ЛЕВ ТОЛСТОЙ ИЛИ АНАСТАСИЯ ВЕРБИЦКАЯ?

ЛЕВ ТОЛСТОЙ ИЛИ АНАСТАСИЯ ВЕРБИЦКАЯ?

Когда я описывал для книги «Некрополь» захоронение Вербицких, а там с такой фамилией покоится семь человек, то вспомнил, что кое-кто из Вербицких был мне «знаком».

Романов писательницы Вербицкой Анастасии Алексеевны (1861-1928) не читал.

А вот одного из ее сыновей — Вербицкого Всеволода Алексеевича (1896-1951), известного актера МХАТа, — видел в нескольких спектаклях. Но куда больше — на теннисных соревнованиях самого высокого в те времена ранга, ведь «по совместительству» он был одним из сильнейших наших довоенных игроков: неоднократный чемпион СССР, Москвы.

Собирая сведения о семье Вербицких, я, как это часто случается, искал одно, а натолкнулся на другое. Этим другим оказалась статья какого-то критика в одной из московских дореволюционных газет. В ней автор обращался с вопросами, полными тревоги, граничащей почти с отчаянием:

«Лев Николаевич Толстой или Анастасия Алексеевна Вербицкая? Кому из них володеть мыслию и княжить сердце современного русского читателя?»

Ничего себе альтернатива: Толстой или Вербицкая?

Произведения Анастасии Вербицкой, а одних только книг она написала более 30, действительно, пользовались огромным спросом. Например, ее роман «Ключи счастья» имел тираж по тем временам просто фантастический — 40 тысяч экземпляров, что было раз в двадцать больше обычных тиражей. И выдержала эта книга несколько изданий.

Интересно, что, даже находясь на вершине своей писательской славы, она продолжала (целых 19 лет!) преподавать пение в женской гимназии.

Библиотеки свидетельствовали, что произведения Вербицкой читатели спрашивают куда чаще, чем книги и Чехова, и Толстого.

А тут еще экранизировали и без того популярный ее роман «Ключи счастья». Фильм (под тем же названием), поставленный знаменитыми режиссерами В.Гардиным и Я.Протозановым, стал бестселлером.

Для нас, отдаленных оттого времени почти на столетие, тревога того критика выглядит, по меньшей мере, странной, чтоб не сказать смешной. Хотя формальные, «чисто цифровые» основания у него и были. Но они надежно отражали лишь господствовавшие тогда вкусы, литературную моду. И не более того.

Так оно и случилось: Толстого, Чехова читают, а писания Вербицкой вышли в тираж. (2-8-17)