Я ОСТАЛАСЬ ОДНА

Я ОСТАЛАСЬ ОДНА

Он не особенно раскрывался перед людьми. Слово "профессионал" у него было наивысшей оценкой. Он был начальником, которого я боялась, но боялась потому, что очень уважала. И мне страшно было чувство чем-то его огорчить. Но в то же время у меня было чувство, что я не одна, что за ним, как за каменной стеной. Я всегда составляла план разговора, чтобы не болтать понапрасну, не тратить его время.

Влад всегда говорил, что он вне политики. Но это трудно представимо, потому что все мысли его, все высказывания так или иначе показывали его позицию — политическую, социальную и позицию гражданина.

Он никогда не скрывал своей другой жизни, когда он был любимцем женщин, публики, душой компании, со всеми достоинствами и недостатками.

У него было много знакомых, друзей. При том, что он очень долго и трудно сходился с людьми. Были ли среди них представители "мафиозных", криминальных структур — не знаю.

Об угрозах Листьеву я узнала только недавно. Сам он никогда об этом не говорил. Были определенные финансовые трудности в связи с созданием ОРТ. Знаю, что очень многим не нравилось, что он так стремительно шел вверх, и кое-кому хотелось этот процесс остановить. С одной стороны, ничто не предвещало беды. А с другой — мне было страшно за него. Потому что он шел, как будто делал вызов: смотрите на меня и работайте, как я.

Лидия ИВАНОВА

Все это еще раз убеждает, что Владислав Листьев был достоин любви. Но его любил не только коллеги. Он был профессионал, которого любили миллионы.

Пожалуй, ни у кого из программы «Взгляд», которая начала выходить в 1987 году, не было такой прямой и восходящей — до самого момента смерти — линии. И не только карьера и последняя высокая должность генерального директора Общественного Российского телевидения (которая, вероятно, отчасти и стала причиной гибели). Мы имеем в виду постоянное профессиональное восхождение, полное владение своим ремеслом, высокую степень точности и расчета при каждом новом замысле.

У Влада Листьева не было проколов и провалов. Он всегда знал, чего хотел, и исполнял все задуманное на самом высоком уровне — с тех лет, когда он сидел в одной взглядовской студии с Александром Любимовым, Дмитрием Захаровым и Александром Политковским — через неожиданное для всех после политической программы развлекательное "Поле чудес", "Тему", которая сочетала в себе публицистику и шоу, и, наконец, его персональную, невероятно трудную для каждого "профи" ежедневную программу "Час пик". Влад Листьев обладал невероятным чутьем: он заранее мог рассчитать успех, он досконально разбирался в устройстве столь сложного механизма, каким является наше посттоталитарное ТВ.

Нельзя исключить, что именно его дотошное и кропотливое вхождение в процесс акционирования «Останкино», желание воплотить задуманную формулу "общественного телевидения" в реальности стали кому-то помехой. Влад не побоялся взять рискованную должность в критический момент передела собственности, когда все чаще в отстаивании своих интересов главным аргументом считается револьвер.

Убийство телевизионной звезды нельзя впрямую связать с политикой — Листьев был далек от ее открытых и конкретных проявлений. Он не пошел в свое время в депутаты, как это сделали другие «взглядовцы», он не делал политику в своих программах. Но зрители достаточно хорошо сумели узнать его собственную платформу, которая была не столько политикой, сколько убеждениями.

Скорее всего, кому-то помешали его планы и планы тех людей, которые трансформируют «Останкино». Действительно, убийство вряд ли напрямую связано с политикой, но все же именно она, а именно: желание обладать эфиром, закрепить за собой «четвертую власть», безраздельно пользоваться телевизионным рекламным пространством (а там вращаются миллионы долларов!) — повлекла за собой этот страшный акт возмездия Владу Листьеву и предупреждение тем, кто будет продолжать акционирование «Останкино».

Стоит заметить: убийство произошло через неделю после того, как появились слухи о сокращении коммерческой рекламы в эфире «общественного телевидения».

Каждый, даже находясь далеко от места трагических событий, пытался выразить участие, пытался вспомнить что-нибудь такое, что могло бы помочь…

Владимир Познер, журналист

Прямо в редакцию «Комсомолки» через несколько часов после гибели нашего коллеги поступило из США и обращение Владимира Познера, в котором говорится: «…не дай нам Бог подумать, будто гибель Влада Листьева не касается каждого из нас». Есть в нем и такие слова: «Убийство Влада Листьева — ваш позор, г-н президент, наш позор, господа парламентарии, это свидетельство если не причастности вашей, то безразличия, безволия, бездействия».

Евгений Ловчев, футболист:

Влад в моей команде «Старко» не играл, он иногда выступал за «Кинотавр». Мы с ними встречались па ноле и помню, что играл он неплохо, во всяком случае мне понравилось. В одну из наших поездок не мог отправиться с нами Игорь Николаев, и я хотел на его место взять Листьева. Но Влад отказался: у него же каждый день в будни был «Час пик», а оставить передачу он не мог. Знаю, что, помимо футбола, он очень любил теннис, хорошо играл.

…Листьев вообще был очень «спортивным» человеком, кандидатом в мастера спорта, постоянно поддерживал себя в форме. Но, к сожалению, в играх вокруг телевидения спортивная форма не спасает — в этих разборках нужны другие качества…

Виктор Мережко:

Близко с Владиславом я знаком не был. Однажды, правда, на первом «Кинотавре» брал у Него интервью для «Кинопанорамы», которое потом в эфир не пошло…

Когда услышал о его гибели, меня охватила оторопь. И не только оттого, что погиб молодой и талантливый человек. Я поразился, насколько подтвердились мои представления о том, как глубоко он влез в опасный мир бизнеса…

До "Поля чудес" все, кто имел отношение к телевидению, весьма смутно представляли, каким лакомым куском является реклама. Думаю, именно в "Поле чудес" работники телевизионной программы впервые почувствовали приятность весомых дополнительных заработков. Влад оценил эту опасность и вовремя выскочил из нее, придумав новую передачу — "Тема". Очень быстро она стала самой популярной передачей ЦТ, и ситуация повторилась. OН убежал в третью программу. Мне кажется, не правы те, кто утверждает, что Листьев уходил из надоевших ему программ — он именно убегал от "спрута", который называется телевизионным бизнесом. Однако все же не избежал его мощных щупалец, будучи избранным директором ОРТ. Жесткий и принципиальный в профессиональных вопросах человек не мог не попытаться навести порядок на телеканале, необязательно соответствующий представлениям всех заинтересованных лиц. Абсолютно убежден, что он ежеминутно чувствовал опасность.

Я не знал, что он ходит без охраны, но могу найти объяснение и этому. Во-первых, он полагался на свою популярность и считал, что никто не посмеет его тронуть. Во-вторых, он демонстративно отказывался от охраны, потому что хотел быть Листьевым, во всем ни на кого не похожим.

Когда я смотрел одну из его последних передач, буквально не узнал Владислава. Он вел разговор, как робот, и был мыслями совершенно в другом месте, в другой жизни, в другом страхе. Не в страхе перед ответственностью прямого эфира, а перед бездной, куда погружался.

Могу предложить свою субъективную версию. Как всякий творческий человек, Владислав обладал развитой интуицией и чувствовал сгустившуюся над ним опасность. Потом она его раздавила.

Очень быстро.

И все же сколько стоит голубой экран?

Начальник антимонопольного управления города Москвы Олег Новиков сообщил нашему корреспонденту Надежде Гриневой:

— Мы проводили исследования на рынке рекламных услуг в Москве. Кто в своей деятельности сталкивался с телевидением, тот поймет, что главной причиной случившегося убийства может быть и то, что здесь ходят в обороте наличные доллары, десятки тысяч. В соответствии с Законом "О средствах массовой информации" реклама на телевидении не должна превышать 15 процентов от объема вещания. Основным лидером по привлечению рекламодателей является «Останкино» и работающие с ним рекламные агентства — более 50 процентов всех расходов на ТВ рекламу. Максимальная стоимость одной минуты рекламы собственно на канале составляет 12 тысяч долларов США («прайм-тайм» с 18.00 до 24.00 часов). Реальная же стоимость той же минуты в конкретной программе может составить значительно большую цифру. Например, до 30 тысяч долларов в программе "Поле чудес". Вол ее половины прибыли от рекламы телевидение получает за счет иностранных рекламодателей.

У Александра Яковлева — самое «общее» руководство. На телевидении все расписано по директорам программ, они — «держатели ситуации». Кстати, горестный случай с Листьевым — не первый. Он активно пытался противостоять потоку рекламы, очистить первый канал от рекламы табака, алкоголя и так далее. Думаю, что не прав дежурный офицер ФСК, что убийство Листьева — дело не политическое.

Однако несмотря на то, что на телевидении крутились большие суммы денег, несмотря на все признаки внешнего преуспевания, Владислав Листьев не был финансовым магнатом, предпочитая бизнесу чистое творчество. К денежным вопросам он относился достаточно легко, что подтверждается историей его участия в газетных проектах концерна «Частная жизнь».

Около трех лет назад Листьев и издатель «Частной жизни» Виктор Шварц заключили соглашение, по которому «Останкино» в викторине «Поле чудес» абсолютно бесплатно рекламировало газету «Частная жизнь». Ее выпусками потрясали с экрана и сам Владислав, и сменивший его на посту главного шоумена страны Леонид Якубович. Одновременно были учреждены призы участниками передачи от «Частной жизни».

Альтруизм телекомпании «ВИД» объяснялся тем, что у Шварца и Листьева возник замысел совместного весьма прибыльного приложения к "Поле чудес". Втроем вместе с директором издательства «Литературная газета» Головчанским они и выступили учредителями приложения. Около 30 вышедших цветных выпусков новой газеты посвящены всем видам азартных игр, кроссвордов и конкурсов, угадаек, а главным призом победителю предлагалась возможность участвовать в телевизионном шоу.

Издатели газеты обеспечивали за свой счет ее производство и оплачивали призы победителям совместного конкурса. Малое предприятие «ВИД» в свою очередь рекламировало проект в телеэфире. Прибыль от проекта делилась в соотношении 50 на 50.

Листьев получал 35 процентов прибыли от газеты. Это справедливо: Листьев создал на телевидении само шоу «Поле чудес» и имел право интеллектуальной собственности на раскрученную марку. Последняя сумма, полученная Листьевым за квартал, была, конечно, несоизмерима с его телевизионными доходами (порядка 6 миллионов рублей), однако она была начислена в точном соответствии с учредительным договором.

Несмотря на то, что Владислав Листьев и Виктор Шварц не были друзьями, они поддерживали отношения деловых партнеров. За день до убийства Владислава условились о том, что Листьев вместе с женой Альбиной приедут к Шварцу для обсуждения проекта детского приложения к газете «Поле чудес». К тому же в дополнение к популярной газете появилась идея запуска компьютерной игры все под тем же названием «Поле чудес».

Однако, как только образовалась первая прибыль от издания, Шварц повел себя по отношению к Листьеву не совсем корректно. Владислав получил значительно меньше денег, чем ему полагалось по договору учредителей. При этом средства были ему совершенно необходимы, так как именно в то время женился в третий раз, жил в съемной квартире и даже автомобилем «Тойота» пользовался не своим, а по доверенности.

Тем не менее Листьев всего лишь перестал поддерживать со Шварцем дружеские отношения, не выставив к тому никаких финансовых претензий. Как нам известно, и в других случаях Владислав не проявлял меркантильности в отношении собственных доходов. Возможно, именно такое небрежное отношение к деньгам послужило причиной того, что Листьев подписал пресловутый документ совета директоров Общественного телевидения, по которому на 1-м канале телевидения с апреля приостанавливалось всякое размещение рекламы. Роковой шаг, поставивший под вопрос оборот рынка телевизионной рекламы в размере 35 миллионов долларов, вполне мог привести к трагической развязке.

Как бы там ни было, но убийство Владислава Листьева наглядно показало, что внутри «Останкино» в последнее время создалась очень нездоровая атмосфера. Об этом говорит и статья журналиста Анри Вартанова: