, предлагает им осознать свою преступную и бесполезную борьбу с рабоче-крестьянской властью, сложить свое оружие и явиться добровольно в ближайший ревком, гарантируя полную безнаказанность за преступления, указанные в постановлении ревкома об амнистии. Ревком приказывает всем чрезвычайным органам не применять никаких репрессивных мер по отношению к амнистированным, а также всем заградительным и прочим отрядам не чинить препятствий к явке с повинной в подлежащие ревкомы. Не явившиеся в течение указанного срока будут считаться врагами и предателями трудового народа и потому караться по всей строгости военно-революционного времени». Приказ подписал председатель Комиссии по проведению первомайской амнистии Ю. Гавен.

10 мая 1921 года «Известия» сообщили, что «президиум ВЦИК рассмотрел обнародованный Крымским ревкомом приказ об амнистии, находя, что вся амнистия проникнута духом великодушия Советской власти к своим бывшим врагам; президиум ВЦИК, считаясь с местными условиями, амнистию эту постановил утвердить». Сообщая об этом решении, «Красный Крым» писал 25 мая: «ВЦИК утвердил объявленную Крымрев-комом амнистию. Обманутые татары, несознательные офицеры! Советская власть протягивает вам руку прощения. Спускайтесь с гор! Вас ждет спокойная, честная жизнь. Перед лицом трудящихся всего мира мы заявляем: все добровольно явившиеся до 1 июня не понесут никакого наказания, им будет дана возможность заняться свободным, мирным трудом».

С середины 1921 года работала комиссия ВЦИК и ЦК РКП(б) для выяснения положения и оказания необходимой помощи Крыму. Комиссию возглавил член президиума ВЦИК П. Г. Дауге. Дауге остановился в доме Юрия Гавена, где комиссия часто заседала.

Комиссия выезжала во все города полуострова и во многие селения. Гавен участвовал в этих выездах. Состоялась встреча в Алуште членов комиссии с главарями «бело-зеленых» банд — Алешиным и Мумладзе. С ними велись переговоры о капитуляции, сдаче оружия советским комендатурам и полном роспуске банд. Участие Гавена в этих переговорах значительно содействовало их успешному исходу.

По достигнутому соглашению «бело-зеленым» гарантировалась неприкосновенность. Они стали сдавать оружие.

В отчетном докладе комиссия выдвинула много важных практических предложений. Важнейшим из них было предложение образовать Крымскую республику с включением ее в состав РСФСР на началах автономии. Член комиссии, уполномоченный ЦК РКП(б) и Наркомнаца, в специальной записке на имя Наркомнаца писал: «Гавен — единственный ответственный работник… знающий историю развития Советской власти в Крыму, способный установить там нормальный советский порядок… Он пользуется большим авторитетом как среди партийных, так и среди беспартийных людей».

Когда стало известно намерение секретариата ЦК РКП(б) отозвать Гавена в Москву, областной комитет партии по предложению А. И. Акулова решил: «Просить ЦК РКП(б) пересмотреть вопрос об отзыве Гавена в Москву и разрешить ему остаться в Крыму для работы, принимая во внимание значение Гавена для Крыма». Члены правительственной комиссии присоединились к этой просьбе обкома.

После объявленной амнистии стали спускаться с гор и сдаваться остатки белогвардейских и националистических банд. Это предвещало окончание кровавой борьбы на полуострове и без того достаточно пропитанном человеческой кровью. Однако не все и не сразу сложили оружие.

На состоявшейся в мае Крымской областной партийной конференции был избран новый обком. Секретарем избрали А. И. Акулова, членами обкома Ю. П. Гавена, Д. И. Ефремова, И. Э. Якира, Вл. Цифриновича, М. Островского, С. Меметова, М. X. Полякова и других. 25 мая обком утвердил членами президиума Крымревкома Акулова, Гавена, Полякова, Якира и Реденса. Председателем ревкома стал Поляков. На том же заседании был обсужден вопрос об образовании Крымской автономной республики.

26 сентября 1921 года оргбюро ЦК РКП(б) постановило рекомендовать Гавена на пост председателя ЦИК Крымской АССР. Это постановление встретило единодушную поддержку всей крымской парторганизации.

В ноябре 1921 года, в годовщину Октябрьской революции и освобождения Крыма, состоялся Учредительный съезд Советов республики, утвердивший конституцию Крымской АССР. Съезд избрал руководящие органы. Председателем КрымЦИК был избран Юрий Петрович Гавен. В своей речи после избрания Гавен благодарил съезд за оказанное ему доверие, которое он рассматривает как доверие к партии, политику которой он проводил все годы. Он сказал, что связь с трудящимися, их вовлечение в управление своей страной должны сделаться основным принципом деятельности всего советского аппарата. Съезд избрал Гавена одним из делегатов от Крыма на IX Всероссийский съезд Советов.

В обращении съезда ко всем трудящимся Крыма, РСФСР, братских советских республик и к Красной Армии и флоту было сказано: «Века трудящиеся Крыма стонали под игом самодержавия. Цари, князья, помещики и капиталисты захватили лучшие земли Крымского полуострова, согнали с насиженных гнезд бедняков, отняли у них плодородные долины и склоны Южного берега… Ныне Крым свободен, и в годовщину его освобождения… Всекрымский съезд Советов… от имени трудящихся Крыма посылает пламенный привет РСФСР, братским советским республикам… Красной Армии и флоту и клянется, что трудящиеся, рабочие и крестьяне станут по первому призыву на защиту завоеваний Октябрьской революции… Съезд приветствует передовой отряд пролетарской революции — РКП, памятуя, что победу трудящиеся одержали под руководством Коммунистической партии. Съезд приветствует штаб мировой пролетарской революции — Коммунистический Интернационал и шлет приветы пролетариям всего мира…

Съезд постановил исправить вековую несправедливость, причиненную крымским крестьянам, особенно бедноте, и утвердил закон о земле, по которому будут наделены землей безземельные и малоземельные крестьяне Крыма… Органы власти в Крыму направят все свои усилия к улучшению положения промышленных рабочих, хлебопашцев, виноградарей, табаководов, садоводов».

В ознаменование годовщины освобождения и годовщины Октябрьской революции, провозглашения Крымской республики съезд Советов постановил объявить широкую амнистию, а также открыть в каждом округе Крыма по одному учреждению большого культурного значения, присвоив им имена борцов, павших за освобождение полуострова.

В торжественный день празднования годовщины освобождения Крыма состоялся военный парад. Гавен вручил красное знамя кавалерийским командным курсам. Вечером на торжественном заседании он выступил с большим докладом об истории революционной борьбы за установление Советской власти в Крыму. Участники заседания слушали его как одного из главных участников этой борьбы. Вместо общепринятой в подобных заседаниях резолюции все собравшиеся в едином порыве дали торжественную клятву красноармейца.

Опубликованный 19 ноября 1921 года за подписью Гавена земельный закон, принятый Учредительным съездом Советов Крымской республики, предусматривал, что из 750 тысяч десятин помещичьих земель только 150 тысяч десятин остались в совхозах, а 600 тысяч образовали земельный фонд в 30 почвенных зонах Крыма, для каждой из которых была установлена своя особая норма земельного надела. Землю предоставляли на срок до 15 лет, преимущественно сельской бедноте. Земельный закон с огромным удовлетворением встретили все трудящиеся Крыма.