2. УКРОЩЕНИЕ «ТИГРОВ» И «ПАНТЕР»

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

2. УКРОЩЕНИЕ «ТИГРОВ» И «ПАНТЕР»

Советские войска двигались на запад. Все новые и новые территории освобождали они от фашистских захватчиков.

Наряду с победоносным наступлением в Польше и Восточной Пруссии продолжались активные боевые действия 2-го и 3-го Украинских фронтов в западных областях Венгрии. Предполагалось, что войска этих фронтов уничтожат вражескую группу армий «Юг», выйдут к городам Братиславе, Брно, Вене и попутно блокируют крупные промышленные предприятия, производившие самолеты, танки, авиамоторы и боеприпасы, а также овладеют богатыми месторождениями нефти в венгерском районе Надьканижа и в Австрии, на которые еще рассчитывала фашистская Германия. Наступление намечалось начать 15 марта 1945 года.

Однако, как выяснилось в двадцатых числах февраля, я противник готовился к возобновлению наступления. Гитлеровское командование планировало нанести удар по 2-му Украинскому фронту из района Комарно на восток, а затем обрушиться основными силами у Балатона на войска 3-го Украинского фронта. Враг надеялся отбросить их за Дунай и тем самым не допустить их выхода к нефтеносным районам и южным границам Германии.

Для достижения своих целей фашисты к марту месяцу сосредоточили против 3-го Украинского фронта до 35 дивизий, из них 11 танковых[31]. Разгадав замысел противника, Ставка Советского Верховного Главнокомандования приказала войскам 3-го Украинского фронта, не приостанавливая подготовки к наступлению в Австрию, временно перейти к обороне на занимаемых рубежах. Враг имел вдвое больше танков, а мы превосходили его по числу орудий и минометов, пехоты и авиации было примерно равное количество.

В соответствии с решением командующего фронтом, Неделин сосредоточил в полосе 4-й гвардейской армии генерал-лейтенанта Н.Д.Захватаева и 26-й армии генерал-лейтенанта Н.А.Гагена, занимавших оборону в первом эшелоне на направлении вероятного главного удара противника, более 90 процентов всей артиллерии резерва Верховного Главнокомандования. На этом же направлении находилось подавляющее количество танков и самоходно-артиллерийских установок фронта.

Митрофан Иванович довел здесь оперативную плотность до 54 орудий и минометов на 1 километр фронта.

Согласно его указаниям в районе переднего края главной полосы нашей обороны предусматривалось создание сплошной зоны многослойного орудийно-минометного огня.

В период планирования боевых действий состоялся разговор Толбухина с Неделиным.

— Вам, Митрофан Иванович, — указал командующий фронтом, — надо принять все меры к тому, чтобы остановить фашистские «тигры» и «пантеры», закрыть им путь к Дунаю. Если эта задача будет выполнена, то успех нашим войскам обеспечен.

— У меня, товарищ командующий, составлен подробный план подготовки противотанковой обороны. Некоторые его положения вы уже уточнили при рассмотрении общего плана фронтовой операции, и они реализуются в войсках. Сейчас разрешите доложить детали — они существенны. — Генерал Неделин развернул карту и внимательно посмотрел на Федора Ивановича.

— Слушаю вас, — произнес маршал Толбухин.

— Я полагаю, товарищ командующий, что костяком противотанковой обороны должны быть ротные противотанковые опорные пункты, батальонные противотанковые узлы, противотанковые районы и подвижные артиллерийские противотанковые резервы полков, дивизий, корпусов и армий. Ротные противотанковые опорные пункты будем создавать во всех стрелковых ротах, расположенных на танкоопасных направлениях. Их примерный состав — три-пять орудий и четыре-шесть противотанковых ружей. Ротные опорные пункты объединим в батальонные противотанковые узлы. Причем там, где необходимо, усилим их отдельными танками и самоходно-артиллерийскими установками. Противотанковые районы организуются на всех угрожаемых танкоопасных направлениях, на стыках и флангах соединений, количество орудий — от 12 до 24. Мы создаем их за счет истребительно-противотанковой, зенитной, пушечной и гаубичной артиллерии всех калибров, самоходно-артиллерийских установок и танков. В частности, в 4-й гвардейской и 26-й армиях противотанковые районы объединят 76 артиллерийских полков. Полагаю, что расчеты орудий из противотанковых узлов и районов должны четко взаимодействовать с группами танковых истребителей, вооруженных противотанковыми ружьями и гранатами, бутылками с горючей жидкостью и минами. Подвижные артиллерийские противотанковые резервы организуются из подразделений истребительно-противотанковой и самоходной артиллерии во всех звеньях, начиная от стрелкового полка и кончая фронтом. Я уже отдал распоряжение командирам артиллерийских противотанковых резервов, чтобы они заблаговременно готовили по нескольку рубежей развертывания и действовали совместно с подвижными отрядами заграждений. Начальник инженерных войск фронта генерал-полковник инженерных войск Л.3.Котляр выделил для них около 30 тысяч противотанковых мин, а также большое количество взрывчатых веществ, — закончил свой доклад командующий артиллерией фронта.

— А что предпринимается, Митрофан Иванович, для борьбы с танками противника в ночных условиях? Ведь в последнее время, как вы знаете, враг, используя специальные приборы и различные осветительные средства, может прибегнуть к ночным атакам.

— Мы предусмотрели и этот вариант, — ответил Неделин. — Недавно в дивизиях мы провели занятия, на которых демонстрировали действия расчетов противотанковых орудий с практическим ведением огня по макетам и трофейным танкам ночью даже при слабой видимости, а также искусственном освещении «наступающего противника».

— А как предполагаете создавать это освещение в реальном бою?

— В каждой батарее созданы сигнально-осветительные посты, которые имеют ракетницы и по установленной команде будут периодически освещать вражеские цели.

— А достаточно ли этого?

— Нет, недостаточно. Кроме того, для ослепления атакующих фашистов и освещения местности предусмотрено использование прожекторов, авиационных и артиллерийских осветительных бомб и снарядов.

— А как обстоят дела с боеприпасами и горючим? — продолжал задавать вопросы Федор Иванович.

— Приняты меры, чтобы артиллерия имела необходимое количество боеприпасов в боевых порядках и, кроме того, неснижаемый суточный запас не менее одного боекомплекта на складах дивизии, — ответил Митрофан Иванович.

— Ну что ж, — заключил командующий фронтом, — вроде бы все у вас предусмотрено. Только прошу вас согласовать эти мероприятия с Семеном Павловичем Ивановым и отразить их в общем плане операции.

Следует отметить, что командующий артиллерией своими конкретными и обоснованными предложениями по важнейшим мероприятиям оказывал большую помощь маршалу Толбухину и начальнику штаба фронта генералу С.П.Иванову. Они, в свою очередь, всегда с особым вниманием и уважением выслушивали мнение М.И.Неделина и хорошо относились к его штабу. Это способствовало повышению авторитета Митрофана Ивановича, создавало уверенность в работе генералов и офицеров-артиллеристов.

Принципиальные вопросы Митрофан Иванович Неделин обычно согласовывал с начальником штаба генерал-полковником Семеном Павловичем Ивановым, а затем утверждал отработанные документы у командующего и члена Военного совета фронта. Его указания по боевому применению артиллерии были обязательны не только для артиллерийских, но и для общевойсковых командиров и начальников.

Митрофан Иванович нес ответственность и за противовоздушную оборону, которая организовывалась и осуществлялась на основе единого фронтового плана. При этом зенитное артиллерийское прикрытие войск и тыловых объектов возлагалось на зенитные группы армий и фронта, а также на 9-й корпус противовоздушной обороны генерал-майора артиллерии Е.А.Райнина. Силы и средства ПВО тесно взаимодействовали между собой и с истребительной авиацией 2-го и 3-го Украинских фронтов...

Наступление противника ожидалось со дня на день. Все генералы и офицеры штаба артиллерии были начеку. Дежурили дни и ночи. Сам Митрофан Иванович находился при командующем войсками фронта. В соседнем укрытии выполняли свои обязанности ближайшие помощники Неделина: Софронин не отходил от карты и телефонов ВЧ; Дорошенко держал связь с 46-й гвардейской армией; Бельдиев — с 26-й армией; Инашвили дежурил в разведуправлении, получая и добывая там необходимую информацию о противнике.

Тревожные сведения поступили на КП фронта в ночь на 6 марта. Враг внезапно, без проведения артиллерийской подготовки, форсировал реку Драва и нанес удар по частям 3-й югославской и 1-й болгарской армий. Затем на рассвете 6 марта последовал второй удар по 57-й армии. Но эти два удара были отвлекающими. Их удалось быстро пресечь огнем орудий и минометов.

И только в 8 часов 15 минут противник начал артиллерийскую подготовку на главном направлении между озерами Веленце и Балатон. Спустя 30 минут в атаку перешли 1-я танковая дивизия СС «Адольф Гитлер», 12-я танковая дивизия «Гитлерюгенд» и 25-я пехотная дивизия венгров. Фашисты ввели в сражение свыше 300 танков и штурмовых орудий.

Однако на сей раз они действовали осторожнее, чем в январе — феврале. Да и наша оборона была намного сильнее прежней.

Развернулось упорнейшее сражение, в котором все решала дуэль гитлеровских танков и нашей артиллерии, напряженная борьба в воздухе.

От несмолкаемого орудийного гула, рева реактивных минометов закладывало уши. Казалось, бесшумно двигаются вражеские танки, так как лязг гусениц заглушался разрывами мин, снарядов, бомб. Горели немецкие «тигры» и «пантеры». Но противник вводил в бой все новые и новые резервы.

Несмотря на героизм наших пехотинцев, самоотверженность артиллеристов и мастерство летчиков, сдержать натиск танковой лавины врага не удалось. Около 100 танков с пехотой пробились на стыке 4-й гвардейской и 26-й армий и к исходу дня вклинились в позиции 30-го стрелкового корпуса на глубину 3-4 километра. Создалась угроза прорыва нашей главной полосы обороны. Чтобы не допустить этого, командующий фронтом приказал командиру 18-го танкового корпуса генералу П.Д.Говоруненко выдвинуть на вторую полосу обороны восточнее и юго-восточнее Шерегельеша две танковые бригады. Сюда же спешно выходила 3-я гвардейская воздушно-десантная дивизия 35-го гвардейского стрелкового корпуса из состава 27-й армии генерал-полковника С.Г.Трофименко. На заранее подготовленный рубеж обороны в районе Щаркерестура направлялся танковый полк 1-го гвардейского механизированного корпуса генерал-лейтенанта танковых войск И.Н.Руссиянова, а южнее его развертывалась 21-я стрелковая дивизия 26-й армии.

Одновременно с этим Неделин произвел маневр артиллерией фронта. Он в течение дня и ночи подтянул к угрожаемым направлениям дополнительно 30 артиллерийских и минометных полков.

Принятые меры заставили противника снизить темпы продвижения. 8 марта командующий 6-й немецкой танковой армией генерал Дитрих вынужден был ввести в сражение еще две танковые дивизии. Атаки следовали одна за другой. Танки наступали в несколько эшелонов, группами по 50-70 машин. Причем в первом эшелоне находились «тигры» и «пантеры» с десантами автоматчиков.

Чаще всего немецкие танки начинали атаки после сильной авиационной и артиллерийской обработки нашей обороны. «Тигры» и «пантеры» выходили на высоту, откуда хорошо просматривалось остальное пространство, и, остановившись, открывали огонь с дистанции 1300-1500 метров. Затем, приблизившись на 200-300 метров, они делали короткую остановку и усиливали огонь. Немецкие автоматчики спешивались с танков, пытались с флангов просочиться на наши огневые позиции. «Тигры» и «пантеры» в это время поддерживали их с фронта.

Если огонь нашей артиллерии был эффективен, то танки отходили задним ходом за укрытия, перегруппировывались там и возобновляли атаку, но уже с флангов.

Неистово, не считаясь с потерями, фашисты рвались вперед, метр за метром преодолевали нашу оборону и в конце концов прорвали ее главную полосу и к вечеру 8 марта подошли ко второй полосе.

Неделина волновало, оправдается ли разработанная им тактика, которую он собирался противопоставить для укрощения «тигров» и «пантер». Бой, развернувшийся в полосе обороны 233-й стрелковой дивизии полковника Т.И.Сидоренко, убедил Митрофана Ивановича в том, что он избрал верный путь. Там ночью две эсэсовские танковые дивизии пытались рассечь группировку фронта на изолированные части. Вблизи Цеце и Шимонторниа острие немецкого танкового клина натолкнулось на умело созданный Неделиным мощный противотанковый район, который объединял семь полков, насчитывавших более 100 орудий и самоходно-артиллерийских установок крупных калибров. Это был весьма надежный противотанковый щит, скрытно заготовленный «орешек», оказавшийся не по зубам ни «тиграм», ни «пантерам».

Противник беспрерывно атаковал и днем и ночью. С утра 10 марта была выдвинута против советских войск еще одна танковая дивизия. На поле боя теперь зверствовали и в бессильной ярости метались 450 «тигров» и «пантер». Но пробиться через нашу оборону они так и не смогли.

К 11 марта у Дитриха оставалась незадействованной одна 6-я танковая дивизия СС из одиннадцати, имевшихся до начала перехода в наступление. Однако и 3-й Украинский фронт израсходовал все свои резервы. Поблизости находилась только 9-я гвардейская армия под командованием генерал-полковника В.В.Глаголева, предназначенная для нанесения удара в направлении Вены. Просьбу Толбухина о вводе ее в оборонительное сражение Ставка Верховного Главнокомандования отклонила, посоветовав обходиться своими силами.

В связи с этим Федор Иванович срочно вызвал к себе Неделина:

— Ну, что скажешь, Митрофан Иванович, сумеем мы доколотить эсэсовские дивизии?

— Сумеем, товарищ командующий, — уверенно ответил Неделин. — Ведь каждый день мы сжигаем и подбиваем в среднем по 50-60 «тигров», «пантер» и «фердинандов». Пройдет еще три-четыре дня, и враг окончательно выдохнется. Сейчас на всех участках его прорыва мы сконцентрировали по 100-120 орудий, минометов, танков ИС и самоходных установок ИСУ-152 на один километр фронта. Заверяю — мы выстоим.

Слова Митрофана Ивановича подтвердились. Противник не смог сломить сопротивления 3-го Украинского фронта. Стремясь любой ценой прорвать оборону и выйти к Дунаю, генерал Дитрих по приказу фюрера вынужден был 14 марта бросить в сражение 6-ю танковую дивизию.

Фашистские танки маневрировали, однако всюду они наталкивались на искусных укротителей. Полчищам гитлеровских хваленых «тигров» и «пантер» противостояли артиллеристы-неделинцы, поклявшиеся умереть, но не пропустить врага к Дунаю.

Идея контрнаступления в Венгрии, выдвинутая самим Гитлером, позорно провалилась.

Вот что написал по этому поводу немецкий военный историк Типпельскирх:

«Произошло событие, поразившее Гитлера точно гром среди ясного неба. Использовавшиеся для наступления танковые дивизии СС, а также отряды его личной охраны, на которые он полагался как на каменную гору, не выдержали: у них истощились силы и вера. В припадке беспредельного бешенства Гитлер приказал снять с них нарукавные знаки с его именем». 45 тысяч убитых и раненых, 500 танков и штурмовых орудий, колоссальное количество другой боевой техники потерял агонизирующий, отчаявшийся неприятель в этом наступлении.

Балатонская операция явилась последним оборонительным сражением в Великой Отечественной войне. Она создала благоприятные условия для дальнейшего продвижения Красной Армии в Австрию и к южным границам Германии.

Величайшую морально-психологическую выдержку, превосходную военную выучку показали артиллеристы при отражении контрнаступления немцев под Балатоном. Здесь отличились тысячи бойцов, командиров и политработников артиллерийских частей и соединений. Затруднительно даже найти слова для характеристики их мужества и героизма. Это стойкость советских воинов и мощь нашего огня остановили бронированную лавину врага. Это артиллеристы-неделинцы повергли «тигры» и «пантеры», превратили их в бесформенные груды исковерканного и обгоревшего металла.

Федор Иванович Толбухин в шутку и всерьез называл Митрофана Ивановича Неделина «главным укротителем» фашистского зверья.

В ходе операции Неделин быстро принимал целесообразные решения на маневр артиллерией, грамотно ставил огневые задачи подчиненным, организовывал и непрерывно поддерживал взаимодействие артиллерии с общевойсковыми объединениями и соединениями, с авиацией и другими родами войск.

Митрофан Иванович всегда оказывался там, где создавалась наиболее серьезная, угрожающая обстановка. За это бесстрашие особо ценил его маршал Толбухин и, безусловно, уважали и любили все, кому приходилось вместе с Неделиным выполнять воинский долг перед Родиной.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.