Предисловие

Предисловие

Лама Кармапа, последний глава Карьюгупты (или Красная Шапка), секты тибетских буддистов, говорит:

«Ошо — это величайшая, после Будды, инкарнация в Индии. Он и есть живой Будда».

В самом деле, Ошо предлагает провидческий, блестяще выстроенный план создания нового человечества, а также нового мира.

Ошо — это не живой человек. Ошо — явление. Никто не может точно уяснить себе его естество и, следовательно, его невозможно описать словами. Ошо — как солнце, ярко сияющее, мощное, освещающее и питающее. Подобно тому, как мы видим все в свете, излучаемом солнцем, но не можем видеть самого солнца, точно так же мы улавливаем реальное существование света, приносимого Ошо, но неспособны понять природу его самого.

Ошо — «пробужденный», «просветленный», тот, кто способен проникнуть в сущность вещей чистым сознанием, а не через какое-то умственное представление. Он показывает, что физическое страдание есть создание разума, а также то, что возможно выйти за рамки разума. Несмотря на то, что история его необычной жизни не поддается описанию словами, как ни мало мы способны понять ее, его жизнь способна побудить нас на поиски такого же источника радости и божественности, мира и творчества, которые в нас заложены.

Ошо — настоящий мятежник, а не просто нонконформист. Он не из тех мнимых борцов «против всех», что кидаются из крайности в крайность. Он всегда пребывает в равновесии.

Ошо — не тот бунтарь, который, согласно определению словаря, отстаивает что-то или борется против кого-то. На самом деле бунт Ошо по своей природе — это отстаивание чего-то, но и это дает половинчатое, неполное представление. Ошо не только боролся против того, что представлялось ему неправильным, он не только ниспровергал устаревшее, ущербное, недейственное, он также открывал новые перспективы, проливал новый свет, в котором мы могли бы с большей ясностью и пониманием увидеть самих себя и мир вокруг нас. Он завершил вторую составляющую своего бунта, он создал новый взгляд на человечество, которое могло бы жить куда более благополучной жизнью.

Вот почему Ошо — самодостаточное явление, определяющее единственно самого себя. В то время, как, с одной стороны, его бунт направлен на разрушение шизофренического состояния человечества — состояния, при котором имеет место расхождение и противоречие между материальным и духовным, между телом и сознанием, а с другой стороны, он поделился с нами всеохватным просветленным взглядом на жизнь во всей ее цельности, ведомой сознательным отношением и пониманием, любовью и медитацией, Зорбой[1] и Буддой.

У него нет ни карты, ни проводника, каждый следующий момент для него в новинку. В каждую следующую минуту он прибывает в новое место, к новым впечатлениям, к новой истине и к своему новому на нее взгляду. Воистину, его жизнь и труд — это лила[2]. Лила находится там, где невозможно найти логического объяснения вне ее, она выше логики и рациональных объяснений, это спонтанная, экзистенциальная, внерациональная, Божественная Игра Абсолютного Разума.

Ошо бунтарь потому, что он бросает вызов условностям и запретам, существующим в человеческом обществе — так, как может сделать только он, в то время, которое пожелает, и в месте, выбранном им самим. Бунтарь не страшится делать то, что Запрещено, потому что это совершается в интересах будущего человечества. В сущности, бунтарь показывает, как это показывал Ошо силой своего провидения, что он и является будущим человечества.

Бунтарь всегда одинок в своей борьбе с ложью, с жизненным негативом и лицемерием. Ошо говорит:

«Я един в большинстве».

Мы не можем подобрать для него какую-либо категорию.

«Я сам себе категория», —

провозглашает Ошо. Все бунтари равны только сами себе — Будда, Сократ, Иисус, Кабир[3], Мира[4], — все они мистики, единственные в своем бунте и в своих провидениях. Таких бунтарей Ошо называет «самой солью земли».

Изначально Ошо — ученый, исследующий душу. Он не религиозный человек, но все его существование пронизано религиозностью. Он не советует нам посвящать нашу жизнь поискам Бога, но скорее учит нас распространять божественное вокруг себя через медитацию, любовь и познание. Таким образом его послание говорит: будьте свободны от оков прошлого, ищите свой собственный путь и действуйте на свой страх и риск.

«Один человек против всей истории человечества» —

так Ошо описывает самого себя. И, совершенно естественно, он предположил, что будет совершенно неверно понят. Он говорит:

«Люди всегда понимали меня неправильно — возможно, такова моя судьба»

(«Cam Чит Ананд»)[5].

И чаще всего это непонимание происходило из-за того, что большинство людей видели только один кадр из того, что было целым захватывающим фильмом. Они видели скорее лужицу, а не поток сознания. По мере того, как проходит время, и наше понимание того, что несет этот поток, расширяется, мы все лучше понимаем, что самое изумительное в этом — сам процесс.

Да, истина всегда была где-то здесь, она всегда рядом. Но ее форма подогнана под сиюминутные потребности — так, чтобы помочь его слушателям в этот самый момент двигаться вперед, отодвигаться от «всей истории», в ловушку которой, как он видел, были пойманы люди, двигаться к тому, что он описывает как возможность наступления «Золотого Будущего».

В ранний период своей деятельности он представляется как еще один Дж. Кришнамурти[6] в противовес мастерам, ученикам, методикам и тому подобному. Но сейчас он признан разрушителем, который ниспровергает современные ему общепринятые взгляды — будь то Маркс или Ганди, материализм или социализм. Однако похоже, что Ошо открывает для себя то обстоятельство, что люди, способные поверить ему, все еще являются пленниками религиозных представлений. Значит, он восстает против религии.

Я слышал забавную историю о том, как в конце шестидесятых Ошо повернул в свою пользу беседу о Кришне в Мумбае (тогда — Бомбее). Привратник удивленно спросил его, верно ли то, что он собирается говорить о Кришне, поскольку «вы были здесь два года назад и выступали против Кришны».

Ошо ответил: «Да, но если я буду высказываться против Кришны, никто не придет, поэтому я буду выступать в защиту Кришны. А если вы станете кому-то пересказывать этот наш разговор, я буду все отрицать!»

Таким образом, чтобы не впадать в сомнения, как это случалось с Кришнамурти, Ошо начинает с веры, полагая ее истинным основанием разумного сомнения. Но об этом времени его жизни он говорит совершенно откровенно:

«…Но сейчас я просто говорю о моей собственной истине, потому что я могу поверить в то, что вы меня поймете, что вы не нуждаетесь в каких-то посредниках, таких как Иисус, Махавира[7], Будда, Кришна. Я могу говорить с вами напрямую, непосредственно. Мне не нужно играть словами».

«…Те игры, в которые я вынужден был играть, были греховной необходимостью, иначе у меня не было бы возможности найти вас. Вы думаете, вы пришли бы к атеисту, аморальной личности, безбожнику, человеку, отрицающему религию? Если вы зададите себе самим этот вопрос, вы поймете, почему мне пришлось использовать религию и религиозную терминологию. Я проделывал это против моего желания и только для вас. Все это проделывалось мною много раз, но теперь в этом нет необходимости».

(From Personality to Individuality — «От личностного до индивидуального»).

Таким образом, он играет роль учителя, посвящает в ученики, иногда на железнодорожных станциях, зло высмеивает условности санньясы; чтобы позлить окружающих, принимает имя Бхагван, а в один прекрасный день просто говорит: «Шутки кончились».

Разумеется, Ошо все время настаивал на том, что у него нет последователей, только попутчики, но следовать за ним — это так легко и приятно. И потом — это же нас ни к чему не обязывает… Мы можем переложить обязанности на кого-то еще — Бога, гуру, Будду, Иисуса. Но Ошо, медленно и упорно, лишал нас своей поддержки в выполнении наших намерений — как птица выманивает своих птенцов из гнезда. И это могло бы стать тяжким испытанием. Создавать нечто, опираясь на поддержку Ошо — это одно. Создавать то, что задумано и взращено самостоятельно, без посторонней помощи, опираясь только на внутренние возможности каждого? Кто бы тогда мог подумать, что сегодня будет возможно распространить его работу «за пределы нашего разума», как он это и предсказывал?

И потом, однажды, неожиданно, он покидает нас. Пришло время остаться одним. Не внушает особых опасений ни его вид, ни то, что он говорит, скорее, то, на что он указывает. Он оставляет нас одних, совершенно одинокими, так, что мы не можем принять чью-то помощь, перейти под начало какого-то другого пророка, не представляем, что Гаутама Будда или Иисус могут явиться, чтобы спасти нас. Брошенные бесконечно одинокими, мы вынуждены найти опору в глубинах собственных душ. Он объясняет нам это так:

«Нет дороги, некуда идти, нет ни советчика, ни учителя, ни наставника. Кажется, что это тяжело, неприятно, но я делаю это, потому что я люблю вас, а люди, этого не сделавшие, совсем вас не любят. Оно любят себя и очень любят быть окруженным толпой, и чем больше толпа, тем более разрастается их эго.

Вот почему я даже назвал просветление последней игрой. Чем быстрее вы избавитесь от нее, тем лучше. Почему бы не жить просто? Что за необходимость суетиться? Вы то, чем делает вас действительность. Просто расслабьтесь».

«Ом Мани Падма Хум»[8].

Я бесконечно благодарен любящим родителям Ошо, его родственникам, друзьям и ученикам за их помощь и сотрудничество в составлении истории его жизни. Я также глубоко признателен моим друзьям и спутникам — Джайешу, Амрито, Нилам, Анандо и Чайтанья Кирти, которые уделили мне свое драгоценное время, чтобы дать бесценные замечания, сделанные по прочтении моей рукописи. Я сам, в частности, в величайшей степени обязан Прем Амрито (доктор Джордж Мередит), персональному врачу Ошо, одному из тех, кто ухаживал за Ошо, за разрешение включить в книгу его наблюдения, в особенности подробности здоровья Ошо, которые основаны всецело на его, Амрито, рассказах.

Я включил в эту книгу рассказ о жизни Ошо, входивший в предыдущий труд The Awakened One: Life and Work of Bhagwan Shree Rajneesh («Пробужденный: жизнь и работа Бхагвана Шри Раджниша»). Эта книга была издана Harper & Row, Сан Франциско, в 1983 г.

В ходе создания этой книги я получил неоценимый опыт, испытывая одновременно радость и благоговение. Эта книга на самом деле не просто биография Ошо. Я никогда не намеревался досконально выяснить каждую деталь невероятно емкой жизни Ошо — это было бы чистым безумием. Это была скорее попытка соткать одеяние из нитей, свитых из моего сердца. При написании этой книги мне никогда не приходило в голову пытаться отразить реальность, и эта история похожа на то, как это прекрасно выражено Уильямом Блейком:

В одном мгновеньи видеть вечность,

Огромный мир — в зерне песка,

В единой горсти — бесконечность

И небо в чашечке цветка.

Перевод С. Маршака

Я выражаю мою благодарность Шобиту Арья, издателю Wisdom Tree за его личный интерес в публикации этой книги. Также я благодарю Нандиту Джайшанкар и Анкиту А. Талвар за редактуру, сделанную с большой тщательностью.

Доктор Васант Джоши

Август 2009 г.