X «Вольные каменщики»

X

«Вольные каменщики»

В предыдущем изложении мне неоднократно приходилось упоминать о масонах и масонских ложах. Эта мировая организация, полуявная, полутайная, с разветвлениями во всех странах мира, вполне естественно, не прошла мимо «русского Парижа», сколь бы ни был ничтожен его удельный вес в окружающей жизни. Я не буду вдаваться в подробности истории масонства, возникшего в Западной Европе несколько веков назад и проникшего в Россию в XVIII веке, это вывело бы меня за рамки поставленной мною в настоящих воспоминаниях цели. Я буду говорить только об эпигонах масонства, о том, с чем мне довелось так или иначе соприкоснуться за годы эмиграции.

Для читателя, несомненно, интересно следующее: что представляет собою масонство в настоящее время и каковы цели этой организации?

Если вы спросите об этом любого масона, будь он рядовым членом «братства вольных каменщиков», как они себя называют, или относящимся к рангу так называемых «досточтимых», то он непременно ответит вам заученной наизусть фразой, которую слышит в своей «ложе» чуть ли не ежедневно: «Цель масонства — моральное совершенствование человечества путём морального совершенствования человеческого индивидуума».

Трудно понять что-либо в этой чепухе. Вы, конечно, продолжите вопросы и дальше: зачем же создавать специальную организацию для «морального совершенствования индивидуума»? Зачем окружать мистическим туманом пути этого «совершенствования»? Зачем скрывать от постороннего взора тайну, окутывающую структуру верховного масонского органа? Зачем разыгрывать фарс анекдотического построения «братьями вольными каменщиками» «Соломонова храма»? К чему эти символические фартуки, молотки, таинственные знаки, черепа, комедийный ритуал посвящения в масоны?

Чем дальше вы станете углублять вопросы, тем менее словоохотливым будет ваш собеседник. Кончится дело тем, что он наберёт в рот воды и умолкнет, а перед тем как умолкнуть, честно вам признается, что в его положении масона невысокого «градуса» он должен руководствоваться золотым правилом грибоедовского Молчалина:

— В мои лета не должно сметь своё суждение иметь…

Что же это за масонские «градусы»?

Этих «градусов», или ступеней, в масонской организации три десятка с лишним. Если провести параллель с военно-служебной лестницей, то в этих 30 с лишним «градусах» умещаются в последовательном порядке масонские рядовые, сержанты, офицеры, генералы, или, по масонской терминологии, «братья» низших ступеней, «братья» более высокого «градуса» — «достославные», «досточтимые» и т.д. «Видимых» ступеней — 33. Все они связаны беспрекословным повиновением нижестоящих «братьев» вышестоящим.

А кому подчиняется масонский «генералитет» самых высоких ступеней?

На этот вопрос вам не ответит ни один масон — ни рядовой, ни «досточтимый». А не ответит он потому, что это — масонская тайна. Здесь кончается явная часть масонской организации и начинается тайная, о которой в обширной литературе о масонстве не говорится ничего. Ни один из высших «явных» масонов никогда и ни при каких обстоятельствах не приподнимет края той завесы, которая скрывает от постороннего взора высшую тайну масонского ордена, и не назовет вам путей и способов, коими к нему поступают указания верховного масонского органа. Он только даст вам понять, что «братство вольных каменщиков» всемогуще и что в ваших собственных интересах не проявлять слишком большого любопытства в вопросах, которые вас не касаются.

Но нет ничего тайного, что рано или поздно не сделалось бы явным. Какой бы туман не напускали «вольные каменщики» вокруг истинных целей своего ордена, какую бы бутафорию ни создавали они в своих ложах, шила в мешке не утаишь.

«Масонская тайна» мало-помалу просачивалась в широкие людские массы — те массы, которые не были склонны дать себя одурачить мистической чепухой масонской догмы и масонского ритуала. В настоящее время не является больше секретом, что масонство теснейшим образом связано невидимыми нитями с верхушкой заправил мирового капитала и проводит угодную этой верхушке политику во всех разделах жизни современного капиталистического общества. Само собой разумеется, что эта связь могла появиться и фактически появилась только в эпоху развития капитализма. В предшествующую эпоху развития человеческого общества идеология и сущность масонства, конечно, были несколько иными.

Цель масонства — управлять миром, подчинять своей воле и своему влиянию все проявления государственной и общественной жизни во всех капиталистических странах: управление государством, парламент, торговлю, промышленность, административный, полицейский и судебный аппараты, науку, литературу, искусство, печать, воспитание молодёжи, здравоохранение и т.д.

Для лучшей маскировки своего истинного лица и своих истинных целей создать вокруг своего руководящего исполнительного органа мистическую атмосферу построения некоего «Соломонова храма» (символ «морального совершенствования человечества») и пустить в ход театральную мишуру внешних проявлений этой «постройки».

Тактика масонов заключается в том, чтобы проникать во все высшие органы государственной машины; занимать командные посты во всех отраслях жизни современного капиталистического государства; протаскивать всюду послушное орудие своей воли — «братьев-масонов», поголовно связанных клятвой беспрекословного повиновения «досточтимому» своей ложи, получающему указания свыше. В случае «выхода из повиновения» просто уничтожать «отступников». Последнее не так уж трудно, если администрация, полиция и суд данного государства находятся в руках «братьев». Это в настоящее время тоже не является секретом.

Внешние формы жизни масонских органов более или менее известны всем. «Первичные» мелкие масонские ложи объединяются в более крупные. Масонство, как было выше сказано, имеет разветвления во всех странах мира. Наиболее мощными являются ложи американские, английские, французские и шведские.

— А что же конкретно делают масоны в своих ложах? — спросит читатель.

Замечу, что масонские ложи существуют во всех капиталистических странах вполне легально. Кто же может запретить «моральное совершенствование» и человечества, и индивидуума? Масонские собрания, масонский ритуал, приём в число «братьев» новопосвященных — всё это не составляет никакого секрета. Обо всём этом расскажет любой масон.

Мне неоднократно приходилось беседовать с парижскими масонами. Из этих бесед я узнал, что средством поддержания связи между «братьями» являются периодически устраиваемые в ложах доклады на отвлечённые темы, читаемые кем-либо из «братьев», но часто в этих докладах трудно что-либо понять — настолько они беспредметны; что на всех сборищах «братья» надевают масонские ленты, а «досточтимый» ложи — фартук «вольного каменщика»; что время от времени в ложах устраивались «братские» трапезы, за которые с каждого «брата» взималось по 20 франков.

Трудно сдержать улыбку и не рассмеяться при рассказах масонов о принятии в ложу новых «братьев». Здесь разыгрывается настоящий фарс. На новичка, стоящего перед столом «досточтимого», в присутствии всех «братьев», составляющих данную ложу, направляется прожектор. «Досточтимый» в фартуке и с молотком «вольного каменщика», строителя «Соломонова храма», задаёт ему ряд вопросов, тот отвечает на них. Всё заранее тщательно прорепетировано. На столе, покрытом сукном, лежат бутафорский меч, черепа, значки, эмблемы. После допроса новопосвящаемый приносит клятву верности масонству, затем его укладывают на заранее приготовленный коврик. «Досточтимый» заносит над ним деревянный меч и напоминает, что в случае нарушения клятвы и неповиновения сей меч поразит его сердце и отсечёт ему голову… При посвящении в более высокие «градусы» посвящаемого укладывают в бутафорский гроб. Фарс окончен. «Братья» окружают вновь посвящённого и поздравляют его.

Я неоднократно задавал вопрос масонам, с которыми меня связывали узы длительного знакомства, что заставило их идти добровольно в масонское рабство. Ответ всегда сводился с небольшими вариантами к следующему:

— Моя жизнь, жизнь русского эмигранта, бесконечно трудна. Все дороги для меня закрыты. Я — парий среди свободных граждан. Меня, как футбольный мяч, в любую минуту могут швырнуть к бельгийской или испанской границе и перебросить через эту границу, с тем чтобы оттуда в тот же день бельгийцы или испанцы швырнули меня обратно, и так без конца. Принятый в организацию «вольных каменщиков», я получаю какую-то защиту: ведь в префектуре, министерствах, прокуратуре, суде сидят наши «братья». В случае чего они в обиду меня не дадут…

Действительно, весь государственный, полицейский, судебный, финансовый, торговый, промышленный, научный аппарат в стране нафарширован «братьями» всех «градусов». По законам масонской солидарности на сигнал бедствия, случившегося с кем-либо из «братьев», обязаны откликнуться все остальные «братья», принявшие этот сигнал.

Безработным масонам несколько легче наняться на работу, чем немасонам; безработному врачу легче получить какое-то, хотя бы «липовое», право практики; безработному артисту — ангажемент; безработному журналисту — ход в какую-нибудь редакцию и т.д.; каждому безработному вообще — какой-то шанс «выйти в люди». За пределами «русского Парижа» эти возможности неизмеримо шире. Влияние масонства настолько велико, что общественное мнение не без основания считает: сделать карьеру парламентария, министра, банкира, чиновника высшего ранга трудно, если добивающийся этой карьеры не состоит в масонской ложе.

Рядовые масоны любят говорить, что среди больших лож Франции и Англии якобы существуют трения и несогласия по целому ряду догматических и организационных вопросов. Эти кажущиеся разногласия не имеют никакого практического значения. К ним применима русская поговорка: «Милые бранятся только тешатся». Мировое масонство едино во всех основных вопросах, касающихся завоевания им мирового господства. По вопросу о всемогуществе масонства существует ходячее мнение, которое как будто недалеко от истины, а именно: масонство могуче, но не всемогуще. Дальнейшее изложение этого вопроса вывело бы меня за пределы темы моих воспоминаний.

Вступившему однажды в масонские ряды возврата к исходному состоянию нет. Рядовому масону, правда, «масонская тайна» не открыта. Но всё же он слышит в ложах и знает многое такое, что простому смертному знать не полагается. За разглашение этих секретов он наказуется суровыми карами. Масон, вышедший из повиновения, карается прежде всего гражданской смертью. При неограниченной власти капитала и при условии, что капитал находится в масонских руках, сделать это нетрудно: если вы торговец, то вам будет негласно объявлен бойкот — ваше торговое «дело» лопнет; если вы чиновник, журналист, музыкант — будете уволены со службы, выгнаны из редакции или театра; если вы политический деятель и парламентарий — ваша карьера кончена; если вы врач, фармацевт или адвокат — клиентов у вас больше не будет. Если же вышедший из повиновения масон имел высокий «градус» и являлся обладателем тайн, то он физически уничтожался.

Так время от времени уходили из жизни путём убийства или якобы самоубийства «братья», занимавшие в капиталистическом мире довольно высокое положение и обнаружившие признаки «непокорности». Ни одно из этих убийств или лжесамоубийств по понятным причинам раскрыто не было.

Если бы кто-либо попытался раскрыть тайну убийства судьи Прэнса, или мошенника-банкира Стависского, или выпавшего из самолёта при перелёте через Ламанш бельгийского миллионера Альфреда Левенштейна! На скамье подсудимых могли бы оказаться министры, высшие чиновники, судьи, прокуроры, депутаты, сенаторы… Нити, связывавшие их с убитыми и таинственно исчезнувшими, привели бы к тому невидимому для глаза простого смертного верховному масонскому центру, который отдал приказ об уничтожении «отступника». Но этого «моральные усовершенствователи человечества» не допустят! Полицейское дознание будут вести сидящие в префектуре «братья», судебное следствие — «братья» из судейских органов, судебно-медицинское вскрытие — «братья» из числа медиков. Им будут даны соответствующие указания. Чересчур любознательным репортёрам и не в меру шумящим редакциям газет рот заткнут чеками на суммы внушительных размеров. Пусть «массы» возмущаются и ропщут, но «масонской тайны» ни один человек не узнает. Концы будут надёжно спрятаны в воду.

Как правило, принадлежность того или иного лица к масонской ложе не является секретом. «Вольный каменщик» не скрывает этого от своих друзей, знакомых и сослуживцев. Тем не менее поднимать какие-либо вопросы, касающиеся масонства, в разговоре с масоном в присутствии третьих лиц не было принято ни во французском обществе, ни в «русском Париже». То же самое и в других странах.

Говоря об организационной структуре масонства, я не могу обойти молчанием тот факт, что если в руководящих кругах государственной машины и общественной жизни некоторых капиталистических стран трудно найти человека, не состоявшего членом «братства вольных каменщиков», то среди так называемых «социальных низов» капиталистического общества, то есть рабочих, фермеров и ремесленников, наоборот, вы не найдёте ни одного «брата-масона». «Низы» масонству не нужны. Захватывать нужно командные посты на «верхах» общества и с высоты этих постов управлять «низами».

Другая характерная черта этой международной организации — определённый космополитизм. Национальность вступающего в масонскую ложу сколько-нибудь существенного значения не имеет. Им может стать и природный житель данной страны, и любой эмигрант. Важно лишь его общественное положение и то, на что он в дальнейшем может быть пригоден.

Среди разношёрстной белоэмигрантской массы насчитывалось немало украинцев, белорусов, евреев, грузин, армян. Имелись и представители других народностей. Многие и многие из них, в частности почти поголовно все эмигранты еврейской национальности, состояли в масонских ложах. Общаясь на протяжении 27 лет, проведённых за рубежом, в своей личной жизни и врачебной деятельности со многими сотнями послереволюционных эмигрантов-евреев, я мог бы пересчитать по пальцам тех из них, кто не состоял членом всемирной масонской организации.

Какой интерес представлял для масонства «русский Париж», я затрудняюсь сказать. Но влияние его на различные стороны жизни этого центра эмиграции ощущалось повседневно. Масоны крепко держали в своих руках один из двух главных органов эмигрантской печати — газету «Последние новости» и с её помощью вели обработку эмигрантского общественного мнения в желательном для них направлении.

Все видные эмигрантские масоны высоких «градусов» были наперечет известны «русскому Парижу». Перечислять их здесь не представляет для читателя никакого интереса.

В заключительной главе воспоминаний мне ещё придётся вернуться к масонам «русского Парижа» и их участию в «холодной войне», начатой верхушкой мировой финансовой олигархии против нашей родины в 1947 году.