Декабрь

1 декабря

Живя в стране неверных, он чистосердечно принял и провозгласил свою приверженность к Единобожию, содержащуюся в шахаде, и подтвердил, что нет Бога, кроме Единого Аллаха, и что Мухаммад (соллаллаху алейхи ва саллям) — Пророк Его.

Не получив должного наставления в Саляте, Закяте, Сауме и Хадже, он все же с гордостью и глубоким чувством использовал единственную представившуюся ему возможность присутствовать на Джамаате.

В этом и других своих поступках он признавал Ислам своей верой.

Из достоверных хадисов, переданных через Муслима, Бухари и свидетельств Сунны мы знаем, что признание Аллаха и Его Посланника (соллаллаху алейхи ва саллям) является ключом к Исламу и райским вратам.

На основании этого мы заключаем, что величайший поэт Европы, чье творчество воплотило величие немецкого языка и достижения интеллекта, был первым мусульманином современной Европы, разбудившим в сердцах людей желание к познанию Бога и Его Посланника (соллаллаху алейхи ва саллям) — знание, дремавшее со времен нисшедшей на исламскую Испанию тьмы.

В свете явного принятия и утверждения пророческой миссии Мухаммада (соллаллаху алейхи ва саллям) да будет этот поэт известен среди мусульман как Мухаммад Иоганн Вольфганг Гёте.

(Веймар, 19 декабря, 1995 г.)

В парке, где есть небольшой лесок, гуляли трое местных жителей. Там же бегала бездомная собака и облаивала черных белок, прячущихся на деревьях. Белки собрались в стаю и неожиданно напали на дворняжку. «Они в буквальном смысле распотрошили собаку» — «Люди бросились псу на выручку, но было поздно. Беличья стая драла пса не больше минуты. А когда зверьки увидели людей, бросились врассыпную, унося с собой кусочки добычи». После происшествия местные жители обходят это место стороной и не пускают в парк детей, так как боятся нового нападения озверевших белок. «Шишки в этом году в тайге вовсе не было. Есть зверькам нечего, вот и лютуют, — рассказал местный житель Михалыч. — Раньше белки из тайги не высовывались, а теперь прямо в центре деревни поселились, да еще и злые такие! Мутанты, что ли?»

3 декабря

Вчера вечером у магазина. Семейная пара с ребенком, маленьким мальчиком. Мальчик держит маму за руку, смотрит на деревья, говорит: мама, мама, смотри — деревья разделись, скоро лягут спать.

Москва встретила меня юной супружеской парой в автобусе, она положила голову ему на плечо, они отхлебывали по очереди из продолговатой жестяной банки коктейль и громко причмокивали, а юноша все время еще и обтирал тыльной стороной ладони свои губы. Я забыл днем в машине Дениса перчатки, стоял в автобусе в желтых варежках, пытался рассмотреть, как называется коктейль, так и не смог. Когда входил, пытался понять, какой стороной засовывать в турникет билет: всего полтора месяца, а уже растерял навыки.

4 декабря

Вот банальная, но все равно прекрасная мысль: кто не говорит, тот не живет. Нечего рассказывать — значит, нет жизни. Нечего рассказать — значит, уже не нужно жить.

Ехал в маршрутке. Водитель — молодой парень, кажется, деревенский, он рассказывал своей подружке, которая каталась с ним, как накануне добирался до дома, сойдя с электрички; в хорошем смысле деревенский, очень чистый, с красивыми розовыми руками, в вязаном полосатом свитере (красная, белая, синяя полоски) и болоньевой безрукавке. Аккуратный — такими аккуратными могут быть только прилежные крестьяне: монеты у него были аккуратно разложены, купюры скреплены держателями. Перед лобовым стеклом болталась елочка-освежитель воздуха, деревянный крест на четках. Он говорил своим мягким голосом всем сходящим пассажирам до свидания и называл сумму сдачи, которую давал. Все время разговаривал со своей подружкой, кажется, они выясняли отношения, но как-то спокойно. Он все время клал ей свою большую руку на колено. Ты была в ашане? — Нет, не была. — Сходи, там есть все… Давай как-нибудь вместе сходим. — Ну ты что, дурачок, конечно я была в ашане, уже наверное раз пять… Вот ты меня не любишь, возьму и уйду от тебя. — А тебе, что есть к кому? — Ну найдется. — И к кому ты можешь от меня уйти? Ну-ка — скажи!

И т. п.

«При восхождении на единственную в своем роде грандиозную Бернину, по красоте своей превосходящую Монблан, мы с уверенностью могли рассчитывать на своеобразное удовольствие. Однако последнее было отравлено чрезвычайным утомлением, сопряженным с подъемом и дальнейшим передвижением по удивительному глетчеру. Снова, на этот раз в усиленной степени, ощутил я то возвышенное чувство святости пустыни, тот помимо воли умиротворяющий покой, который вызывает во всяком пульсирующем человеческом организме замирание растительной жизни. После двухчасового углубления в ущелье глетчера мы перед трудным обратным путем подкрепились захваченной едой и шампанским, замороженным в ледяных скважинах. На себе я убедился в крайне изнуряющем свойстве воздуха горных областей; но затем — в пастушеской хижине — я смог освежиться великолепным молоком».

Наверное, играть в футбол на снегу в сильный снегопад — какое-то особенное удовольствие. Сегодня на школьной спортплощадке под моими окнами энтузиасты гоняли мяч. Потом проезжал мимо футбольного поля — на нем тоже видел футболистов.

Все время хочу спать. После семи вечера впадаю в странное дремотное состояние.

Зато рано просыпаюсь.

Мне нравятся подошвы кроссовок.

5 декабря

Мне очень хотелось бы вести жизнь Schw?rmer'a. Жить в одиночестве, в фантазийном мире, в окружении лишь своих фантазий, растворяться в буквах и страницах книг, которые я читал бы. Но известно, что в наши дни это уже невозможно (хотя, еще в советские времена — как и в XIX веке — с этим боролись, называли Schw?rmer'oв тунеядцами). Во-первых, ты всегда не один; во-вторых, в мире телевидения, кино и интернета каждый — вполне себе госпожа Бовари.

Раньше я думал, что курсанты-пидорасы — это выдумка престарелых озабоченных гомосеков. Но сегодня я ехал в метро, и рядом со мной стояли курсанты в зеленых шинелях и меховых шапках — один высокий, второй небольшого роста, коренастый — и вели такой разговор:

— Ты чего, зачем ты его добиваешься?

— Я его не добиваюсь, это он меня добивается!

— Да блин, чего ты с ним встречаешься-то? А? Он же одевается как чмо. Блин, у него такие дурацкие красные кроссовки, он совсем тебе не подходит. Зачем он тебе?

У меня открылся рот и не закрывался целых две остановки.

Потом я закрыл рот и вышел.

Еще я видел в метро высокого широкоплечего красавца с вьющимися волосами, в серой вельветовой куртке, потертой на спине. Но задница у него — увы — была так себе. (Лица я вообще не видел, даже в отражении: такой он был высокий.)

Кропоткина очень интересно читать. У него есть книга про взаимопомощь в мире животных. Про то, что животные помогают друг другу, а люди нет, потому что в мире животных нет власти, церкви и денег, а в мире людей власть, церковь и деньги есть. Ну так вот к миру животных у Кропоткина относятся муравьи, воробьи, сурки и чукчи.

13 декабря

Мне очень хочется быть меланхоликом. Но я, кажется, холерик.

18 декабря

В пятницу умер Самсон Наумович, муж проф. Павловой.

Я был у них в прошлую субботу, мы с ним пили чай, говорили, как обычно, о каких-то книгах и о студентах. Потом мы с проф. Павловой обсуждали разные дела, я стал собираться домой. Проф. Павлова сказала мне: Саша, иди, попрощайся с Самсоном Наумовичем, ты, наверное, видишь его в последний раз.

Я пошел к нему в комнату — он сидел в кресле перед телевизором, накрыв ноги пледом, как обычно, смотрел новости, я сказал ему: до свиданья, он ответил: до свидания, Саша.

В пятницу проф. Павлова позвонила мне из больницы. Мы говорили о том, что передать в Швейцарии ее подруге; потом она сказала: Самсон Наумович умер. Я не знал, что ответить, запнулся (сейчас я пишу и вспоминаю, что читал где-то, что смерть — это место, о которое ломается язык) и почему-то спросил, когда похороны. — Я не знаю. Он только недавно умер. Вот он, рядом.

Поразила простота.

19 декабря

В самолете, который в этот раз был полностью забит пассажирами — не было ни одного свободного места (вылетели из Москвы на 50 минут позже, чем должны были, прилетели — точно по расписанию), летело много американцев: я сидел с американской супружеской парой, обоим было, наверное, слегка за 50, он читал From Karamzin to Bunin: An Anthology of Russian Short Stories, она — худая, в белой хлопковой блузке, расстегнутой на загорелой стареющей груди.

В нашем ряду, с другой стороны, сидела половина американской семьи: два брата: одному на вид лет 15, второй немного постарше, наверное, лет шестнадцати, их мать, американская крепкая баба, блондинка с румяным лицом, в джинсах и сером бархатном коротком пиджаке (я сегодня шел к Каролине и Элиасу, и влажная серая щебенка в парке на набережной недалеко от Бюрклиплац напомнила мне серый бархат). Вторая половина семьи — малыш с голубым плюшевым медведем в руках, старшая сестра и их отец — сидели за ними. Дети все были похожи на мать, но все по-разному. Самый красивый из них — шестнадцатилетний блондин, совершенно невероятной красоты — в белой тенниске, надетой на серую sweatshort, с голубыми глазами, красными мускулистыми запястьями, сидел у иллюминатора, подтянув джинсы, чтобы они не растягивались на коленях, читал все время толстую книгу, иногда переговаривался с братом, говорил шершавым низким голосом.

Американцы ведут себя в самолетах иначе, чем европейцы. Европейцы погружаются в сон, американцы, кажется, более живые. Мать американского семейства — после самолетного ужина — все время провела стоя, болтая с другими американцами и загораживая проход. (Странно: самолет был переполнен, а в туалет почти никто не ходил.)

Еще у нас был стюард с бритым черепом — и типичным французско-швейцарским лицом.

С нами летела совершенно седая старушка, очень старая, она сначала не могла найти свое место, кто-то помог ей и подвел к ее ряду (потом, когда в Цюрихе она вышла из самолета, к ней подвезли инвалидное кресло, и она уселась в него со счастливым лицом).

Мы только приземлились и еще ехали к терминалу — а какой-то пожилой мужчина уже вскочил со своего места, надел пальто, надел клетчатую кепку, стащил с полки свой портфель, стюардессы кричали ему, чтобы он немедленно сел на свое место, но он их не слушал, побежал к выходу. Such a freak, they have to arrest him, пробасил шестнадцатилетний красавец — потом, когда мы ждали выхода, он разговаривал со стюардессой, рассказывал ей, как летом жил на Искии. Американская семья ехала на Рождество в Париж.

Вечером ходил к Каролине и Элиасу; они собрали друзей на предрождественский чай. Среди гостей была странная пара: русский художник (он разносит по утрам газеты, ему надо просыпаться в три часа утра), его швейцарская жена, она преподает искусство в Базеле (или Берне) и их дочка Альма, которую художник все время называл Лешей. Альма ходит в один детский сад с Рафаэлем.

(Художник, мы пошли на балкон курить, смотрели на снег внизу, сказал мне, что шесть лет назад он приехал в Швейцарию с другой ориентацией (я так и не понял, что он имел в виду), но неожиданно женился.)

Альма очень красивая. Отец все время говорил с ней по-русски — а она каждый раз отвечала ему на швицертютче, но было видно, что она понимает все, что отец ей говорит. В какой-то момент я остался наедине с детьми, и спросил ее: sprichst du Russisch? — Nu konechno, und du? — Ich bin ein Russe. — Ich bin auch Russin, aber ich bin in der Schweiz geboren! Aber ich sch?me mich Russisch zu sprechen, alle hier sprechen nur T?tsch.

Тут Рафаэль дернул меня за рукав и сказал: und ich bin ein Deutscher, aber auch in der Schweiz geboren! Und ich kann auch zwei Sprachen sprechen, T?tsch und Deutsch!

Потом Каролина рассказывала про то, как в детском саду отмечали день рождения Рафаэля. Дети, сказала она, желали ему такие чудовищные вещи, такие вещи могут пожелать только дети, они — почти все — пожелали Рафаэлю, чтобы он никогда не умирал.

Сначала мы пили чай, затем — вино, потом ели вкусный тыквенный суп. Разговаривали о том, что из гуманитарной науки уходит глубина, что художники постигают мир лучше ученых, что обеды в (их) детском саду готовят родители детсадовцев, в группе 14 человек, обеды на всю группу приходится готовить раз в две недели, у многих детей пищевые аллергии, о вальфдорских школах и о том, что недавно заново открытое Кабаре Вольтер похоже на серый стерилизованный капиталистический барак.

20 декабря

Говорят, что в Южной Африке каждый день, как только заходит солнце, а оно там всегда заходит всегда в одно и то же время — кажется, в шесть часов вечера — все дети, без исключения, начинают плакать.

22 декабря

Люди, у которых с рождения недоразвит мозг, которые болеют кретинизмом, идиотизмом, имбецилизмом — такие люди не знают, как правильно пользоваться различными частями тела (руками, ногами, гениталиями). Любой нормально развитый половозрелый человек заведомо понимает, для чего предназначен тот или иной орган тела, именно поэтому я склонен рассматривать девственность, как своего рода органическое повреждение мозга. Туда же мы отнесем и фригидность.

[А. Дёблин: О девственности, 1912 г.]

23 декабря

Чем больше хожу в оперу, тем меньше хочется жить.

25 декабря

В доме напротив празднуют Рождество: из комнаты в комнату ходила молодая пара. Потом свет в обеих комнатах погас. Я сегодня хотел пойти на мессу в церковь, потом передумал.

Новый год наверняка будет таким же скучным, как обычно, но так хорошо — новый год в одиночестве, то, что нужно.

(Сегодня, между прочим, я вспоминал одного знакомого, он однажды, лет шесть назад, позвал меня в клуб, который они с сослуживцами сняли, чтобы отметить так называемый корпоративный новый год, и все принимали нас за пару, его коллеги, особенно женского пола, спрашивали с добрым любопытством: парни, вы что голубые? — хотя какая из нас была пара? Мы пару раз вместе сходили в кино, пару раз курили траву, раз в неделю болтали по телефону, у меня всегда в начале разговора с ним дрожал голос, один раз он спьяну хотел купить мне цветы. Он был, конечно, хорош собой.)

Мой самый запоминающийся новый год был в Кельне, в 1996. Люди толпились на Кёльнском мосту, все пили шампанское и стреляли из ракетниц, а под нами по Рейну проплывал корабль, и на палубе танцевали люди в вечерних нарядах.

28 декабря

Вечером поехал в аэропорт за билетом. Swiss, конечно, закрыт. Ну и хорошо: покупать у них билеты за день до вылета дорого.

Аэрофлотовская стойка откроется в 21:00. За час до прилета московского самолета. Ходил полчаса по аэропорту. Читал журналы в киосках. Потом пошел за билетом.

Сотрудник авиакомпании только пришел. Снимал коричневую вельветовую куртку. Здоровый, с хорошо развитой мускулистой грудью, под вязаной кофтой большие бицепсы, в fancy джинсах, хороших коричневых замшевых ботинках, дорогой футболке; жалко только — на голове редкие волосы; он наверное за ними не очень следит. Я бы на его месте побрился налысо, но, может быть, у него череп неправильной формы (у меня череп правильной формы и без шишек). Я посмотрел на него — и сразу почему-то подумал, что он, наверное, сотрудник ФСБ. От него исходили характерные флюиды, очень сексуально. Он забрал мой паспорт, стал выписывать билет, я пошел к банкомату снимать деньги. Потом я вернулся — он болтал с тощим аэропортным полицейским в черной униформе, что-то про русских. Безопасность тянется к безопасности.

Я стоял в стороне, ждал, пока они закончат разговаривать. Потом положил деньги на стойку коричневого дерева. Он выписывал чек. Пальцы у него некрасивые.

Потом забрал билет. Пошел к железнодорожной станции. Смотрел на расписание, вспомнил, что он не отдал мне паспорт. Вернулся за паспортом. Забрал паспорт, сказал, какой я забывчивый, спросил о чем-то, мы разговорились про терминалы, про стар альянс, про то, каково жить в Цюрихе, какая-то бессмысленная ерунда. Не хотелось уходить. Минут через 20 снова распрощались. (Не знаю насчет него, но мне было грустно оттого, что я ухожу.)

Вот такой вечер: флиртовал с гэбешником.

А утро началось с того, что в новосибирском зоопарке трехлетнему снежному барсу хирурги сделали косметическую операцию, несколько недель назад у барса по кличке Грета началось воспаление глаза, и возникла необходимость его удаления, сразу после операции по удалению глаза новосибирские специалисты провели еще и специальную косметическую операцию век, в результате которой создается эффект, что глаз все-таки есть. Они наверное зашили животному веки и нарисовали на них глаз, а могли бы стеклянный вставить. В подвале наркодиспансера нашли мумифицированный труп, а у Лужкова на лысине шишка с пятикопеечную монету от фейерверка. Как понять, есть ли у Вас зависимость от интернет-секса? В сети множество тестов, помогающих определить, есть ли у Вас проблемы с сексуальной зависимостью или зависимостью от интернет-секса. Чувствую ли я, что потерял контроль над своим сексуальным поведением? Были ли важные последствия у моего неконтролируемого сексуального поведения? Кажется ли мне, что постоянно думаю о своем неконтролируемом сексуальном поведении, даже когда не хочу этого? Вопрос о зависимости от интернет–секса можно найти на сайтах. This story is stranger than fiction. The neighbor guy is always watching the couple fuck outside. So, Johnny decides to invite him over while his wife Sammy fucks a porn star. Even though he won't admit it, we think this neighbor will be jacking off thinking about this later on. Знаменитости перестали скрывать правду о своем переделанном теле, в комнате надо мной все утро музицируют литовские саксофонисты.

Целый день носился по городу. Кажется, почти все дееспособные граждане бывшего советского союза ломанулись в Цюрих на распродажи. Тут вобщем-то от местных в магазинах яблоку упасть негде, все толпятся, толкаются, ощущение, что они хотят скупить все, потому что завтра мир кончится (хотя, кажется, он уже кончился, у меня сегодня было ощущение, что сегодня — это завтра). Короче, полный закат Европы. Шесть часов в магазинах. Как сказал один из соотечественников: да я читал, шо они тут за эту неделю всю годовую выручку сделают! (Я подслушивал его разговор, стоя в очереди в кассу всего с тремя галстуками, они вместе с другом стояли передо мной, пробили 15 предметов одежды, не считая пачки трусов и носков.)

Швейцарцы живут общинами. Русскоязычные ходят за границей группами.

Пары: бычковатые мужички лет 30 в черных пальто и с женами в коротких кожаных куртках с меховыми воротниками; в сапогах, в которые засунуты черные джинсы: посмотри, какая классная рубашка для тебя, давай поищем твой размер. (Ищут) — Нет моего размера — Ну, бля, какого хуя ты так отожрался, жирный, бля… — Я не жирный, я крепкий. (Рядом ходит еще один такой же, тоже лысый, почти клон крепкого, со своей женой в черной куртке с меховым капюшоном.)

Иногда бычковатым мужичкам уже за 40, и жены у них в дорогих шубах, но цвет пальто остается прежним, хотя, качество материала пальто заметно улучшается. Еще не меняется пронзительный/презрительный взгляд.

Молодые парни ходят по магазину женской одежды: щас с тобой ха ха типа на разведке, завтра пойдем по полной программе закупаться.

Или еще так: пять-шесть человек: два пожилых мужика, две тетки, с ними старушка или чей-нибудь сын. Ой, надо что-нибудь Матвеичу купить, а то он обидится. — Ты чё, чё мы тут ему купим? Посмотри на цены.

В Coop на мосту у вокзала четыре русские дамы выбирают сыр. Ой, горгонцола по вкусу похожа на траву и что-то эта плесень вообще не внушает мне доверия. — А вы пробовали камамбер? Давайте возьмем камамбер! Или давайте вон тот возьмем, он подешевле. — Вот какой-то странный сыр с черной коркой, я такой никогда не видела, какой страшный.

По одиночке не ходит никто.

И так целый день. Русская речь там и тут.

Что же с нами со всеми случится, если вдруг однажды все товары на земле закончатся?

29 декабря

По совету Данилы смотрел на Москву глазами чужестранца. Чтобы не стоять в колоссальной пробке на Ленинградском шоссе, поехали с отцом из Шереметьево?2 (гадкий аэропорт, грязь, наглые таксисты, одно окошко на паспортный контроль для граждан РФ, угрюмые лица) через город Химки. Смотрел из окна автомобиля на грязно-белые типовые дома 1970–80?х гг. и думал, какие они замечательные на фоне серого неба, какие своевременные: гнетущие, но скромные; новые дома — торжественная убогость. Вечером ехал от родителей домой: под ногами жижа цвета дешевого растворимого кофе с молоком, когда воды намного больше, чем кофе и молока. Темно. Тротуары под тонким прозрачным льдом с белыми трещинами, блестящие под тусклым светом фонарей, имеют фантастический вид. На автобусной остановке: тот самый молодой человек, с которым я летом каждый вечер ждал автобуса и однажды поздоровался.

В поезде, когда ехал в аэропорт. В вагоне бизнесмен на ломаном, тяжело звучащем английском громко разговаривал со своим подчиненным по сотовому: я познакомился с ним на яхте, он, конечно, еврей, но с этим ведь ничего не поделаешь, зато у него есть много контаков, будем надеяться, он поможет нам в Шанхае; это сейчас бесполезно, но для будущего, для будущего… Когда мы отпускаем наших программистов? Я через три дня еду смотреть заводы в Китае… и т. д.

Он пошел мимо меня к выходу: совершенно не был похож на какого-то важного человека. Только чемоданами.

По данным следствия, в свой день рождения 25-летняя жительница Владимира пошла гулять и случайно познакомилась с двумя молодыми людьми. Несмотря на то, что новые знакомые были пьяны, девушка присоединилась к компании. Все вместе молодые люди направились в лес.

Возле Дворца спорта у родника молодые люди набрали воды, чтобы разбавить спирт. После спиртного им захотелось секса. Однако девушка отказалась вступить в интимные отношения, и тогда ее спутники напали на нее и убили. После этого вырезали у девушки сердце, зажарили на костре и съели.

Во время следствия выяснилось, что от рук подозреваемых погибли еще два человека. Один из задержанных убил свою мать, после чего отрезал ей голову. Другой задержанный расправился со своим отцом, закатав его тело в бетон.

Горные лыжи — опасный вид спорта, но безумно интересный. Кто раз попробовал, никогда уже не бросит, — поделился московский мэр.

А я однажды читал про одного американского мэра. Он тоже любил кататься на горных лыжах, и катался, но потом на полной скорости врезался в дерево, расшибся и умер. Пожелаем московскому мэру удачи!

31 декабря

Секс, как известно, это следующее (после смерти) место, где фантазия проверяется/сталкивается с реальностью. Если после секса продолжаешь фантазировать о человеке, с которым переспал, то тогда это, наверное, и есть приблизительно то, что называют (любовью).