НАБОКОВ Владимир Дмитриевич

НАБОКОВ Владимир Дмитриевич

9(21).7.1869 – 28.3.1922

Юрист, публицист, общественный деятель, один из лидеров партии кадетов. Депутат 1-й Государственной думы. В 1917 управляющий делами Временного правительства. С ноября 1918 министр юстиции Крымского краевого правительства, с апреля 1919 в эмиграции. Погиб, заслоняя собой П. Н. Милюкова в момент покушения на него. Публикации в журналах «Вестник права», «Образование» и др. Редактор-издатель «Вестника партии народной свободы», газеты «Речь». Книги «Элементарный учебник особенной части русского уголовного права» (СПб., 1903), «Сборник статей по уголовному праву» (СПб., 1904), «Систематический сборник постановлений съездов русских исправительных заведений для малолетних» (СПб., 1904) и др. Отец В. Набокова.

«Набоков был сын министра юстиции, любимца Александра II. Он вырос в придворной среде, по вкусам и привычкам был светский человек. По Таврическому дворцу [в Санкт-Петербурге, в котором проходили заседания Государственной думы. – Сост.] он скользил танцующей походкой, как прежде по бальным залам, где не раз искусно дирижировал котильоном. Но все эти мелькающие подробности своей блестящей жизни он рано перерос. У него был слишком деятельный ум, чтобы долго удовлетворяться бальными успехами. В нем, как и во многих тогдашних просвещенных русских людях, загорелась политическая совесть. Он стал выдающимся правоведом, профессором, одним из виднейших деятелей Освободительного Движения.

…Некоторые фразы Набокова запоминались, повторялись. Большой успех имела его длинная речь по поводу адреса, где он подробно развил идею, очень дорогую кадетам, но совершенно неприемлемую для правительства, об ответственности министров перед Государственной Думой. Эту речь Набоков закончил словами, которые и теперь иногда повторяются людьми, не забывшими думский период русской истории:

– Власть исполнительная да подчинится власти законодательной.

Бросив этот вызов, Набоков под гром аплодисментов, легко, несмотря на некоторую раннюю грузность, сбежал по ступенькам думской трибуны, украдкой посылая очаровательные улыбки наверх, на галерею, где среди публики бывало немало хорошеньких женщин. Набоков был искренний конституционалист, горячий сторонник правового строя. Он был счастлив, что наконец мог в высоком собрании, открыто во всей полноте высказывать свои политические воззрения. Все же и одобрение красивых женщин его немало тешило.

…Среди разных думских зрелищ одним из развлечений были набоковские галстуки. Набоков почти каждый день появлялся в новом костюме и каждый день в новом галстуке, еще более изысканном, чем галстук предыдущего дня» (А. Тыркова-Вильямс. То, чего больше не будет).

«Я много раз имел высокую честь видеть Набокова, но почти что не помню его без смокинга. Лицо у него было румяное, толстое, немножко туповатое. Что-то телячье проглядывало в его глазах. Считался он в то время блестящим оратором и тонким юристом, но я его много раз слышал в Думе, и мне казалось, что его речи не так уж блестящи, по крайней мере, по форме. О темпераменте и говорить нечего. В граммофоне больше темперамента. Его речи напоминали проповеди католических епископов. Каждый жест у него был рассчитан. Изучен, вероятно, перед зеркалом. Каждое повышение или понижение голоса было как бы предвиденное. Все „повышения“ и „понижения“ были на заранее подготовленных местах.

Его статьи не отличались ни большим умом, ни даже крошечным талантиком. Писал он их деревянно. Читались они с трудом. Однако Набоков был в „Речи“ большая фигура.

…Редко, очень редко, Набоков давал обед для друзей. Приглашались только виднейшие сотрудники „Речи“. Обеды были тонкие, придворные. Повар Набокова славился во всем Петербурге. Не хочу быть неточным в важных исторических фактах, поэтому считаю нужным заявить: за ниже сообщенное не ручаюсь. Ходили слухи, что Набоков отбил повара у старой государыни. Повторяю: не ручаюсь за это. Однако за то, что повар Набокова был одним из лучших в столице, я ручаюсь вполне» (Старый Журналист. Литературный путь дореволюционного журналиста).

«Набокова я помню лет пятнадцать. Талантов больших в нем не было; это был типичный первый ученик. Все он делал на пятерку. Его книжка „В Англии“ заурядна, сера, неумна, похожа на классное сочинение. Поразительно мало заметил он в Англии, поразительно мертво написал он об этом. И было в нем самодовольство первого ученика. Помню, в Лондоне он сказал на одном обеде (на обеде писателей) речь о положении дел в России и в весьма умеренных выражениях высказал радость по поводу того, что государь посетил парламент. Тогда это было кстати, хорошо рассчитано на газетную (небольшую) сенсацию. Эта удача очень окрылила его. Помню, на радостях, он пригласил меня пойти с ним в театр и потом за ужином все время – десятки раз – возвращался к своей речи. Его дом в Питере на Морской, где я был раза два – был какой-то цитаделью эгоизма: три этажа, множество комнат, а живет только одна семья! Его статьи (напр., о Диккенсе) есть в сущности сантиментальные и бездушные компиляции. Первое слово, которое возникало у всех при упоминании о Набокове: да, это барин.

У нас в редакции „Речь“ всех волновало то, что он приезжал в автомобиле, что у него есть повар, что у него абонемент в оперу и т. д. (Гессен забавно тянулся за ним: тоже ходил в балет, сидел в опере с партитурой в руках и т. д.) Его костюмы, его галстухи были предметом подражания и зависти. Держался он с репортерами учтиво, но очень холодно. Со мною одно время сошелся: я был в дружбе с его братом Набоковым Константином, кроме того, его занимало, что я, как критик, думаю о его сыне-поэте. Я был у него раза два или три – мне очень не понравилось: чопорно и не по-русски. Была такая площадка на его парадной лестнице, до которой он провожал посетителей, которые мелочь. Это очень обижало обидчивых.

Но все же было в нем что-то хорошее. Раньше всего голос. Задушевный, проникновенный, Бог знает откуда. Помню, мы ехали с ним в Ньюкасле в сырую ночь на верхушке омнибуса. Туман был изумительно густой. Как будто мы были на дне океана. Тогда из боязни цеппелинов огней не полагалось. Люди шагали вокруг в абсолютной темноте. Набоков сидел рядом и говорил – таким волнующим голосом, как поэт. Говорил банальности – но выходило поэтически. По заграничному обычаю он называл меня просто Чуковский, я его просто Набоков, и в этом была какая-то прелесть. Литературу он знал назубок, особенно иностранную; в газете „Речь“ так были уверены в его всезнайстве, что обращались к нему за справками (особенно Азов): откуда эта цитата? в каком веке жил такой-то германский поэт? И Набоков отвечал. Но знания его были – тривиальные. Сведения, а не знания. Он знал все, что полагается знать образованному человеку, не другое что-нибудь, а только это. Еще мила была в нем нежная любовь к Короленко, симпатиями которого он весьма дорожил. Его участие в деле Бейлиса также нельзя не счесть большой душевной (не общественной) заслугой. И была в нем еще какая-то четкость, чистота, – как в его почерке: неумном, но решительном, ровном, крупном, прямом. Он был чистый человек, добросовестный; жена обожала его чрезмерно, до страсти, при всех. Помогал он (денежно), должно быть, многим, но при этом четко и явственно записывал (должно быть) в свою книжку, тоже чистую и аккуратную.

…Кстати: я вспомнил сейчас, что в 1916 году, после тех приветствий, которыми встретила нас лондонская публика, он однажды сказал:

– О, какими лгунишками мы должны себя чувствовать. Мы улыбаемся, как будто ничего не случилось, а на самом деле…

– А на самом деле – что?

– А на самом деле в армии развал; катастрофа неминуема, мы ждем ее со дня на день…

Это он говорил ровно за год до революции, и я часто потом вспоминал его слова.

Поразительные слова – пророческие – записаны о нем у меня в Чукоккале:

Почтит героя рамкой черной

И типографскою слезой

П. Милюков огнеупорный,

И будет Гессен сиротой.

Милюков оказался воистину огнеупорным – fire proof. Это сочинено Немировичем еще в 1916 году» (К. Чуковский. Из дневника. 29 марта 1922).

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

«Невстреча»: Бродский и Набоков

Из книги Иосиф Бродский автора Лосев Лев Владимирович

«Невстреча»: Бродский и Набоков В зарубежье находились еще два русских писателя, чьи имена были едва ли не более известны, чем имя Бродского, и оба на одно-два поколения его старше – Владимир Набоков и Александр Солженицын. Они вели, хотя и по-разному, отшельнический образ


ГЛАВА 13 Набоков-писатель

Из книги Владимир Набоков: русские годы автора Бойд Брайан

ГЛАВА 13 Набоков-писатель Быть может, наше чувство времени — это сквозняк из другого измерения. Рукопись книги «Убедительное доказательство»1 Подлинная история набоковского искусства — это история обретения стилистической и повествовательной изобретательности,


КОРНЕЕВ Владимир Дмитриевич

Из книги Большая Тюменская энциклопедия (О Тюмени и о ее тюменщиках) автора Немиров Мирослав Маратович

КОРНЕЕВ Владимир Дмитриевич Владимир Дмитриевич Корнеев родился в 1924 году в поселке Глухово Ногинского района Московской области в семье рабочего. Русский. В октябре 1941 года был эвакуирован в город Миасс, работал на заводе «Электроаппарат». С августа 1942 года участвует


Набоков, Владимир

Из книги Тайный русский календарь. Главные даты автора Быков Дмитрий Львович

Набоков, Владимир Как он в нее тырц! тырц!Слепой! Наугад!Она по башке топором его дырц —и убегла.Скользкая такая вжик блядь словно ящерицаЖаркозадая, коль выражаться фигурально,а на ощупь — ничего, прохладная,Погубила его всячески, а после ухуящерила —Вот такие все вы


2 июля. Умер Владимир Набоков (1977) Умирать полезно

Из книги Набоков автора Зверев Алексей

2 июля. Умер Владимир Набоков (1977) Умирать полезно «Писателю и умирать полезно» — эту фразу бывалого зека подслушал в лагере Синявский (такого не выдумаешь), и последний роман Набокова, называвшийся поначалу «Умирать прикольно» («Dying is fun»), подтверждает жестокую, но


Владимир Набоков по обе стороны океана

Из книги Вера (Миссис Владимир Набоков) автора Шифф Стейси

Владимир Набоков по обе стороны океана Если отбросить ложную скромность, то я самая яркая личность из всех, встретившихся мне за всю жизнь. Владимир Набоков Набоков Владимир Владимирович — родился 22 апреля 1899 г. в Петербурге, умер в 1977 году в г. Монтре, Швейцария.Отец В.


ВЕРА Миссис Владимир Набоков

Из книги Из переписки Владимира Набокова и Эдмонда Уилсона автора Набоков Владимир

ВЕРА Миссис Владимир Набоков Посвящается Марку Введение Репортер: Не скажете ли вы, как важно для вас участие жены в вашей работе? Набоков: Нет, не могу сказать. «Лиснер», 23 октября 1969 г. Это история о женщине, о мужчине, а также о семейном союзе, о триединстве, которое


5 Набоков: начало вводного курса

Из книги Любовь поэтов Серебряного века автора Щербак Нина

5 Набоков: начало вводного курса Одно несомненно: если талантливые люди подходят к искусству с единственной целью искреннего служения ему в полную меру своих способностей, результат всегда вознаграждает старания. В. Набоков. Лекции по русской


Владимир Набоков Письмо в «Нью-Йорк таймс бук ревью»

Из книги Самые пикантные истории и фантазии знаменитостей. Часть 2 автора Амиллс Росер

Владимир Набоков Письмо в «Нью-Йорк таймс бук ревью» Шарж Дэвида Левина В «Нью-Йорк таймс бук ревью»[240] Главному редактору На страницах Вашего журнала ищу защиты для установления истины в нижеследующем деле.Один из моих корреспондентов любезно сфотографировал и


Владимир Набоков 1899 – 1977 «Ты мелькнешь в закатном блеске и уйдешь во мглу»

Из книги Дети войны. Народная книга памяти автора Коллектив авторов

Владимир Набоков 1899 – 1977 «Ты мелькнешь в закатном блеске и уйдешь во мглу» Нина Берберова в своей книге «Курсив мой» писала: «Я постепенно привыкла к его манере… не узнавать знакомых, обращаться, после многих лет знакомства, к Ивану Ивановичу как к Ивану Петровичу,


Владимир Набоков «Лолита»

Из книги Серебряный век. Портретная галерея культурных героев рубежа XIX–XX веков. Том 2. К-Р автора Фокин Павел Евгеньевич


Я думал, что отец привезет нам с войны новую игрушку Владимир Дмитриевич Пименов, 1936 г. р

Из книги автора

Я думал, что отец привезет нам с войны новую игрушку Владимир Дмитриевич Пименов, 1936 г. р До войныДеревня Сухлово, где я родился, стоит на шоссе Псков – Новгород, как раз посередине. В этом месте вдоль дороги протекает река Шеронь. Она берет начало в окрестностях города


НАБОКОВ Владимир Владимирович

Из книги автора

НАБОКОВ Владимир Владимирович псевд. до 1940 – В. Сирин;10(22).4.1899 – 2.7.1977Прозаик, поэт, драматург, филолог. Стихотворные сборники «Стихи» (Пг., 1916), «Горний путь» (Берлин, 1923), «Гроздь» (Берлин, 1923), «Стихотворения. 1929–1951» (Париж, 1952). Романы «Машенька» (Берлин, 1926), «Король, дама,