Русский Иерусалим
Русский Иерусалим
Михаил Александрович Максимович, один из ближайших друзей Гоголя, рассказывал о встрече с ним в Киеве летом 1835 года, после трехлетнего перерыва. По его словам, Гоголь уже тогда поразил его своей глубокой религиозной настроенностью. «Он пробыл у меня пять дней, – вспоминал Максимович, – или, лучше сказать, пять ночей: ибо в ту пору все мое дневное время было занято в университете, а Гоголь уезжал с утра к своим нежинским лицейским знакомцам и с ними странствовал по Киеву. Возвращался он вечером, и только тогда начиналась наша беседа… Нельзя было мне не заметить перемены в его речах и настроении духа: он каждый раз возвращался неожиданно степенным и даже задумчивым… Я думаю, что именно в то лето начался в нем крутой переворот в мыслях – под впечатлением древнерусской святыни Киева, который у малороссиян XVII века назывался Русским Иерусалимом…»
Более 800 000 книг и аудиокниг! 📚
Получи 2 месяца Литрес Подписки в подарок и наслаждайся неограниченным чтением
ПОЛУЧИТЬ ПОДАРОКДанный текст является ознакомительным фрагментом.
Читайте также
Глава XI ДОРОГА В ИЕРУСАЛИМ
Глава XI ДОРОГА В ИЕРУСАЛИМ Тарсянину было почти пятьдесят, когда он в сопровождении горстки соратников отправился в путь вдоль моря. Дорога шла по берегу через Смирну, в обход Пергама, а дальше тянулась вокруг залива Эдремит. Они направлялись в Троаду. Павел решил
Путь на Иерусалим…
Путь на Иерусалим… Я никогда даже не мечтала попасть в город мира — Иерусалим, священный город трех религий. Долгое время это было просто неосуществимо для большинства наших граждан, а когда реклама паломнических туров в Святую Землю стала такой же обычной, как «сделай
Иерусалим
Иерусалим Последние две недели в Египте как бы мне прошли под хамсинными сумерками; мертвой, желто-коричневой мутью окрашен был свет; в день отъезда такие же сумерки тускло маячили над Порт-Саидом; по мере того как перемещались мы к Яффе, мне отчетливей осозналося: сумерки
Глава четвертая Битва за Иерусалим
Глава четвертая Битва за Иерусалим О том, каковы были размеры армии, собранной Давидом в Хевроне, мы знаем из "Хроникона", а затем их повторяет Иосиф Флавий в "Иудейских древностях".Если оставить те броские эпитеты, которыми "Хроникон" награждает воинов каждого колена ("люди
4. Шолем – Беньямину Иерусалим, 01.08.1931
4. Шолем – Беньямину Иерусалим, 01.08.1931 Я предполагаю, ты посвятишь первый том своих критических наблюдений[149] памяти Гундольфа[150]. Как бы там ни было, но свою работу о Кафке ты должен написать так, чтобы ей обязательно нашлось место в твоей книге, ибо с моральной точки
10. Шолем – Беньямину Иерусалим, 19.04.1934
10. Шолем – Беньямину Иерусалим, 19.04.1934 Спешу сообщить тебе <…> о всевозможных шагах, мною предпринятых.Во-первых, я не преминул со всей настоятельностью указать на тебя д-ру Роберту Вельшу, близкому мне по образу мысли главному редактору берлинской «Юдише Рундшау»,
13. Шолем – Беньямину Иерусалим, 20.06.1934
13. Шолем – Беньямину Иерусалим, 20.06.1934 Меня крайне радует, что ты взялся за работу о Кафке, однако высказаться по этому поводу самому не вижу в ближайшие недели никакой возможности. Да и ты, вне всяких сомнений, куда лучше проведешь свою линию без тех мистических
Иерусалим
Иерусалим В это время подошли к нему фарисеи и сказали: „Уходи отсюда и постарайся скрыться: Ирод хочет тебя убить!" Он ответил: Передайте этой лисе, что изгонять бесов и исцелять больных я буду сегодня, и завтра, и на третий день, пока не достигну цели. Продолжать свой путь
Новый Иерусалим
Новый Иерусалим Мюнстер был городом с высокими домами, увенчанными остроконечными крышами, с аркадами и другими памятниками, утверждавшими его святость. Население Мюнстера, насчитывавшее приблизительно 9000 жителей, чувствовало себя весьма спокойно за мощными стенами,
ИЕРУСАЛИМ
ИЕРУСАЛИМ И вот мечта его жизни осуществилась. 20 января 1848 года небольшой, перегруженный пассажирами пароход «Капри» отчалил из Неаполя и взял курс на Мальту. Берега Италии оставались позади. Впереди раскрывались голубые просторы Средиземного моря.Дольше нельзя было
ИЕРУСАЛИМ, 1920
ИЕРУСАЛИМ, 1920 Вероятно, 1920 год был самым бурным в жизни Жаботинского. Вначале он думал с наступлением мира осесть в Иерусалиме и отдохнуть после изнурительной борьбы. Наступил час спокойного созидания, осуществления декларации Бальфура. Он хотел быть всего лишь одним
Из цикла «Вход в Иерусалим»
Из цикла «Вход в Иерусалим» Мария Над горизонтом солнце остывало И дымка, как от угольев от костра, Сплошною пленкой небо застилала. И будто солнце людям разрешало На свой закат смотреть во все глаза. И вечер, на морской прилив похожий, Долину прятал в сумраке ночном И
XXVIII. Путешествие в Иерусалим. - Конвоированье через пустыни Сирии. - Побудительные причины к путешествию. - Внутреннее перевоспитание. - Понятия о службе. - Письма о путешествии в Иерусалим к Н.Н. Ш<ереметевой>, П.А. Плетневу, А.С. Данилевскому, Жуковскому и отцу Матвею.
XXVIII. Путешествие в Иерусалим. - Конвоированье через пустыни Сирии. - Побудительные причины к путешествию. - Внутреннее перевоспитание. - Понятия о службе. - Письма о путешествии в Иерусалим к Н.Н. Ш<ереметевой>, П.А. Плетневу, А.С. Данилевскому, Жуковскому и отцу Матвею. Из
НОВЫЙ ИЕРУСАЛИМ
НОВЫЙ ИЕРУСАЛИМ В тот день, когда оккупанты отступили из Истры, они сожгли город и взорвали старинный русский монастырь, являющийся величайшим памятником архитектуры, известный под названием Нового Иерусалима. Всю ночь горел город, пламя застилало горизонт, огромное