5.1. От Архангельска до Оби (1734–1739)

5.1. От Архангельска до Оби

(1734–1739)

Первый отряд Великой Северной экспедиции должен был описать берег от Печоры до устья Оби. Начальником отряда был назначен лейтенант Степан Воинович Муравьев, его помощником – лейтенант Михаил Степанович Павлов.

Специально для отряда в Архангельске, по совету местных властей, были построены по типу кочей беломорских промышленников два коча «Экспедицион» и «Обь» (длиной 52? фута, шириной 14 футов и осадкой 8 футов). Для придания прочности кочи были «обшиты самою крепкою лодейною вицею, накладывая краи по 3 вершка, и упруги (шпангоуты) друг от друга по полуаршину, а палуба креплена кокорами, по две кокоры у каждой балки» (бимса)[101].

Суда эти, как и все кочи, были плоскодонными.

В Пустозерске на случай зимовки отряда у острова Вайгач было собрано стадо оленей, а в Обдорск завезена провизия.

10 июля 1734 г. кочи вышли из Северной Двины в море и 25 июля вошли в Югорский Шар, в котором простояли четыре дня. За это время были посланы: штурман для описи южного берега Вайгача и казак для постановки знаков на берегу материка.

29 июля вышли в Карское море, оказавшееся против ожидания совершенно свободным от льдов. 31 июля кочи с попутным ветром подошли к полуострову Ямал у Мутного залива (устье реки Мутной). Здесь налились пресной водой и набрали плавника для отопления.

Маршруты отряда Муравьева в 1734 и 1735 годах (по Яникову).

3 августа подошли к Шараповым Кошкам приблизительно на 71° с. ш., из-за противного ветра простояли пять дней, а затем были вынуждены даже снизиться на юг к Мутному заливу, где все-таки была более или менее укрытая якорная стоянка.

15 августа вышли из залива и с попутным ветром уже 18 августа были на 72°35? с. ш. Отсюда из-за позднего времени и противных ветров повернули обратно. В поисках места, удобного для зимовки, 21 августа заходили в устье Кары, а 26-го в Югорский Шар. Наконец, 4 сентября вошли в устье Печоры и 16 сентября оба коча были поставлены на зимовку у деревни Тельвицы (ныне город Нарьян-Мар), а команды отправлены в Пустозерск.

29 июня 1735 г. кочи вышли в море, но пришли в Югорский Шар только 15 июля. Здесь на берег Вайгача опять был послан штурман для продолжения описи, неоконченной в 1734 году.

21 июля вышли в Карское море, но встретили так много льда, что вернулись в Югорский Шар и простояли здесь до 6 августа.

Вскоре после выхода в море вошли во льды и, расталкивая их шестами, начали пробираться на северо-восток.

18 августа суда потеряли друг друга из виду. Тем не менее кочи продолжали свое плавание на север, и 23 августа Муравьев достиг 73°04? с. ш., а Павлов—73°11? с. ш., т. е. приблизительно широты пролива Малыгина. По архивным документам теперь установлено, что в последние дни своего продвижения на север они шли уже вдоль берегов острова Белого. После этого оба коча повернули назад. Павлов вернулся в Югорский Шар 25 августа, а Муравьев, заходивший на пути к Мутному заливу, только 6 сентября. 9 сентября у устья Печоры кочи соединились и 22 сентября стали на новую зимовку.

На основании архивных документов Г. В. Яников установил, что в январе 1735 г. из Березова для содействия отряду Муравьева – Павлова была отправлена партия казаков под начальством Алексея Никитина. Эта партия поставила два деревянных знака – один на северо-западной и другой на северо-восточной оконечности полуострова Ямал. Часть казаков под начальством Алексея Старкова пробыла у северо-западного знака с 15 июня по 8 сентября, а остальные казаки – у северо-восточного знака с 3 июня по 20 сентября.

Алексей Старков 20 августа видел суда, шедшие под парусами на север. Казаки зажгли костер, но погода была туманная, и с судов этот сигнал не был заметен. Через несколько дней Старков увидел те же суда, возвращавшиеся на юг.

При опросе обе группы казаков согласно показывали, что во второй половине августа льды стали разрежаться и к концу августа их не стало видно ни в море, ни в проливе между островом Белый и полуостровом Ямал – т. е. в проливе Малыгина.

Поскольку Старков дважды видел кочи Муравьева и Павлова и подавал им сигналы, следует признать чистой случайностью, что работа отряда не была закончена в 1735 году. Состояние льдов в это время значительно улучшилось.

За две прошедшие навигации отрядом Муравьева были описаны южное побережье острова Вайгач и небольшой участок западного берега полуострова Ямал.

Малые результаты своих плаваний Муравьев объяснил прежде всего плохими мореходными качествами кочей. По его словам, на кочах не только нельзя было лавировать, но даже лежать в дрейфе. Далее Муравьев доносил, что, по его мнению, из-за дальности расстояния и краткости навигационного периода в одно лето из Печоры до Оби не дойти.

В связи с тем что Муравьев и Павлов все время ссорились друг с другом, некий кормщик, Язжин, считая, что «от несогласия оных лейтенантов в окончание тое экспедицию привесть не могли», предлагал свои услуги: «ежели повелено будет за благо послать от города Архангельского или с Мезени нынешнею весною (1737 г.) меня нижайшего в вышереченную экспедицию на угодном судне, и дать в помощь на море бывалых людей мезенцев девять человек, и провианта на год и на четыре месяца, а для сочинения картины (везде курсив Соколова.—Н. З.) послать с нами доброго человека свою должность отправлять, точию не командиром над нами, и на море в плавание не вступать (не вмешиваться.—Н. З.) – имею я, нижайший, трудолюбивое рачение с добрым намерением идти до реки Енисея, разве великие неотносные льды препятствовать будут…»[102]

А. Соколов пишет, что сначала предложение Язжина было принято, но потом отвергнуто, так как по собранным сведениям Язжин «… всегда находится в великом пьянстве».

Интересно также еще одно место из донесений Муравьева, а именно: «Плавание было до Вайгача, хотя и не совсем верно, по карте (курсив Соколова.—Н. 3.), а от Вайгача…, не имея никакой карты…»[103]

Такое утверждение несколько странно. Достаточно указать на карту Исаака Массы (1612), на которой побережье Ямала, и в частности, Шараповы Кошки, нанесены, конечно по рассказам русских, с большой верностью.

Адмиралтейств-коллегия не порицала Муравьева за двухлетние неудачи и только написала, что «без окончания по инструкции в совершенство оной экспедиции возвращения оттуда с командой не будет».

В то же время Адмиралтейств-коллегия уважила многие представления Муравьева. Так, она приказала построить в Архангельске для отряда две дубель-шлюпки, которые «во время ветров к лавированию способнее», а в безветрии могут «греблею итти»[104]. В дальнейшем, по предложению архангельского порта дубель-шлюпки были заменены палубными ботами.

Также по представлению Муравьева в начале 1736 г. из Пустозерска для предварительного обзора берегов и постановки знаков был послан к устью Оби на оленях геодезист Василий Селифонтов. В течение лета Селифонтов прошел по левому берегу Обской губы, обогнул полуостров Ямал с севера и, спустившись на юг по западному берегу Ямала, достиг пункта, до которого в 1735 г. доходили Муравьев и Павлов.

Однако вскоре Муравьев и Павлов, непрестанно ссорившиеся друг с другом, притеснявшие команду и местных жителей, были смещены, отданы под суд и в 1737 г. разжалованы в матросы. Начальником отряда был назначен лейтенант «майорского ранга» Степан Гаврилович Малыгин, один из образованнейших морских офицеров того времени.

Малыгин вышел с места зимовки 27 мая 1736 г. на коче «Экспедицион». Вскоре льдами коч вынесло на мель, причем он был настолько поврежден, что его пришлось бросить.

Починив коч «Обь» и погрузив на него припасы с коча «Экспедицион», Малыгин 21 июня вышел из устья Печоры. В море сразу же были встречены льды. Тяжелая борьба с ними продолжалась почти месяц и только 22 июля Малыгин достиг острова Долгого. Здесь льды задержали коч еще на семнадцать суток.

7 августа к острову Долгому подошли построенные в Архангельске одномачтовые весельные боты: «Первый» длиной 55 футов, осадкой 6 футов, под командой лейтенанта Алексея Скуратова. «Второй» длиной 50 футов, шириной 15 футов и осадкой 5? футов, под командой лейтенанта Ивана Сухотина. 8 августа все три судна вошли в Югорский Шар.

Отсюда коч «Обь», оказавшийся совершенно ненадежным, был под командой Сухотина отправлен в Архангельск. Малыгин пересел на бот «Первый», а командиром бота «Второго» назначил Скуратова. Всего на «Первом» было 25, а на «Втором» 24 человека.

Состояние льдов в Карском море в навигацию 1736 г. оказалось весьма неблагоприятным. Боты, выйдя из Югорского Шара 23 августа, смогли пройти только до устья реки Кары и 26 сентября стали на зимовку в этой реке. 6 ноября к отряду присоединился геодезист Селифонтов. Оставив на зимовку в избе, построенной у места стоянки ботов, подштурмана Андрея Великопольского с подлекарем и десятью матросами, сам Малыгин со всей остальной командой отправился на зиму в Обдорск (ныне Салехард).

16 марта 1737 г. Селифонтов выехал из Обдорска сухим путем для описи острова Белого, но не смог этого сделать из-за недостатка на острове корма для оленей.

В начале мая Малыгин с командой вернулся на зимовавшие в реке Каре боты и 6 июля вышел в море. Описывая по пути южные берега Карского моря и западные берега Ямала, Малыгин уже 23 июля был в проливе, отделяющем остров Белый от материка и называемом теперь проливом Малыгина. Здесь он встретился с Селифонтовым. 17 августа Малыгин вошел в Обскую губу, в то время свободную ото льда, и 1 октября дошел до города Березова. Поставив здесь бот на зимовку и передав командование Скуратову, Малыгин с подробными картами и донесениями выехал в Петербург.

Маршруты отряда Малыгина, в 1736 и 1737 годах (по Яникову).

Скуратов принял в командование бот «Первый», а подштурмана Марка Головина назначил командиром бота «Второй».

30 июня 1738 г. боты покинули место зимовки, 6 июля вышли из устья Оби и 30 июля после месячного плавания среди льдов в Обской губе вошли в пролив Малыгина. Пролив был пройден за пять суток, а еще через сутки боты добрались до Мутного Шара. Плавание облегчалось опознавательными знаками, поставленными на берегах в предшествовавшие навигации. Дальнейшее продвижение из-за льдов было очень трудным. Приходилось итти по разводьям, а иногда пробивать путь пешнями. К устью Кары подошли 23 августа. Льды, окружавшие суда, были совершенно безнадежны. При сильном западном ветре 12 сентября льды задвигались и повлекли за собой боты. В конце концов льды выжали боты на береговую отмель. Одновременно вблизи было зажато льдами промысловое судно.

Разгрузив боты и вытащив их на берег, Скуратов в ноябре по санному пути на оленях отправился с командой на зимовку в Обдорск, Зимовать у судов опять остался подштурман Великопольский.

4 июня 1739 г. боты вошли в море и из-за льдов подошли к Югорскому Шару только 29 июля. 2 августа, во время прохода через льды у островов Долгого и Матвеева, боты разлучились и вернулись в Архангельск раздельно: Скуратов прибыл 15 августа, а Марк Головин – на 10 дней позже.

По возвращении в Петербург Скуратов, по поручению Адмиралтейств-коллегии, составил карту района работ отряда с самого начала его возникновения. Это была первая карта данного района, основанная на инструментальных наблюдениях и потому близкая к действительности.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Глава VI. Музыкальная деятельность 1723 – 1734 годов

Из книги Иоган Себастьян Бах. Его жизнь и музыкальная деятельность автора Базунов Сергей Александрович

Глава VI. Музыкальная деятельность 1723 – 1734 годов “Музыка Страстей”. – Оратории. – Кантаты. – МотетыЕсли собрать все, что было написано Себастьяном Бахом по части светской музыки, то вся совокупность этих произведений должна положительно потонуть в бесчисленном


39. ЛЕНГОЛЛЕНСКИЕ ЛЕДИ: Леди Элеонора Батлер (1755–1831) и Сара Понсонби (1739–1829)

Из книги 100 кратких жизнеописаний геев и лесбиянок автора Расселл Пол

39. ЛЕНГОЛЛЕНСКИЕ ЛЕДИ: Леди Элеонора Батлер (1755–1831) и Сара Понсонби (1739–1829) Леди Элеонора Батлер родилась в семье ирландских аристократов-католиков, воспитывалась в монастырской школе во Франции. По возвращении в Ирландию Элеонора не проявила интереса к замужеству,


II ГОДЫ ДЕТСТВА В ПАДУЕ 1734-1739

Из книги Любовные и другие приключения Джиакомо Казановы, кавалера де Сенгальта, венецианца, описанные им самим - Том 1 автора Казанова Джакомо

II ГОДЫ ДЕТСТВА В ПАДУЕ 1734-1739 В сие печальное время мать моя была беременна на шестом месяце, а потому не могла появляться на подмостках до конца пасхальных праздников. Несмотря на свою молодость и красоту, она отказывала всем, кто искал её руки, и, поручив себя Провидению,


III ЖИЗНЬ В ВЕНЕЦИИ 1739-1743

Из книги Леонид Леонов. "Игра его была огромна" автора Прилепин Захар

III ЖИЗНЬ В ВЕНЕЦИИ 1739-1743 “Он приехал из Падуи, где занимается изучением наук”, — такими словами меня представляли повсюду, куда бы я ни приходил, и это незамедлительно вызывало внимание моих сверстников, похвалы отцов и ласкательства старух, а также тех женщин, кои, ещё не


«Едет-едет из Архангельска, едет смелый коммунар…»

Из книги Подельник эпохи: Леонид Леонов автора Прилепин Захар

«Едет-едет из Архангельска, едет смелый коммунар…» Через три дня после взятия города, 23 февраля 1920 года, Леоновы, согласно приказу Временного комитета, явились на регистрацию бывших белых офицеров и военных чиновников. Девятнадцатилетнего Леонида отпустили, а Максим


«Едет-едет из Архангельска, едет смелый коммунар…»

Из книги Генерал-фельдмаршалы в истории России автора Рубцов Юрий Викторович

«Едет-едет из Архангельска, едет смелый коммунар…» Через три дня после взятия города, 23 февраля 1920 года, Леоновы, согласно приказу Временного Комитета, явились на регистрацию бывших белых офицеров и военных чиновников. Девятнадцатилетнего Леонида отпустили, а Максим


Светлейший князь Григорий Александрович Потемкин— Таврический (1739–1791)

Из книги Любовные письма великих людей. Соотечественники автора Дойль Урсула

Светлейший князь Григорий Александрович Потемкин— Таврический (1739–1791) Пушкин А.С. оставил нам, ленивым и нелюбопытным, историю, в которой, как в капле воды, отразился характер екатерининского орла № 1. Своему любимому племяннику Н.Н. Раевскому Григорий Александрович


Князь Николай Васильевич Репнин (1734–1801)

Из книги Отечественные мореплаватели — исследователи морей и океанов автора Зубов Николай Николаевич

Князь Николай Васильевич Репнин (1734–1801) Николай Васильевич стал вторым генерал-фельдмаршалом в роду Репниных, приходясь внуком петровскому полководцу, герою Лесной и Полтавы Аниките Ивановичу Репнину (см. очерк о А.И. Репнине). Так случилось, что потомков по мужской


Князь Г. А. Потемкин (1739–1791)

Из книги Я – Фаина Раневская автора Раневская Фаина Георгиевна

Князь Г. А. Потемкин (1739–1791) Ежели моя жизнь чего-нибудь стоит, то в подобных обстоятельствах скажите только, что вы здоровы… Григорий Александрович Потемкин родился в семье среднепоместного смоленского дворянина. Участвуя в государственном перевороте 1762 г., он обратил


5.2. От Оби до Енисея (1734–1738)

Из книги Бах. Моцарт. Бетховен автора Базунов Сергей Александрович

5.2. От Оби до Енисея (1734–1738) Второй отряд Великой Северной экспедиции должен был описать морской берег от Оби до Енисея. Его начальником был назначен лейтенант Дмитрий Леонтьевич Овцын. Для отряда в Тобольске была построена двухмачтовая весельная дубель-шлюпка «Тобол»


Во второй половине 20-х годов Раневская немало поездила по стране, играя в театрах Баку, Смоленска, Гомеля, Архангельска, Сталинграда.

Из книги Потемкин автора Монтефиоре Саймон Джонатан Себаг

Во второй половине 20-х годов Раневская немало поездила по стране, играя в театрах Баку, Смоленска, Гомеля, Архангельска, Сталинграда. За эти годы ее богатая биография пополнилась новыми впечатлениями, встречами и конечно ролями. В Баку она вновь встретилась с Маяковским,


Глава VI. Музыкальная деятельность 1723–1734 годов

Из книги автора

Глава VI. Музыкальная деятельность 1723–1734 годов «Музыка Страстей». – Оратории. – Кантаты. – МотетыЕсли собрать все, что было написано Себастьяном Бахом по части светской музыки, то вся совокупность этих произведений должна положительно потонуть в бесчисленном


Часть первая: ПОТЕМКИН И ЕКАТЕРИНА (1739-1762)

Из книги автора

Часть первая: ПОТЕМКИН И ЕКАТЕРИНА (1739-1762) 1. ПРОВИНЦИАЛЬНЫЙ ЮНОША Лучше я хочу услышать, чтобы ты был убит, нежели бы себя осрамил. (Напутствие смоленского дворянина своему сыну, отправляющемуся в армию.) Л.H. Энгельгардт. Мемуары — Когда я вырасту, — хвастался маленький